Жизнь Миларепы - Речунг Дордже Дракпа

Мой Учитель поклялся йидамом, что учения верны, а наставления – полны. Принеся эту клятву, Марпа спел:

Я простираюсь перед тобой, кто исполнен сострадания, и молю тебя.

Размышляя над жизнеописаниями учителей, понимаешь,

Что даже желание получить как можно больше наставлений отвлекает.

Храни невредимой суть учения в своем сердце.

Избыток наставлений, лишенных сути,

Подобен саду деревьев, что не плодоносят.

Хотя все они истинны, они не являются окончательной истиной.

Знать все – не значит знать истину.

Избыток пояснений не приносит духовной пользы.

То, что обогащает сердце, – это наше священное сокровище.

Если хочешь быть богатым, сосредоточься на нем.

Дхарма – это искусное средство для очищения загрязнений ума.

Если хочешь быть защищенным, сосредоточься на ней.

Ум, свободный от привязанности, – учитель удовлетворенности.

Если хочешь обрести хорошего учителя, сосредоточься на нем.

Мирская жизнь порождает слезы; превзойди леность.

Горные пещеры в безлюдных местах

Были домом для твоего духовного отца.

Пустынное и одинокое место – священное жилище.

Ум, оседлавший ум, – неутомимый конь.

Твое собственное тело – святилище и небесный чертог.

Нерушимая медитация и поведение – лучшее лекарство.

Тебе, кто истинно стремится к пробуждению,

Я передал все наставления без утайки.

Я, мои наставления и ты —

Все в твоих руках, сын мой.

И пусть они покроются листвой, дадут ветви и плоды,

Которые не гниют, не уносятся ветром и не увядают.

Так он пел. Затем, положив руки на мою голову, он сказал:

– Сын, твой уход разбивает мне сердце. Но непостоянство – свойство всего составного, и мы ничего не можем с этим поделать. Все же побудь со мной еще несколько дней. Обдумай полученные наставления и, если что-то будет непонятно, спрашивай.

Так я остался у гуру еще на несколько дней и, слушаясь его указания, разрешал вопросы и сомнения относительно полученных наставлений. Затем лама сказал:

– Мать, приготовь подношение пищи из лучших продуктов. Мила покидает нас, и я должен подготовить прощальную церемонию.

Мать сделала подношения ламе и йидаму, а также подношения дакиням и охраняющим божествам и приготовила особую пищу для всех новоприбывших. Во время трапезы лама явил себя в облике йидама Хеваджры, Чакрасамвары, Гухьясамаджи, в символах ваджры и колокольчика, драгоценного колеса, лотоса, меча и других символах и трех буквах: Ом, А, Хум114 – красного, белого и синего цвета соответственно, а также в виде световых сфер (тиб. тигле).

Затем он сказал:

– Это чудесные превращения. В том, чтобы показывать их без определенной цели, мало пользы. Я же продемонстрировал их как прощальный подарок Миларепе.

Увидев в ламе живого буду, я преисполнился великой радости. Я подумал, что тоже постараюсь обрести такие чудесные силы с помощью медитации. Лама спросил меня:

– Сын, видел ли ты? Веришь ли ты в превращение?

– Я так потрясен, что не могу не верить. Я думаю, что должен постараться добиться того же с помощью медитации.

– Что ж, если ты и вправду так думаешь, можешь отправляться в путь. Я показал тебе иллюзорность всего сущего, поэтому практикуй старательно. Найди уединенное прибежище в пустынных горах, снегах и лесах. Из горных обителей знаменита Гьялги Шри (Славная Победа), что в Лато. Она благословлена величайшими святыми Индии. Иди туда и медитируй. Гора Тисэ115 упомянута самим Буддой как Ганчен (Снежная Гора) и является обителью йидама Чакрасамвары. Иди туда и медитируй. Лачи Гангра, оно же Гандавари – одно из двадцати четырех священных мест. Иди туда и медитируй. Риво Палбар и Ёлмо Гангра в Непале являются священными местами, предсказанными в сутрах махаяны. Иди туда и медитируй. Дрин Чувар – место обитания дакинь, охраняющих эту местность. Иди туда и медитируй. Медитируй в любом подходящем уединенном месте. Подними в каждом из них знамя медитации. Расположенные рядом на востоке Девикоти и Цари – великие святые места, но еще не наступило время их открывать. В будущем твои духовные сыновья откроют их. Но ты отправляйся медитировать в предопределенные святые места. Таким образом ты послужишь своему ламе, выразишь благодарность своим отцу и матери и достигнешь целей всех живых существ. Но если ты не будешь медитировать, то всю оставшуюся жизнь будешь лишь множить злые дела. По этой причине посвяти себя медитации, отсеки все узы страсти этой жизни и избегай общества тех, кто стремится к удовольствию.

