Второе рождение - Марк Блейн
Первые звёзды появились на потемневшем небе. Луны не было — новолуние. Самая тёмная ночь месяца. И где-то в этой темноте приближались враги, несущие смерть и хаос.
Но в городке их ждали. И встреча обещала быть жаркой.
Глава 8
Глубокая предрассветная тьма окутала древний лес, словно мёртвый саван. Даже ночные хищники затихли, инстинктивно чувствуя приближение чего-то ужасного и неестественного. В самом сердце лесной чащи, там, где человеческая нога не ступала уже долгие годы, располагалось забытое капище — остаток той эпохи, когда здесь ещё поклонялись тёмным богам.
Вокруг массивного алтаря из чёрного базальта собрались выжившие после взрыва фанатики. Их было меньше дюжины — остатки некогда грозной секты, но злобы и фанатизма им хватило бы на целую армию. Предводитель, чьё лицо теперь украшали свежие ожоги и шрамы от недавнего уничтожения лагеря, стоял в центре круга. Его глаза горели не просто яростью — в них плескалась первобытная ненависть к миру живых.
— Братья, — произнёс он хриплым голосом, искажённым болью от ран, — наш час настал. Тот, кто посмел разрушить наши планы, заплатит сполна. И не только он — весь этот гнилой мирок познает истинную силу тьмы.
Алтарь представлял собой внушительное сооружение, высеченное из единого куска тёмного камня неизвестными мастерами. По его поверхности змеились письмена на давно забытом языке — проклятия и призывания, которые даже сейчас, спустя века, сохраняли свою зловещую силу. В центре алтаря располагалась глубокая чаша, выдолбленная в камне; её стенки были испещрены бороздками, предназначенными для стока крови жертв.
Вокруг священного места были расставлены железные клетки — настоящие произведения искусства тюремного дела. В них томились пленники, захваченные адептами за последние недели: торговцы, случайные путешественники, несколько крестьян из дальних хуторов. Все они были тщательно отобраны по определённым критериям. Предводитель культистов разбирался в древних ритуалах: для призыва требовалась не просто кровь, а кровь определённого качества.
— Господин, — тихо произнёс один из младших фанатиков, с трудом скрывая дрожь в голосе, — точно ли мы готовы? Ритуал настолько сложен, что даже малейшая ошибка…
Предводитель медленно повернулся к говорившему. Даже в тусклом свете факелов было видно, как исказились его черты — ожоги придали лицу демонический вид.
— Сомневаешься, Дерек? — в голосе звучала смертельная угроза. — Тогда, возможно, тебя стоит отправить к жертвам? Твоя кровь тоже подойдёт для ритуала.
Дерек поспешно опустил голову, бормоча извинения. Страх перед предводителем у культистов был сильнее страха перед демонами — по крайней мере, предводитель был реален и близок.
Первые приготовления уже начались. Адепты разложили вокруг алтаря ритуальные предметы: кинжалы с лезвиями из чёрного металла, чаши для сбора крови, курильницы с благовониями, которые источали тошнотворно-сладкий аромат. Особое место занимал древний фолиант в кожаном переплёте, страницы которого были исписаны текстами на мёртвом языке.
Луна скрылась за плотными облаками, оставив мир во власти абсолютной темноты. Только пляшущие языки пламени факелов освещали происходящее, создавая причудливые тени, которые казались живыми и угрожающими. В этой атмосфере даже самые закалённые фанатики чувствовали себя неуютно.
— Начинаем, — объявил предводитель, раскрывая фолиант. — Помните: ни единой ошибки в произношении. Любая погрешность — и вместо союзника мы призовём собственную смерть.
Он начал читать заклинание на архаичном диалекте, который звучал как скрежет камня о камень. Остальные культисты подхватили чтение, создавая зловещий хор голосов. Слова заклинания словно вызывали физическую боль у всего живого в округе: листва на деревьях начала желтеть и опадать, а воздух наполнился запахом серы и тления.
Пленники в клетках заметались, инстинктивно чувствуя приближение смерти. Некоторые молились, другие плакали, третьи впали в оцепенение от ужаса. Но их мольбы терялись в монотонном бормотании заклинаний.
С каждым произнесённым словом атмосфера становилась всё более напряжённой. Воздух начал вибрировать от накапливающейся магической энергии, а пламя факелов приобрело неестественный зеленоватый оттенок. Где-то в глубинах иных миров что-то откликнулось на призыв.
Первые жертвы были принесены с восходом солнца, но вместо ожидаемого света дня мир погрузился в сумеречную мглу. Кровь, пролитая на алтарь, словно выпила яркость из воздуха, оставив лишь болезненное мерцание.
Я почувствовал изменения ещё до того, как они стали заметны глазу. Что-то в самой ткани реальности начало рваться, словно кто-то медленно разрезал полотно мира. Магическая чувствительность, доставшаяся мне от Логлайна, откликалась на это острой болью в груди, но теперь я был благодарен даже за эти мучительные ощущения — они позволяли почувствовать угрозу раньше других.
Деревья вокруг капища начали увядать с невероятной скоростью. Могучие дубы и буки, простоявшие здесь века, за считанные минуты превратились в безжизненные остовы. Их листва не просто желтела — она чернела и осыпалась, словно поражённая какой-то неизвестной болезнью. Кора трескалась и отваливалась кусками, обнажая древесину, которая на глазах темнела и гнила.
Но самое жуткое началось с землёй. Трава под ногами культистов выгорала, оставляя чёрные проплешины, которые расползались во все стороны, как масляные пятна. Из этих мёртвых зон поднимались клубы ядовитого тумана — густого, жёлто-зелёного, источающего запах разложения и серы.
— Смотрите, братья! — возликовал предводитель, указывая на расползающиеся зоны мёртвой земли. — Наш Господин отвечает на призыв! Барьер между мирами ослабевает!
Ручьи и родники в окрестностях капища тоже не избежали воздействия ритуала. Чистая горная вода на глазах становилась мутной, приобретая красноватый оттенок, словно в неё добавили кровь. Но запах шёл не кровяной, а тошнотворно-сладкий, с примесью гнили и химических испарений. Рыба в ручьях всплывала брюхом вверх, а водные растения превращались в склизкую массу.
Я наблюдал за этим кошмаром с холма, расположенного в полукилометре от капища. Моя разведка показала, что культисты действительно готовят нечто масштабное, но масштабы происходящего превзошли самые мрачные ожидания. Это был не просто ритуал призыва — это было настоящее вторжение потусторонних сил в наш мир.
Магические искажения становились всё более заметными. В воздухе появились участки, где пространство словно дрожало и переливалось, как мираж в пустыне. Предметы в этих зонах казались размытыми и нереальными, а иногда и вовсе исчезали из виду, словно их поглощала пустота.
Особенно пугающими были звуки. К монотонному пению фанатиков примешивались другие голоса — хриплые, нечеловеческие, доносящиеся словно издалека. Они говорили на языке, которого не знал ни один смертный, но смысл был понятен без слов. Это были голоса голодных созданий, жаждущих вырваться в наш мир.
Металлические предметы начали вести себя странно. Мой меч, висевший на поясе, стал неприятно нагреваться, а иногда я
