Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
Европейские гастроли длились весь ноябрь, и выступления примерно поровну были поделены между Великобританией и континентальной частью Европы. Несмотря на положительный отклик, исполнение новых песен было сведено к минимуму, отдавая предпочтение старым, проверенным временем хитам. «Мы исполняем не больше четырех новых песен, – говорил Крис. – И с каждым новым концертом мы играем все лучше и лучше. А что исполняли мы с Дебби в последнем туре? Хита два от силы. И люди уходили после концерта со сдержанным недовольством. Еще пять лет назад я бы не захотел исполнять старые песни, но сейчас я ощущаю, как они заряжают меня позитивом и положительными эмоциями. Думаю, так мы и продолжим, если только нас не забросают помидорами и пустыми пивными банками».
«Мы были заряжены до предела, – вспоминала Дебби. – И получали невероятно положительный отклик. Как часто нам говорили: “Никогда не был на вашем концерте, потому что в годы вашей деятельности был еще ребенком. Поверить не могу, что это случилось!” Так что, надеюсь, мы не разочаровали их».
«Когда я, наконец, дорвался до выступлений, то и предположить не мог, что они будут иметь такой успех, – говорил Стейн. – Мы играли с таким энтузиазмом…. Когда зал полон людей, которые буквально боготворят тебя, мне трудно воспринимать происходящее всерьез. Мне трудно принимать комплименты, возможно, дело в моей неуверенности. Послушайте, Blondie не подавали признаков жизни шестнадцать гребаных лет. Конечно, я не сидел сложа руки, занимался музыкой, помогал Дебби в сольных проектах, но только с возрождением Blondie почувствовал разницу между преходящим и вечным. Это очень странное ощущение, как сделать сальто назад с крутого обрыва».
Среди тех, кто был рад вновь увидеть выступление Blondie, был и Крис Чарльсворт, который более 20 лет назад открыл Дебби для британской прессы, написав в «Melody Maker» заметку о The Stillettoes. «Мы с моей женой Лизой посмотрели шоу, насладились музыкой и после завершения направились в бар, – вспоминает он. – Прислонившись к барной стойке, мы увидели ее – светловолосую Дебби, такую же прекрасную, как и всегда. И тут она, минуя солидных боссов звукозаписывающих компаний, направилась прямиком к нам, обняв и поцеловав меня на глазах у недоуменной публики. Никто и понятия не имел, кто я такой, но она объявила: “Этот человек первым поместил мою фотографию в журнале!” Мне было очень приятно, что она не забыла это спустя столько лет и по-прежнему ценит мой скромный вклад в ее величие».
Группу приветствовали как вернувшихся с фронта героев, и Дебби получила несколько подарков от прессы, а журнал «Q» наградил группу премией «Вдохновение».
«Мне понравился их подход к делу, – признавалась Дебора. – Нам вручили награды, не превращая действие в шоу, как делают в США. Церемония длилась недолго, без лишней помпезности, с акцентом на суть, а не картинку». На лондонское мероприятие Дебби пришла в платье, украшенном бритвенными лезвиями, доказав, что по-прежнему может удивить публику не только музыкой, но и имиджем. «Это платье от Майкла Шмидта, и я его обожаю. Правда, постоянно режусь, когда его надеваю, – рассказала она. – Майкл часами затупляет лезвия камнем, чтобы они не были такими острыми, и платье стало пригодно для носки. Со стороны оно может показаться неудобным, но на деле это не так – оно облегает тело, словно змеиная кожа. Мне очень нравится».
Вскоре группа приехала в швейцарский город Лугано, чтобы получить награду за достижения в культурной сфере, и произвела очередной фурор. «Нас пригласили на гребаное официальное мероприятие с дресс-кодом, смокингами и галстуками, – вспоминал Крис. – Клем на радостях от фуршета становился все пьянее и пьянее, и когда решил перепрыгнуть через свою установку, грохнулся на Пола и Ли прямо на глазах увешанных драгоценностями кокоток. Можете назвать это катастрофой, но для нас в этом было что-то воистину экзистенциальное».
«Мы были как персонажи фильма Феллини. Нам пришлось выступать под фонограмму, что, как правило, делаем очень редко и с большой неохотой. Все шло спокойно, пока этот идиот, – говорит Джимми, кивая в сторону Клема. – По какой-то причине не решил изобразить Кита Муна в расцвете сил и перепрыгнуть через барабаны. Сбив с ног нашего басиста, он поднял его за шиворот, после чего впал в состояние “Я панк-рокер 77-го года”, вышел в зал, взял стул и начал раскручивать его над головой. За всем этим наблюдал один бедолага, низенький итальянец, наверное, кинопродюсер или типа того, который только попискивал: “Нет-нет-нет!”».
«Выдув три бутылки шампанского, я совершенно забыл, что на мне мои любимые битловские ботинки на кубинском каблуке от Anello & Davide, – пояснил Клем. – Все что я помню: как подхожу к барабанам, а через секунду лежу на полу поверх Ли, а установка рушится, словно карточный домик, под хоровое “О Боже мой!” по-итальянски…».
«Кстати, – отметил Крис. – Награда оказалась добротной, с мраморным основанием, какой-то серебряной хреновиной и позолоченной маской, в то время как статуэтка от “Q” стоила от силы четыре бакса».
Впрочем, любые награды участники Blondie рассматривали исключительно как способ саморекламы в музыкальной индустрии. Куда больше их интересовало мнение слушателей. «Выходя на сцену, мы наблюдаем в зале большое количество молодых людей. Здорово, что число наших фанатов с годами только растет. Остальное уже не так важно, – заметила Дебора. – Только сейчас начинаешь понимать, что творчество Blondie повлияло на жизнь множества людей. Когда мы только начинали, у нас была очень молодая аудитория, среди поклонников нередко встречались совсем юные, почти дети. Сейчас они, повзрослевшие, подходят ко мне и со слезами на глазах говорят: “Ох, когда мне было восемь лет…” Я отшучиваюсь, но на самом деле каждый из нас был таким. И слышать подобное очень, очень лестно».
«Публика шикарно нас поддержала, и как только я понял, что зрители настроены мирно, перестал переживать и отпустил ситуацию, – заключает Крис. – Тогда как Дебби, напротив, сосредоточилась еще сильнее. Думаю, из-за склада своего характера она испытывает гораздо больший стресс, чем все остальные участники группы вместе взятые».
«Никогда прежде моя душа так сильно не лежала к тому, что я делаю, – поделилась своими мыслями Дебора. – Даже несмотря на давление общества, которое не снижается. Но иногда я перестаю его чувствовать. С одной стороны, мне хочется собрать самые лучшие образцы Blondie из прошлого и показать их новым поклонникам,
