Дед против богов: чип им в дышло! - Алексей Улитин

Она назвала его описание — форма знака, цвет окантовки.

Система ответила немедленно:

[Идентификация символики: административный аппарат Энлиля. Функция визита: инспекция исполнения директив. Директива LU-7 / TI-1: статус — активна.]

«Чёрт,» — понял дед. — «Это не визит. Это проверка. Энлиль прислал своего человека — убедиться, что приказ выполняется. Что нас действительно готовят к утилизации».

«И он хочет посмотреть на нас. Лично».

Шубур смотрела на него.

— Когда? — спросил дед.

— Завтра на рассвете, — сказала Шубур. — Всех рабочих серии LU и TI выстроить во дворе.

Она ушла.

Дед остался стоять у порога.

Семь дней до утилизации — это было вчера.

Сегодня уже прислали проверяющего. Или…

«Ёпэрэсэтэ каэлмэнэ,» — подумал дед. — «У нас больше нет пяти дней».

Глава 13. Сеть и антисеть

Инспектор пришёл на рассвете.

Не один — с двумя сопровождающими, такими же молчаливыми, с одинаковыми лицами привыкших ждать и наблюдать. Нинъурта встречал у ворот — прямой, в парадной одежде, как на приём к начальству вырядился. Шубур стояла чуть сзади и левее, сложив руки.

Рабов выстроили во дворе.

Жуков занял место в шеренге — четвёртый от левого края, рядом с Нин. Хава стояла дальше. Двор знакомый, земля утоптанная, солнце только вылезало из-за стены и ещё не жгло — но уже обещало.

«Ну, пришли смотреть,» — думал Жуков, глядя перед собой ровно, как на плацу. — «Смотрите. Я не против. Стоять умею».

Инспектор шёл вдоль шеренги медленно. Трёхметровый — чуть пониже Нинъурты, зато шире в плечах. На поясе — кристалл в держателе, круглый, голубоватый. Не украшение. Сканер.

Когда подошёл ближе, Система среагировала тихо, без вспышки:

[Внешний нейроскан. Источник: устройство класса «Реестр». Данные: серия, возраст экземпляра, физическое состояние, продуктивность. Передача: внешний получатель. Статус: завершено.]

«Данные, значит,» — отметил дед. — «Стало быть, они сейчас у Энлиля в какой-то таблице. LU-7-042, состояние — удовлетворительное, продуктивность — приемлемая. Как инвентаризация на заводе. Пришли посчитать, что списывать».

Инспектор остановился напротив него.

Смотрел. Дед тоже смотрел в точку чуть выше его плеча — спокойно, без вызова, но и без угодливости. Просто стоял. Инструмент на осмотре.

«Смотри-смотри,» — думал Жуков. — «Я тоже на тебя смотрю. Мундир опрятный. Кристалл хороший. А глаза — пустые. Как у снабженца, который приехал проверить склад. Ему не особо интересно, что в ящиках. Ему интересно — сходятся цифры или не сходятся».

Инспектор двинулся дальше. Остановился у Нин — секунды три. Потом у Хавы — чуть дольше. Что-то произнёс тихо, один из сопровождающих что-то отметил.

Нинъурта стоял позади — ровно, без движения. Но Жуков краем глаза видел: пальцы у хозяина сжаты.

«Нервничает,» — отметил дед. — «Интересно. Значит — инспекция не просто формальная. Что-то проверяют. Или кого-то».

Инспектор дошёл до конца шеренги. Вернулся к центру. Что-то сказал Нинъурте — коротко, без интонации. Нинъурта ответил — ровно, тоже без интонации.

Потом инспектор ушёл. С сопровождающими, той же неторопливой походкой.

Шубур скомандовала коротко — разойтись, к работе.

Шеренга рассыпалась. Нин скользнула рядом с дедом, тихо:

— Что-то записывали.

— Видел, — сказал Жуков.

— Плохо?

Дед помолчал секунду.

— Не знаю ещё. Ночью расширяем щель — как договорились. Ничего не меняется.

Нин кивнула и ушла. Дед взял инструмент и двинулся к мастерской.

«Ничего не меняется,» — повторил он про себя. — «Пока, а там видно будет».

- - — -

После полудня Шубур выдала очередное задание.

— Инструментарий в малой кладовой. Три кирки сломаны, две лопаты — черенки. Мотыга рассохлась. Посмотри, что можно починить.

Дед кивнул. Взял ключ от кладовой и пошёл.

Малая кладовая была за хозяйственным двором — низкое, без окон, пахнущее металлом и старой кожей помещение. Инструмент свален в угол без системы: кирки поперёк лопат, черенки отдельно, обломки отдельно. Кто-то когда-то бросил всё это сюда и забыл.

«Бардак,» — констатировал Жуков.

Присел на корточки, начал разбирать.

Первая кирка — трещина у основания, где металл встречает черенок. Не усталость материала, просто неправильно насадили когда-то, вот и расшаталось. Вторая — лезвие сошло с оси, загнуто вбок. Третья — хуже: трещина пошла через тело, не починить. Годится только на металл.

«Третья — в расход,» — думал он, откладывая. — «Первые две — исправляем. Черенки — замена, делов-то».

Руки сами знали, что делать. Руки умнее головы в таких вещах, просто берут инструмент и работают, а голова может думать о другом.

А думал он вот о чём.

Нож.

Металл от третьей кирки — хороший. Тяжёлый, плотный, без пор. Таким металлом только дураки пренебрегают. В хозяйстве умного человека ничего не пропадает — и в шахте это знали, и на заводе это знали, и здесь это правило не отменялось.

Жуков огляделся. Один. Дверь за спиной — закрыта. Окон нет.

Он взял обломок третьей кирки. Прикинул в руке.

[Навык «Золотые руки» активен. Анализ материала: медно-бронзовый сплав, высокая плотность, поддаётся механической обработке без нагрева. Рекомендуемая форма изделия: короткий клинок, 14–16 см.]

«Не учи учёного,» — буркнул про себя Жуков. — «Сам вижу».

Инструмент был — не лучший, но достаточный. Дед работал медленно и аккуратно, без лишних движений. Не спеша. Человек чинит инструмент. Если кто заглянет — именно это и увидит.

Лезвие выходило короткое, широкое у основания и сужающееся к острию. Не красивое — рабочее. Такое не показывают, такое прячут за поясом и используют один раз, когда других вариантов нет.

«Шестьдесят лет назад,» — думал дед, работая, — «я вот так же первый нож делал. Из рессоры. Тринадцать лет было, отец увидел — не одобрил. Но нож не отнял. Сказал: раз сделал сам — значит, твой».

Работа заняла полчаса. Дед осмотрел нож критически, подправил кромку, завернул в тряпку и убрал под рубаху.

Потом взял первую кирку — ту, с расшатанным черенком.

Починил её честно, как положено. Подогнал, укрепил насадку. Взял в руки — хорошо легла, баланс правильный. Потом подумал — и сделал кое-что ещё: чуть переместил центр тяжести, усилил обух.

Теперь она была не просто рабочим инструментом.

[Улучшение зафиксировано. Навык «Золотые руки»: +1. Текущий уровень: 4. Создан предмет: