Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
Несмотря на относительно небольшое количество клиентов, в основном завсегдатаев района Бауэри, клуб CBGB повысил репутацию The Stillettoes. «Когда наши выступления стали более безвкусными и вульгарными, на них обратила внимание пресса, – вспоминает Дебби. – Для сцены у меня были и черное платье Мортиши[37] с ярким золотым крестом, и платья из позолоты, и дурацкие парики. Мы даже тащили на сцену аквариум с золотой рыбкой Мистером Челюсти. Так, шаг за шагом, намечался будущий стиль Blondie».
Помимо нескольких собственных песен, как «Platinum Blonde», основную часть выступления The Stillettoes составляли каверы. Это были «Lady Marmalade» группы Labelle, «Mr Big Stuff» Джин Найт и «Out In The Streets» группы The Shangri-Las, к которым почти четверть века спустя Blondie вернутся в своем альбоме No Exit. «Я обожал всю музыку, написанную до 1971 года, – утверждает Крис. – Из музыки начала шестидесятых мне нравились все девичьи группы, а конец десятилетия запомнился черной музыкой, стилем R&B и всем тому подобным. Самые очевидные звезды тех лет – это The Shangri-Las и The Crystals, Supremes, Лу Рид».
Слухи о The Stillettoes дошли до Марти Тау, тогдашнего менеджера New York Dolls. В то время как раз готовился к выпуску Too Much Too Soon, второй и последний альбом классического состава квинтета. Естественно, Марти оказался в восторге от Дебби: «С первого взгляда меня поразила ее красота, но она вела себя очень тихо. Она была очень пуглива и впадала в паранойю по любому поводу. Как она сама говорила, оказавшись в чьем-то обществе, порой, не могла вымолвить и слова, настолько была слаба. До меня доходили слухи, что она пела в весьма неплохой группе The Stillettoes. Я никогда не был на их выступлениях, но слышал о них только положительные отзывы. Все отмечали творческий потенциал команды Дебби и ее умение петь: “Может быть, позовешь их сам и посмотришь, что из них можно слепить”. Но тогда я был по уши занят делами Dolls».
«В первый раз подписав Dolls, я пригласил The Stillettoes к себе в загородный дом, поболтать и потусоваться, – вспоминает Марти. – Они приняли приглашение и приехали на старом повидавшем виды “Camaro” Дебби. Весь день мы провели за разговорами, а когда они уехали, примерно через час перезвонили и сказали, что у их машины сел аккумулятор. Я отправился на помощь и обнаружил их в какой-то бильярдной, где они гоняли партейки с кучкой местных выпивох. Вот так состоялась наша первая встреча с Дебби».
И хотя разогревы Television в мае и июне и привлекли внимание к The Stillettoes, внутренние распри вели группу к распаду, что и произошло после концерта 12 июня в «82». «Мы стали слишком часто ссориться, и это меня удручало», – говорит Крис. Суть споров заключалась в желании Деборы развиваться в музыкальном плане, тогда как Эльда делала ставку на сценическое мастерство. Как заметил Джимми Уиндбрандт, между девушками возникли «непримиримые разногласия. В те годы на сцене уже редко встречались девичьи трио, и группа шла к успеху. Распад, полагаю, случился из-за соперничества и разных представлений о перспективах развития. Крис и Дебби уже наметили музыкальные планы, а Эльда ратовала за театральщину».
«Деньги у меня заканчивались, и вкладываться в The Stillettoes никто не собирался. Тони Инграссиа предложил мне, матери-одиночке, найти подработку, чтобы продолжать вести проект, – вспоминает Эльда. – Вместо того, чтобы работать над оригинальным материалом, мне заявили, что Дебби и Роузи теперь могут исполнять каверы. Мы превращались в дискогруппу! Мы устроили собрание в доме Тони, но никто меня не поддержал – прощайте мечты о гастролях, о сотрудничестве с Тони. Дебби и Крис сидели и помалкивали, и в итоге я покинула свою же группу».
«Трем девушкам всегда непросто ужиться вместе, а уж тем более в группе, где всегда царит дух соперничества, – утверждает Дебби. – Эльда хотела, чтобы над нами взял шефство определенный человек, а мне не нравится плясать под чью-то дудку и подписывать какие-то документы с ноунеймом. Я сказала, что хочу заниматься своим делом и ушла».
Естественно, что музыканты ушли за Дебби, делающей упор на музыку, которая в то время уже открыто встречалась с Крисом. «Я решила, что хочу заниматься музыкой, а не эпатажем, и отказалась от многих очевидно театральных фишек, – вспоминает она. – У нас не было конкретных идей, как продолжать, но в The Stillettoes мы стали немного известны, приобрели немного поклонников и получили несколько хороших публикаций в прессе. Не решив возникшие деловые и художественные вопросы, мы пошли разными дорогами».
В результате образовалась новая, но недолговечная группа Angel And The Snake, в состав которой вошли Харри, Стейн, Смит и О’Коннор, а позже присоединились две бэк-вокалистки – Джули и Джеки. Джеки работала в недавно открывшемся «White’s Pub» на Уолл-стрит вместе с Дебби.
В середине августа в почти пустом зале CBGB состоялся дебют новой группы. На разогреве играли The Ramones. «Мы знали Томми Эрдейи[38] по Центру искусств Мерсера, – вспоминает Крис. – Однажды вечером мы столкнулись с ним в “Club 82”. Он спросил: “У меня есть группа The Ramones, но мы не знаем, где могли бы проводить концерты. А вы где играете, ребята?” Я подумал, что у его группы какое-то испанское название, стало быть, он играет с пуэрториканцами или кем-то в этом роде…».
«Артуро Вега, парень, что был оформителем The Ramones, приходил в CBGB в маске мексиканского рестлера. Первые полгода его знали только как “парень в маске”, – вспоминает Крис. – В то время у Томата Дю Пленти из The Screamers, Гориллы Роуз и Файетт Хаузер, сестры одного из парней из Manhattan Transfer, было странное кабаре, а мы с The Ramones играли у них на разогреве. Сперва все оказывали нам всяческую поддержку, но стоило нам привлечь к себе внимание публики, снова началось соперничество».
После второго концерта в CBGB группа Angel And The Snake отказалась от своего названия. «1974 год был отмечен “безвременьем панка”, – утверждает Дебора. – Тогда на сцене скорее веселились, нежели играли Television, The Ramones и мы, Angel And The Snake, или группы вовсе без названия». В этот период, пока состав группы постоянно менялся, Дебби и Крис учились совместно писать песни. «В самом начале, пока мы не сформировались в музыкальном плане, мы с Крисом находились в состоянии творческого потока, – делится своими воспоминаниями Дебби. – Не думаю, что у остальных групп тогда была какая-то концепция, они просто валяли дурака, без особых целей и направления, что не способствовало хоть какому-то результату».
В октябре в группе появился гитарист Иван Крал, но продержался всего три месяца, после чего в январе
