Альфонс - Дмитрий Лим

Я молча кивнул и вышел из кухни. Айя последовала за мной. Вернувшись в нашу комнату, я рухнул на кровать и уставился в потолок. Безысходность ситуации давила на меня, словно плита. Ну почему, почему именно со мной это происходит? Ладно — шаманская дичь, к этому я уже начал привыкать. Но я столько времени потратил, чтобы сделать мыло! И вот оно готово, а воспользоваться им я не могу…

Айя молча подошла ко мне и села рядом. Взяла мою руку в свою и нежно погладила.

— Не переживай, муж. Отец желает тебе только добра. Он беспокоится о тебе!

Наивная…

Глава 12

Утро выдалось сумбурным. Айя хлопотала с позаранку, готовя завтрак и собирая провизию мне в дорогу. Я же бродил по дому, пытаясь проснуться и собраться с мыслями: подняли меня раньше, чем взошло солнце. Да к тому же после вчерашнего «очищающего» напитка гудела голова, а перспектива провести несколько дней в дороге, да еще и в компании ормов, энтузиазма не добавляла. Впрочем, деваться было некуда.

«Раз уж духи и Заргас решили, что мне нужно нести свою „высокую миссию“ в массы, придется подчиниться», — мысленно иронизировал я.

Точнее, я не мог знать наверняка, сколько времени мы проведём в пути, так, просто прикидывал. Заргас говорил про несколько деревень, так что, возможно, дорога будет дальней.

Шаман вошёл в дом так неожиданно, что я вздрогнул.

— Тебе рано собираться. Айя, подожди с завтраком…

«Блин, он что и пожрать перед дорогой не даст?»

— Ты должен выглядеть как мой ученик, а не как жалкий подражатель ормов.

На мгновение я завис, пытаясь понять, о чём он. Потом сообразил — борода! Все ормы носили бороды, частенько заплетая их сложными косами и цепляя на кончик медные бляшки. Некоторые мужчины в племени ходили без бород. За эти полгода, что я провёл в рабстве, моя собственная борода отросла весьма существенно и, в общем-то, я к ней привык. До бани, правда, мелькала мысль — побриться, но местные банные процедуры быстренько вылечили меня от этой дури. Единственное, что я сделал — коротко подрезал кончик и получил что-то типа очень неряшливой шкиперской бородки.

Задумчиво поскрёб грубую щетину и вопросительно уставился на шамана: что-то я ни разу не видел, как мой тесть бреется. Хотя, надо сказать, подбородок его почти всегда был гладким.

— Вот, возьми, — старик протянул мне плошку с подозрительным серым порошком. Вещество было неоднородным: кроме смолотого в труху растения было что-то похожее на тёмную пудру. — Волос надо намочить и втереть это в кожу. Потом возьмёшь скребок, — в его руке появилось что-то вроде костяного бритвенного станка, — снимешь бороду, когда уже не сможешь больше терпеть. Айя поможет тебе.

Слова о терпении мне сильно не понравились, но явились хорошим предупреждением. Я вышел на улицу, куда Айя принесла миску тёплой воды. Смочил лицо и начал втирать порошок. Жечь морду стало минут через пять, не больше и чем дольше я сидел, тем сильнее было жжение. Минут через пятнадцать мне уже казалось, что с нижний части лица сняли кожу и посыпали рану солью с перцем.

Когда на глаза навернулись слёзы, я отдал Айе скребок и она торопливо начала снимать мне бороду, приговаривая:

— Ещё немного… совсем чуть-чуть осталось… — похоже, зверское выражение лица её пугало.

Когда пытка закончилась, Айя слила мне на руки и я много много раз плескал в лицо водой, желая убрать эффект обожженной кожи. Жена принесла из дома какую-то довольно вонючую мазь и только эта мазь охладила морду.

К лицу я притрагивался осторожно, просто, чтобы проверить на месте ли нижняя часть. Всё было на месте, а кожа после мази Айи как будто потеряла чувствительность — я своих прикосновений не чувствовал. Зато под пальцами ощущал почти лишённую волос морду. Некоторые волоски всё же уцелели и Айя просто выщипнула их, прижимая к собственному пальцу обратной стороной маленького ножа.

Чисто психологически это было достаточно пыточно, но физически боль была очень слабой — лицо как будто онемело, поэтому я не сопротивлялся. Шаман только одобрительно кивнул, когда я вернулся домой.

* * *

Позавтракал, посмотрел, сколько всего было в походном мешке, понял очевидное: дорога будет дальней. Айя собрала кучу жрачки.

Окинув взглядом сложенные у порога вещи, я заметил аккуратную стопку одежды.

Сверху лежала пончо сшитое из толстой, грубо выделанной шкуры какого-то зверя, под ним — простые штаны из жёсткой ткани, а рядом стояло нечто, напоминающее кожаные носки с небольшим разрезом впереди. В башке смутно мелькнуло слышанное от деда слово: ичиги.

Кажется, что-то подобное дед носил по молодости, когда жил в Сибири. У той обувки была забавная особенность: голенище можно было пристегнуть или пришнуровать. Местные до такого ещё не додумались, а крепились эти обутки к ногам очень просто: с помощью шнурка, несколько раз обмотанного вокруг щиколотки. Я сразу оделся, заодно оценив мягкость и удобство обуви.

Узкий и простой кожаный пояс, к которому крепились ножны, Айя одела на меня сама. Благодарно чмокнув её в висок, я достал нож и осмотрел. Ничего особенного, чёрный металл, деревянная, обёрнутая кожаным ремешком рукоятка и вполне приличная заточка. Во всяком случае кусочек ногтя отрезался на удивление легко.

Когда начало светать, к нам в дом зашёл орм, чьего имени я не знал: высокий, широкоплечий, на лице шрам от левого виска к подбородку. И… я впервые в этом мире увидел какое-то подобие брони! В моей прошлой деревне ормы не носили никакого намёка на доспехи, а вот наш гость…

Броня казалась легкой и гибкой. Основой служила толстая выдубленная кожа, поверх нее, внахлест, крепились небольшие прямоугольные пластины, вырезанные, как мне показалось, из кости какого-то крупного животного. Они казались аккуратно подогнаными друг к другу и скреплены тонкими шнурками, образуя подобие чешуи. Пластины казались матовыми в полумраке дома.

Дополняли защиту наплечники и наручи, тоже из кожи, но усиленные металлическими полосками, нашитыми вдоль. На голове у орма был кожаный шлем с высоким гребнем, как из конского волоса, окрашенного в черный цвет. Он не закрывал лицо и больше походил на шапку.

Вооружен орм был длинным прямым мечом в простых кожаных ножнах и круглым щитом, обтянутым кожей и усиленным металлическим умбоном в центре. Щит крепился за спиной, оставляя руки всадника вободными.

Воин вошёл молча, лишь кивнул Айи в знак приветствия и