Спасение пингвинов Поппера - Элиот Шрефер
Однако они не вышли насладиться зрелищем, потому что очень переживали за Мэй и Эрнеста. Молодые пингвины ели с пола сушёных кальмаров в перерывах между ходами в собственной версии шахматной битвы. Джоэл и Нина ещё не разобрались в правилах, но они точно включали в себя клевки, драку и раскидывание пешек по полу.
– Как будто они не знают, что они пингвины, – сказал Джоэл.
– Так оно и есть, – с порога сказала доктор Дрейк. Нина и Джоэл испуганно подняли головы.
– Когда молодые птицы вылупляются из яйца, первым делом они проходят через процесс, называемый импринтингом. Чтобы научиться правильным привычкам и манере поведения, они изучают того, кого увидели первым. Это может быть любое животное. Обычно это, конечно же, другой пингвин. Однако в данном случае это были вы, дети!
– Но первые пингвины мистера Поппера смогли жить в дикой природе, – запротестовала Нина.
Доктор Дрейк кивнула:
– Вы наверняка помните, что первый пингвин мистера Поппера, которого звали Капитан Кук, попал к нему уже взрослым. Когда он был птенцом, он жил среди других пингвинов. К тому времени, когда те птенцы оказались в Стиллуотере, они уже видели других пингвинов, у которых переняли всё необходимое. К сожалению, ваши двое оказались в другой ситуации. Вы ни в чём не виноваты, дети, вы отлично ухаживали за яйцами. Но я боюсь, вашим птенцам не выжить здесь, в дикой природе, без родителей точно так же, как не выжили бы здесь и человеческие дети.
На этом месте Мэй громко отрыгнула кальмара, подняла клювом чёрную ладью и ловко переместила её на другую сторону доски. Эрнест возмущённо взвизгнул от такого её хода, но быстро успокоился. Он осторожно постучал клювом по каждой из белых фигур, обдумывая свои варианты.
– В дикой природе вряд ли можно найти шахматы, – сказал Джоэл.
– Или радиоприёмник, чтобы слушать «Часы природы», которые так любит Эрнест, – добавила Нина.
– Я подозреваю, что они не генту, а магеллановы пингвины. Их сородичи живут не в Антарктике, а в Южной Америке, там несколько теплее. И, честно говоря, Эрнест скорее похож на самку, а Мэй на самца, но я вполне могу ошибаться. Даже после стольких лет работы с пингвинами мне трудно определить пол без анализа крови.
– Господи! – вздохнула Нина.
Как раз в этот момент снаружи снова раздался шум, пингвины Поппера закончили своё большое представление. Миссис Поппер и Юка, запыхавшись, ворвались в кабинет.
– Это было лучшее шоу из тех, что мы видели! – воскликнула миссис Поппер. – Пингвины Поппера сократили время номеров. Я горжусь ими.
– По крайней мере, они нашли себе подходящий дом, – сказал Джоэл. – К тому же они здесь главные знаменитости.
Нина обняла мать за талию, зарывшись лицом между карманов её пуховой куртки.
– Мэй и Эрнест принадлежат к другому виду, они отличаются от местных пингвинов, мама, – и она заплакала.
– О боже, – расстроилась миссис Поппер, – что нам делать, как вы думаете, доктор Дрейк? Как лучше для наших пингвинов?
– Сами они не могут жить в дикой природе, но они способны принести большую пользу тем пингвинам, которые могут, – сказала доктор Дрейк. – По мере того как планета нагревается от человеческой деятельности, этот ледник тает, родина пингвинов подвергается всё большей и большей опасности. Иногда мы теряем целые колонии из-за таяния льдов. Кажется, в павильоне пингвинов, в котором вы теперь живёте, всё было сделано неправильно, но вы могли бы изменить это. Вы могли бы приводить Мэй и Эрнеста в школу зимой, когда достаточно холодно и им полезно погулять, чтобы дети вашего города больше знали о пингвинах. Вы могли бы дать возможность учёным и заинтересованным детям навещать Эрнеста и Мэй в вашем холодном подвале. Я уверен, что Фонд Поппера финансировал бы такое место и вас в качестве смотрителя.
Миссис Поппер в голову пришла идея:
– А если денег вдруг не хватит, для меня будет честью каким-нибудь образом помогать пингвинам. Я сделала несколько набросков шоу Поппера углём. А ещё можно продавать портреты Мэй и Эрнеста, чтобы поддержать работу фонда.
Нина не отпускала маму. Откинув голову назад, она удивлённо смотрела вверх.
– Правда? – спросила она. Лицо её было мокрым от слёз.
Джоэл подпрыгнул:
– Это просто потрясающе! Мы оставим Мэй и Эрнеста!
Пингвины, о которых шла речь, громко возмутились тем, что им мешают, и тут же вернулись к своей шахматной партии.
– Я останусь здесь с доктором Дрейк, буду писать диссертацию о передаче информации между поколениями пингвинов генту, – сказал Юка. – Но сейчас мне нужно вернуться в Стиллуотер, чтобы составить план занятий с моим профессором. Я готов взять вас и наших молодых пингвинов-представителей с собой.
– Это отличная новость для нас, Юка, – порадовалась миссис Поппер, – и отличная новость для пингвинов генту. Они станут объектом вашего исследования.
– Я очень далеко от дома, дальше и быть не может для эскимоса, – сказал он. – Семья будет скучать по мне несколько лет.
– Но зато они смогут гордиться вашим вкладом в науку, – сказала миссис Поппер. – Я очень на это надеюсь!
И вот несколько дней спустя семья Попперов и два их пингвина выстроились в ряд на корме лодки.
– Только подумай, Джоэл! – воскликнула Нина. – Наши птенцы вернутся в школу, где они вылупились. Мы снова возьмём их туда.
– И на этот раз с благой целью, – добавил Джоэл.
Лодка отошла от причала. В один голос Мэй и Эрнест издали новый звук – что-то похожее на «вейк!».
– Что это означает? – спросила миссис Поппер, помахав на прощание доктору Дрейк.
– Думаю, это означает, что они довольны, – ответил Джоэл.
– Довольный, – повторила Нина, – content. Когда-то давно это слово было в моём тесте по правописанию.
– Быть довольным – это очень хорошо для молодого пингвина, – сказала миссис Поппер.
Юка дал пароходный гудок, и, слушая его, Попперы помахали Антарктиде на прощание. Джоэл и Нина взяли пингвинов на руки, чтобы те тоже могли присоединиться к прощанию, и они изо всех сил замахали ластами, придав сцене драматизма. Затем Юка прибавил ход – лодка рассекала волны по направлению к дому и навстречу приключениям, которые ждали их впереди.
