Звезданутый Технарь - Гизум Герко
Я выхватил свой мультитул «Мастер-Ломастер» и одним резким движением сорвал декоративную панель сканера.
Внутри обнаружилось сплетение тончайших оптоволоконных нитей, похожих на светящиеся волосы какого-то цифрового монстра. Мои пальцы, привыкшие к грубому металлу, теперь должны были действовать с изяществом ювелира-садиста, чтобы обмануть эту железку. Я выудил из рюкзака самодельный переходник с разъемом типа «универсальный взломщик», который собрал еще на втором курсе для обхода защиты в столовой академии. Тогда это помогло мне получить лишнюю порцию синтетического бекона, а сейчас от этой кустарной поделки зависели моя жизнь и свобода.
— Подключаю обходной мост через системную шину, — прошептал я, стараясь не дышать.
Я аккуратно замкнул два контакта на плате оптического сенсора, пуская ток в обход логического затвора, и почувствовал, как металл переходника едва заметно нагрелся. Нужно было синхронизировать частоту передачи данных с тактовым генератором катера, иначе система просто сожжет мой питбой коротким замыканием. Я подкрутил маховик на мультитуле, выставляя значение в 4.4 гигагерца, и вставил штекер в сервисный порт, который стыдливо прятался за грудой проводов.
— Давай, Мири, хватай управление за горло! — скомандовал я, видя, как полоса загрузки поползла по экрану.
— Вхожу в систему через заднюю дверь, Роджер! — Ее голос стал звучать более уверенно и глубоко благодаря новому ядру. — О, боги, тут в коде столько костылей, что я чувствую себя в больнице для престарелых роботов. Протокол шифрования уровня «детский сад», они даже не удосужились обновить драйверы безопасности. Сейчас я покажу этому корыту, кто здесь настоящая хозяйка положения. Держись крепче, я перехватываю управление периферией.
На главном экране вдруг появилась огромная, пульсирующая надпись неоновым шрифтом, «Сопротивление бесполезно». Это был фирменный почерк Мири, и я не смог сдержать кривой ухмылки, понимая, что мы только что пробили брешь в обороне бандитов. С консоли исчезли все красные предупреждения, сменившись строгими рядами данных о состоянии систем, и катер, наконец, признал во мне своего временного, пусть и не совсем законного, капитана.
— Мы внутри! — радостно воскликнул я.
— Не радуйся раньше времени, ковбой, — Мири вывела на радар схему станции. — Службы безопасности только что объявили высший уровень тревоги. Смотри на эти маленькие красные точки — это патрульные дроны, и они очень хотят познакомиться с нами поближе. Теперь ты официально вне закона, Роджер, и у нас на хвосте весь гарнизон этой дыры. Наслаждайся своим новым статусом, пока нас не превратили в космическую пыль.
— Это только добавляет азарта, не находишь? — Я схватился за штурвал, чувствуя, как холодный металл придает мне уверенности.
Двигатель катера отозвался на мои манипуляции тяжелым, надрывным ревом, больше похожим на кашель курильщика со стажем, чем на песню мощного реактора. Приборы показывали, что давление в гидравлике прыгает, как пульс у марафонца, а правый маршевый двигатель выдает лишь восемьдесят процентов мощности. Это было то еще приключение — пытаться управлять «Лишним Процентом», который, судя по всему, держался на честном слове и слое старой краски.
— Давай, детка, не подведи меня сейчас! — Я плавно потянул штурвал на себя, выводя катер с посадочного места.
Катер дернулся, сбивая пару пустых ящиков, и неуклюже развернулся в тесном пространстве дока, задевая крылом массивную опору. Гул в кабине стал невыносимым, но я чувствовал каждое движение машины, словно это были мои собственные мышцы, благодаря нейро-интерфейсу, который теперь работал на пределе. Мы скользили между огромными грузовыми контейнерами, которые в полумраке ангара казались застывшими левиафанами, готовыми раздавить нас при малейшей ошибке.
— Роджер, правее! Ты чуть не снес антенну связи! — закричала Мири.
— Я все вижу! Это был тактический маневр! — Я резко крутанул штурвал, уходя от столкновения с автоматическим погрузчиком.
Мы неслись по ангару, словно безумный гонщик на трассе Татуина, уворачиваясь от штабелей оборудования и ремонтных лесов. Каждая секунда промедления приближала нас к моменту, когда станция захлопнет ловушку, и тогда нам останется только сдаться на милость Гига. Я видел, как впереди начинают медленно сходиться створки главных ворот, перекрывая нам путь к свободе тяжелыми плитами армированной стали.
— Они закрывают шлюз! — Голос Мири стал на октаву выше. — Если мы не прибавим скорости, то превратимся в очень дорогой блин!
— Активируй носовой резак, Мири! — скомандовал я, вдавливая педаль газа в пол.
— Ты с ума сошел? Мы сожжем всю энергию щитов! — запротестовала она.
— Просто делай! У нас нет другого шанса пробить это силовое поле! — Я чувствовал, как катер вибрирует от запредельной нагрузки, а в кабине запахло горелой проводкой.
Мири подчинилась, и из носовой части катера вырвался ослепительный луч плазмы, который с гулом ударил в мерцающую пелену защитного поля ворот. Раздался оглушительный треск, по всему корпусу пробежали синие молнии статического разряда, а приборы на мгновение ослепли от избытка энергии. Я видел, как силовое поле истончается под напором нашего «Вулкана», прожигающего путь сквозь энергетическую преграду, словно раскаленный нож сквозь масло.
— Страховка аннулирована, Роджер! — Мири нервно хихикнула. — Советую пристегнуть ремни, если не хочешь вылететь через лобовое стекло!
— У меня их нет, они оторваны! — прокричал я в ответ, вцепляясь в штурвал мертвой хваткой.
В последний момент, когда створки ворот почти сомкнулись, мы проскочили в узкую щель, чувствуя, как металл катера скрежещет о края проема. Сильный толчок бросил меня вперед, я ударился грудью о консоль, но боли почти не почувствовал — адреналин превратил мою кровь в жидкий огонь. И вдруг тьма ангара сменилась бесконечным, усыпанным алмазной крошкой звезд небом, которое распахнуло перед нами свои объятия.
Мы вырвались. Мы были в открытом вакууме.
— Мы сделали это… — прошептал я, глядя, как огромная туша станции «Уютный вакуум» стремительно уменьшается позади.
— Отрезанный путь назад, мой любимый вид путешествий, — Мири появилась рядом со мной, и на ее лице теперь читалось нескрываемое облегчение. — Поздравляю, капитан Роджер Форк. Ты только что совершил самое дерзкое ограбление в истории этого захолустья. Теперь у нас нет ни дома, ни легальной работы, зато есть куча врагов и полные баки приключений. Как ощущения от первого командования?
Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как дрожат руки, но на моем лице сияла широкая, почти безумная улыбка.
— Знаешь, Мири, — я посмотрел на звезды, которые теперь казались ближе, чем когда-либо. — Я еще никогда не чувствовал себя настолько живым. Путь к мостику исследовательского крейсера оказался чуть