Когда он говорил это, на его глаза навернулись слезы.

– Мы, отец и сын, больше не увидимся в этой жизни. Я не забуду тебя. И ты не забудешь меня. После этой жизни мы обязательно встретимся снова в мире дакинь116, так что возрадуйся. В какой-то период определенной практики ты столкнешься с большим препятствием. Когда это случится, посмотри на эту вещь, которую я даю тебе. Но не вскрывай ее раньше срока. – И лама дал мне запечатанный свиток.

Я запечатлел в своем сердце последние слова гуру. Позже воспоминания о них усиливали мою преданность учителю.

Затем мой гуру, обратившись к Дамеме, сказал:

– Завтра утром Мила Ваджрное Знамя Победы покидает нас. Приготовь все, что нужно, в дорогу. Хотя мне будет тяжело, я должен проводить его.

А мне он сказал:

– Ложись рядом со мной сегодня. Мы, отец и сын, поговорим друг с другом.

И я пришел спать рядом с ламой. Когда вошла мать, она сразу начала рыдать и горевать.

Лама сказал ей:

– Дамема, почему ты плачешь? Из-за того что мой сын получил все наставления устной преемственности и собирается медитировать в пустынных горах? Разве это повод для слез? Настоящий повод для слез – то, что все живые существа, являясь потенциально буддами, все еще не пробуждены и умирают в страданиях. А главным поводом для слез является то, что обретшие человеческое рождение существа умирают без дхармы. Если же ты плачешь именно по этой причине, то плачь не переставая.

Мать отвечала:

– Ты всё правильно говоришь, но такого сострадание трудно достичь. Смерть отняла у нас сына, достигшего мудрости и понимания сансары и нирваны, который мог бы выполнить свои желания и желания других. А сейчас другой сын, оставшийся в живых, исполненный веры, усердия, мудрости и сострадания, в точности выполнявший всё, что ему говорили, должен нас покинуть. И поэтому я не в силах сдержать печаль.

И она снова разрыдалась. Меня самого сотрясали рыдания, и лама тоже плакал. Учитель и ученик одинаково страдали от привязанности друг к другу, и слезы не оставляли места словам.

Наступил рассвет следующего дня. Неся большое количество провизии, Учитель и тринадцать учеников шли со мной полдня. Всю дорогу они шли с грустью в сердце, выражая словами свою привязанность и выказывая знаки симпатии.

На горном перевале, откуда мог быть виден Холм Дхармы, мы сели, чтобы совершить ритуальную трапезу. Лама взял меня за руку и сказал:

– Мой сын, ты идешь через У-Цанг. На перевале Силма в Цанге ты можешь встретить разбойников. Раньше я хотел, чтобы ты шел с надежным товарищем, но сейчас пришло время тебе идти одному. Я попрошу своего ламу и йидама, а также прикажу дакиням защищать моего сына от опасностей в пути. Будь начеку. Отсюда отправляйся к ламе Нгокпе. Сверь с ним наставления и посмотри, нет ли расхождений. После этого сразу же иди домой. Дома оставайся не более семи дней. Затем удались в уединенное место. Это нужно и для тебя, и для блага живых существ.

Покидая ламу, я поднес ему «Песню отбытия в Цанг»:

Учитель Будда Ваджрадхара, неизменный!

Впервые я иду в Цанг как нищий.

Впервые я возвращаюсь домой как простой искатель истины.

Милостью моего Отца, милосердного ламы

На высоком перевале Силма в Цанге

Двенадцать горных дакинь встретят меня.

Я молю Учителя, благословенного.

Я уповаю на Три