Жизнь между строк. Книги, письма, дневники и судьбы женщин - Барбара Зихерман

были связаны с Университетом Атланты, – сочетала интерес к Теннисону, Роберту Бернсу и Элле Уилер Уилкокс с интересом к афроамериканской тематике. Они слушали доклады на темы «Негры в литературе и искусстве», «Знаменитые негритянские музыканты» и «Влияние рабства на литературу», а также «Начала английской литературы». Афроамериканский писатель Бенджамин Гриффит Броули выступал с докладом «История расы» и прочитал главу из книги Уильяма Эдуарда Беркхардта Дюбойса «Души чернокожих» (The Souls of Black Folk). Вступительные цитаты на этом мероприятии были взяты из собственного творчества Броули. В другие дни участницы декламировали цитаты из произведений Пола Лоуренса Данбара и Джеймса Уэлдона Джонсона, а иногда пели Negro National Anthem[994] Джонсона[995]. Смешение афроамериканских и европейско-американских традиций во многих литературных клубах предполагает возможность множественной культурной самоидентификации, поддерживая утверждение литературного критика Фрэнсис Фостер о том, что «традиции и образцы Шекспира, Уиттьера, Поупа и Стоу так же принадлежали афроамериканцам, как и законы и политические структуры, в рамках которых они отстаивали свое право на полноценное участие в жизни общества»[996]. В конце XIX и начале XX века интерес к расовой литературе представлял собой стремление к включению, а не к исключению.

Помимо изучения текстов, принадлежащих к различным литературным традициям, большинство женских афроамериканских клубов, в чью сферу интересов входила литература, сочетали культурную работу с общественно полезными проектами. Они варьировались от сбора средств для обустройства культурных поселений до хлопот по улучшению государственных школ. С момента основания клубы были привержены тому, что Элизабет МакГенри называет «общественной грамотностью», поэтому не только публиковали свидетельства собственной истории развития, но и создавали читальные залы, расширяя таким образом доступность литературы и грамотности для широкой публики[997]. Организации белых женщин также делали книги доступными для других, но, учитывая наследие рабства, низкое качество государственного образования и недопуск чернокожих в публичные библиотеки, важность добровольных объединений афроамериканок в обеспечении доступа к книгам для представителей своей расы невозможно переоценить. Клуб Соджорнер Трут (The Sojourner Truth Club) в Монтгомери, штат Алабама, который собирался «для личного совершенствования и социального служения» и посвящал каждое второе ежемесячное собрание литературным темам, открыл бесплатный читальный зал и библиотеку, когда для афроамериканцев закрыли двери местной библиотеки Карнеги (The Carnegie Library). Клуб собирал средства в церквях и среди граждан и держал читальный зал открытым шесть часов в день. К 1909 году в читальном зале было около 500 томов «хорошей литературы», и он стал выдавать книги на дом. Клуб также учредил премию для ученика старших классов средней школы, который напишет лучшую работу на тему, связанную с расовой историей[998]. На более базовом уровне Женская лига (The Woman’s League) Канзас-Сити, которая проводила швейные курсы и обеспечивала женщинам место для продажи результатов своего труда, также занималась повышением грамотности, предлагая бывшим рабыням курсы чтения и письма[999].

Хотя белые женские клубы обычно начинали свою деятельность как чисто культурные объединения, аналогичные клубы афроамериканцев с самого начала имели политическую направленность[1000]. Одной из главных целей Женского союза лоялистов Нью-Йорка и Бруклина было «распространение <…> информации» о гражданском и социальном статусе афроамериканцев, чтобы способствовать «осознанному отстаиванию своих прав» и совместным действиям. Для этого группа рассылала циркулярные письма по Югу и Западу США, запрашивая информацию об условиях жизни афроамериканских семей. Президент клуба Виктория Мэтьюз лично посетила Черный пояс[1001] (The Black Belt). Члены клуба собирали подписи под петицией в поддержку резолюции, внесенной конгрессменом Генри Блэром из Нью-Гэмпшира, о финансировании федерального расследования линчеваний (в итоге подписи поставили 10 000 человек, но законопроект был отклонен). Женский союз лоялистов также собрал средства, чтобы декламаторша Хэлли Куинн Браун смогла съездить в Англию и попытаться собрать деньги на библиотеку в колледже Уилберфорс, которую хотели назвать в честь Фредерика Дугласа[1002].

К осени 1895 года Женский союз лоялистов сосредоточился на создании библиотеки и читального зала, в которых поначалу должны были храниться в основном «произведения, написанные цветными авторами, или те, где обсуждается расовый вопрос», но со временем планировалось расширить фонд до «всех произведений, играющих образцовую роль в литературе»[1003]. Два года спустя, когда Мэтьюз основала Миссию Белой розы (The White Rose Mission) – общехристианскую организацию для помощи чернокожим девушкам и женщинам, которые переехали в Нью-Йорк с Юга, – она начала реализовывать эту цель, собирая литературную коллекцию. В библиотеку вошли произведения таких известных писателей того времени, как Чарльз Чеснатт, Пол Лоуренс Данбар и Букер Т. Вашингтон, второе издание стихов Филлис Уитли и переплетный сборник выпусков журнала Anglo-African Magazine[1004] (1859), в котором содержался рассказ о рейде Джона Брауна на Харперс-Ферри[1005]. В соответствии с широким определением расовой литературы, которое дала Мэтьюз, библиотека была посвящена афроамериканцам и содержала произведения, написанные как ими, так и о них, включая труды белых аболиционистов. Мэтьюз вела курс по расовой истории, в котором основное внимание уделялось жизни и трудам «всех великих аболиционистов», и, безусловно, это был один из первых курсов такого рода[1006]. Хотя продвижение расовой литературы и истории было центральным в видении Мэтьюз, упоминания об этой коллекции исчезают из архивов организации после ее смерти в 1907 году. В отсутствие стимула от основательницы организации литературные цели уступили место более насущной задаче – поиску работы для молодых мигранток[1007].

Когда Ида Уэллс-Барнетт основала собственное культурное поселение в 1910 году, подобно Мэтьюз, она стремилась сочетать чтение расовой литературы с практической помощью. Лига негритянского сообщества (The Negro Fellowship League, NFL) возникла за два года до этого, когда участники мужских курсов по изучению Библии в пресвитерианской церкви Грейс начали собираться, чтобы противостоять полному равнодушию общества в ответ на линчевание трех афроамериканцев в Спрингфилде, штат Иллинойс. Наиболее заметным проектом Лиги стал читальный зал и социальный центр, расположенные на Стейт-стрит, в самом сердце Черного пояса Чикаго. Услышав от заключенных, многие из которых были недавними мигрантами с Юга, что они впервые сбились с пути именно там, Уэллс-Барнетт сочла «своей обязанностью попытаться учредить своего рода маяк нравственности на Стейт-стрит». Рассматривая кабак как единственное местное заведение, которое в то время приветствовало чернокожих, она подумала, что его влияние (а также влияние игорных домов и бильярдных) можно было бы нейтрализовать, «если бы у нас были современный, отвечающий требованиям времени читальный зал, расположенный посреди всех этих соблазнов, и преданный своему делу молодой человек, который бы им управлял»[1008]. При всей своей политической радикальности Уэллс-Барнетт, как и другие женщины среднего класса, считала чтение расовым социальным лифтом. Но Лига отличалась от других предприятий социальной сферы, инициированных женщинами, будь то афроамериканки или белые, тем, что ориентировалась в основном на мужчин и мальчиков[1009].

Когда в мае 1910 года