Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер

В том же месяце на место Джеки и Джули пришли Тиш и Снуки Белломо, впоследствии основавшие косметическую компанию «Manic Panic» и певшие с небезызвестной группой Sic Fucks. «Я познакомилась с ними через Гориллу и Томата, – говорит Дебора. – Прежде они ставили комедийные скетчи в CBGB, например, “Каскадерша Бабс” или “Дикие вуду-монашки”, и в некоторых из этих безумных постановках участвовали Тиш и Снуки».

«Когда мы назывались Blondie And The Banzai Babies, Тиш и Снуки года полтора периодически выступали у нас на подпевке, – рассказывала позднее более подробно Дебби. – Мы считались танцевальной группой, но, по правде говоря, называть нас “гаражной группой”, или вообще “группой” было большим комплиментом. Нам, скорее, подошло бы определение “помойная” или, например, “канализационная” группа. За все время существования мы не получили ни одного предложения от звукозаписывающей компании, ни одной рецензии. Гитара Криса стоила 40 долларов, у него не было даже плохонького усилителя, а наш ударник никак не мог определиться, кем он хочет стать – барабанщиком или врачом».

«На первый взгляд казалось, что группе не хватает драйва, но, размышляя об этом сейчас, думаю, она не была безнадежна, – говорит Тиш. – Но тогда мне казалось, что они и понятия не имеют, что делают».

«Дебби решила, что мы должны стать танцевальной группой в стиле диско, – добавляет Снуки. – Она договорилась с одним местечком, “Brandy’s Too” в Верхнем Ист-Сайде, что мы сыграем два длинных сета за вечер. Публика наполовину состояла из наших друзей и наполовину из каких-то чудиков. Они пришли потусоваться и не вслушивались в слова, так что когда мы исполнили вещицу под названием “Funky Anus”, никто и ухом не повел».

«К нам на разогрев пришли The Ramones, – продолжает Тиш. – Но руководство попросило их удалиться со сцены после первой же “Sniffin’ Glue”. The Tuff Darts в ярости покинули зал, когда им сказали, что они слишком шумят».

«В то время мы просто кайфовали от процесса, не слишком заморачиваясь на карьере», – делится своими размышлениями Крис.

Аня Филлипс, которая познакомилась с Дебби во время их совместной работы в «White’s Pub», а впоследствии стала одной из самых близких подруг вокалистки, была одной из тех немногих, кто поддержал группу в тот нестабильный период. «В заведении было человек пять. Не думаю, что они хоть что-то получили за выступление. Абсолютно пустой зал. The Ramones объявили выход группы Angel And The Snak e, хоть и знали, что группа сменила название и наняла новых бэк-вокалисток…. Дебби выступала в бирюзово-голубом гимнастическом купальнике и красных чулках. Но на “Platinum Blonde” она выходила в потрепанном парике и помятом платье, и запевая: “I wanna be a platinum blonde” (“Я хочу быть платиновой блондинкой”), срывала их. Крис каждый вечер заходил за ней в паб после работы. Он носил длинные волосы, подводил веки синими тенями и надевал кожаные чапсы».

«Они встречались несколько месяцев, но уже были по-настоящему влюблены друг в друга, – добавила Аня. – Когда в октябре или ноябре 1974 года в группу пришла Джеки с еще одной девушкой, Джули, оказалось, что все три участницы – блондинки. Думаю, поэтому они решили называться Blondie».

Дебора подтверждает: «Джули и Джеки некоторое время были на подпевке, и мы взяли себе название Blondie. Оно идеально подходило нам, потому что мы все были блондинками. А перед самым первым выступлением Джеки покрасила волосы в темно-каштановый, и вся концепция пошла под откос».

Как и большую часть идей для их ранних песен, название для группы Крис и Дебби получили с улиц Нью-Йорка. «Среди городского шума часто пробивалось: “Эй, блонди! Блонди!”. И когда я поняла, что название для группы лежало перед носом, хотя мы столько пытались его придумать, оставалось только вздохнуть: “О Боже…”, – вспоминает Дебби. – Это был оживший комикс про блондинку…. В этом есть что-то пронзительное. Словно рисунок оживает и выходит на сцену. Мне хотелось вывести к публике героиню, не перестающую веселиться».

Кстати, возгласы водителей грузовиков и строителей «Эй, Блонди!» это неосознанная отсылка на старый газетный комикс с одноименным названием, что прочно закрепился в массовом подсознании.

В январе 1975 года, после двух концертов в CBGB на разогреве Television и нескольких небольших шоу перед концертом The Miamis, группа хотя и была по-прежнему далека от постоянного имиджа и состава, но название – Blondie – закрепилось за ней уже навсегда.

Глава 5

Рокеры Нью-Йорка

«Несмотря ни на что, мы продолжали упорно работать. Обстоятельства пытались нам помешать. У нас не было денег. Но мы твердо стояли на своем и все преодолели».

Дебби Харри

По мере того, как Бауэри понемногу отходил от очередной суровой зимы, перспективы творческого союза Дебби и Криса постоянно менялись. 1975 год стал поворотным для Blondie, хотя в его начале так не казалось. Состав, имидж и даже музыкальное направление группы, у которой было стабильно лишь название, лихорадило. «Мы постоянно экспериментировали со стилем, – вспоминает Дебора. – Обычно музыканты выбирают одно направление и последовательно его развивают, а мы потратили на поиск себя очень много времени. Взять тех же The Ramones, чья концепция оставалась неизменной с самого начала, тогда как мы постоянно пробовали что-то новое и соответственно куда медленнее шли к совершенству».

«Мы упорно работали в надежде, что из этого что-нибудь получится, – вспоминает басист Фред Смит. – Мои коллеги, знаете ли, весьма эксцентричны, а барабанщик постоянно терял сознание и грохался в обморок». Проблемы Билли О’Коннора за ударной установкой, скорее всего, были вызваны его неуверенностью в выбранном пути профессионального музыканта. После долгих раздумий, в марте он окончательно покинул группу и возобновил юридическую практику. Поскольку очевидной замены Билли в составе не нашлось, оставшиеся музыканты разместили объявление в «The Village Voice»: «Требуется безбашенный и энергичный барабанщик».

На объявление откликнулось более сорока потенциальных «безбашенных и энергичных» барабанщиков, которым предстояло полноценное прослушивание. «Большинство кандидатов были жуткими неряхами в куртках с бахромой, но с отвалившейся бахромой. Особенно настойчивых приходилось силой выталкивать из помещения, – вспоминает Дебби. – Когда мы с Крисом впервые обсуждали концепцию будущей группы, то пришли к единому мнению, что не нуждаемся в сайдменах, рядовых музыкантах, из которых можно слепить что угодно. Нет, мы хотели, чтобы группа состояла из неординарных личностей, которые смогут придать коллективу уникальные черты, став его неотъемлемой частью. Так было во всех командах, что нам нравились. Уникальные участники, заметные сами по