Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик
- Завтра Иван Фёдорович к обеду прибудут, сегодня заночевали в имении. В ночь не рискнули ехать даже отрядом, — предупредил нас за ужином Варфоломей Иванович. - Ещё зима только началась, а волки уже лютуют. Девяткин облаву готовит, наших мужиков собирает.
А я в который раз поразилась осведомлённости Гуреева…
- Да, рановато что-то, обычно к исходу зимы начинают скот резать, когда в лесах и прокормиться почти нечем, – чуть задумчиво обронил Олег Дмитриевич. – У нас волки помельче ваших, но стаи собираются большие.
Сердце замирало в предвкушении завтрашнего дня. С каким же выражением на лице встретит Иван Фёдорович весть о скором замужестве его названной дочери? Он всегда был сдержан, немногословен, а его чувства прятались глубоко под непроницаемой внешней оболочки. Но я всегда улавливала то неуловимое, что скрывалось в глубине проницательных глаз. Знала, что за внешней суровостью скрывается безграничная любовь и забота, подобная той, что отец испытывает к родной крови.
«А чего это я вдруг волнуюсь? — задалась вопросом. - Иван Фёдорович давно уже одобрил кандидатуру Дмитрия, ещё когда мы сидели с ним на лавочке под яблоней» , — выдохнула и отправилась спать.
Завтрашний день наступит неизбежно. И какой бы ни была реакция Ивана Фёдоровича, я буду стоять на своём. Я люблю Дмитрия, и это чувство сильнее любых предрассудков и опасений. Поэтому надеялась, что Иван Фёдорович поймёт и примет мой выбор.
- Мария Богдановна, обоз прибыл, – просунулась в дверь Дарья. В её голосе звучала лёгкая торопливость. – Господа приказали вещи разгружать. Надежда Филипповна вас кличет.
- Благодарю, Дашенька, сейчас буду, – отозвалась, откладывая в сторону свои записи.
Исписанный листок пестрел названиями трав, необходимых для приготовления мази Дмитрию...
Казалось, женитьба сбросила с Ивана Фёдоровича лет десять, не меньше. Словно весенний ветер, ворвалась в его жизнь новая любовь и расправила плечи, разогнала морщины у глаз. Да, счастливые люди светятся именно так – изнутри, тихим и радостным огнём.
- Машенька, иди сюда, дай тебя обнять, – с теплотой в голосе произнёс мой приёмный отец, раскрывая объятия. – Позволь представить тебе мою супругу. Вера Никитична! – позвал он молодую женщину, порхающую возле дормеза, словно бабочка, отдающую приказы солдатикам, что хлопотали над разгрузкой тяжёлых сундуков.
Молодая, поразительно красивая женщина с волной тёмно-русых волос и необычными, завораживающими глазами цвета осеннего болота, мгновенно вызвала во мне чувство симпатии. В её движениях не было суеты, лишь уверенность и грация. Да, именно такая спутница была нужна моему опекуну.
Объятия Веры Никитичны были полны такого тепла и нежности, словно сотканные из солнечного света, что тревожное предчувствие рассеялось, как дым. Стало ясно: между нами не будет ни соперничества, ни вражды.
«Она может стать не просто мачехой, а настоящей старшей подругой, мудрой советчицей. Её уверенности в себе, той безупречной грации, с которой она держится, мне предстоит ещё учиться и учиться» , — пришло осознание.
Эпилог
- Машенька, накинь обязательно шубку, а в церкви её снимешь, — Надежда Филиповна поправляла складки на моём подвенечном платье. - Ты такая красавица! Дмитрий — счастливчик, он ещё не понимает, какой бриллиант ему на самом деле достался.
- Ничего, в неведение он долго не останется, — не сдержала смешок, который поддержали и женщины. — Дядя Варя его уже немного просветил. Теперь главное, чтобы из-под венца мой жених не сбежал, теряя сапоги, — выдала на полном серьёзе.
- Не знаю, он мне приглянулся здравомыслящим молодым человеком, — заметила Вера Никитична. - И отец у него такой обстоятельный. Вон как о невестке печётся. Сюда бы украшения, — указала на моё совсем небольшое декольте, которое с трудом отвоевала у портнихи.
- Даш, неси набор с сапфирами. Он в гардеробе на верхней полке лежит, — указала место своей помощнице.
- Машенька, пока будем в церкви, женщины перенесут вещи Дмитрия в твои покои. Ты не против? — шепнула Надежда Филиповна, а я лишь кивнула утвердительно.
Волнения о брачной ночи я отбрасывала прочь, словно назойливых мошек. Сейчас Дмитрию требовалось лишь одно – полное восстановление, и лечение шло полным ходом, вселяя тихую надежду. Всё у нас будет, нечего спешить...
Даша тем временем вернулась с внушительной шкатулкой.
- Ого! Вот это камушки! – восхищённо выдохнула Вера Никитична, открывая крышку.
Вкратце объяснили мачехе происхождение моего богатства, ибо время не терпело, мы спешили. О пышном торжестве не могло быть и речи, да и ни к чему оно нам. Приглашён был лишь узкий круг давних знакомых приёмного отца, да компаньоны Варфоломея Ивановича и Олега Дмитриевича – необходимость, продиктованная делом. Мы с Димой не возражали.
Я пригласила только близких подруг, как и обещала. После церемонии Анна Горчакова и Елизавета Финкова отправятся в дом Гуреевых в нашей нарядной карете. Лиза поделилась по секрету, что после завершения школы поедет в Беломорье к своему жениху.
«Ещё одна тихушница в нашем женском коллективе» , — мелькнула мысль.
Гостей набралось около тридцати человек...
Михаил Парамонович немного посокрушался, что мы с Калашниковыми уедем так далеко. Впрочем, его утешала интереснейшая работа и возможность погружаться в научные дебри вместе с не менее увлечённым Георгием Васильевичем Молчановым. А главное, их семья вновь готовилась к радостному событию – к лету Лукерья Ильинична должна была подарить им малыша. Даринка и Олюшка с нетерпением ждали братика.
Дмитрий медленно возвращался к жизни после операции, мы надеялись, что к моменту нашей поездки он достаточно окрепнет. Я, не жалея себя, вкладывала все свои знания и умения в его исцеление, мысленно благодарила Агафью за бесценную науку. О вмешательстве потусторонних сил старалась даже не вспоминать, словно боялась одним лишь словом выпустить их на волю, навлечь беду.
Мысль об откладывании свадьбы не посещала нас ни разу. К чему томительное ожидание, когда сердца давно сделали свой выбор? В Томск я отправлюсь уже замужней, с новым именем и новой судьбой.
Для венчания мы выбрали тихую церквушку, примостившуюся в нижнем городе, словно драгоценный камень в оправе улиц. Впереди маячили пышные праздники, предваряющие долгий пост, хотя строгое соблюдение религиозных обрядов никогда не было нашей сильной стороной...
Лучшей наградой, чем сияние глаз жениха, когда я появилась, не существовало! В свадебном белоснежном платье я степенно спускалась, и на миг, затаив дыхание, замерла на лестничном пролёте, чтобы все могли запечатлеть этот торжественный миг...
