Человек-кошмар - Джеймс Х. Маркерт
– Держись подальше от моей семьи.
– «Держись подальше от моей семьи», – передразнила она. – Да какая они вам семья, если уже давно вас не видят? Плохой папочка.
Миллз придвинулся ближе, не отрывая спину от каменной стены. Его пистолет по-прежнему был направлен на Джулию, но теперь, когда он знал, что содержится в этих книгах, его основное внимание было сосредоточено на предмете в ее руках и том, что она собиралась с ним делать.
– Что в книге?
– А, в этой? – Она посмотрела на том, делая вид, будто только сейчас его заметила. – Как она вообще сюда попала?
Он сделал еще один шаг и наконец сумел разглядеть на корешке надпись: «1011». Номер ни о чем ему не говорил – просто еще одно число в списке Роберта Букмена, который его семья начала вести больше ста лет назад.
На темной лестнице послышались шаги – они раздавались все ближе к балкону. Миллз направил пистолет на ступеньки, ожидая, что из тьмы вот-вот кто-то появится.
– Кто здесь?
В ответ лишь хохот. Мужским голосом.
– Разве она не кажется вам знакомой? – спросила Дженнифер, протягивая ему книгу.
– Что в ней? – прошипел он, бросая взгляды на лестницу позади себя и слушая странный звук все приближающихся к балкону шагов.
Ширк-ширк. Как будто кто-то подметает метлой пол.
– Вы помните, как вашей дочери снились кошмары?
– Конечно, помню.
– И как вы пытались ее от них избавить, но у вас ничего не вышло, – продолжила Дженнифер. – Знаете, почему у вас тогда не получилось?
– Что в этой гребаной книге?
Она быстро пробежала большим пальцем по срезу книги, пролистывая страницы, открыла ее, потом закрыла.
Доносящиеся снизу шаги стали ближе, громче. Ширк-ширк. Миллз не сводил глаз с Дженнифер, с книги в ее руках. Затем повернулся к лестнице и увидел там Брюса Бэгвелла, Бугимена – скорчившись на лестничной площадке, тот сидел всего в нескольких футах от него, лицо было разрисовано вертикальными коричневыми и черными полосами, а глаза и губы обведены ярко-красным.
– Бу! – закричал он.
Миллз пошатнулся, тело тяжело привалилось к стене. Сердце бешено колотилось о грудную клетку.
Смех теперь раздавался с обеих сторон.
Хохотали Дженнифер-Джулия и Брюс Бэгвелл, вошедший в роль Бугимена. Последний тут же пустился в обратный путь по лестнице, его миссия была уже выполнена.
– Это вы, детектив Миллз, – сказала Дженнифер. – В этой книге были вы. Вы были кошмаром вашей дочери.
Он затряс головой, чувствуя сильное головокружение и обливаясь потом.
– Вы сломали ей руку – легко, словно прутик. А она так и не смогла забыть пьяную злость в ваших глазах. Этот ужасный взгляд. Вот почему вы не смогли избавить ее от кошмара – ведь этим кошмаром были вы сами.
Резкая боль. На него накатила тошнота. Он согнулся пополам. Поняв, что она собирается сделать с книгой, Миллз заставил себя выпрямиться и протянул руку.
– Отдай ее мне.
Дженнифер снова пролистала страницы книги.
– И тогда она рассказала обо всем матери. О том, какими страшными были ее кошмары о вас. Плохой папочка с ужасным взглядом.
– Отдай мне книгу!
– Ваша жена тайком отвела дочь к доктору Букмену. И он ее вылечил. Плохой папочка оставил ее в покое. Но кое-кто попросил меня выпустить его на волю.
Он направил на нее пистолет.
– Не делай этого.
А затем из тени за спиной Дженнифер раздался голос Блу:
– Папа…
Дженнифер повернулась к Блу. Она не знала, что в кобуре под лифчиком Сэм прячет крошечный пистолет 380-го калибра.
Умная девочка.
Блу выстрелила. Не в Дженнифер. В книгу. Попутно задев руку Дженнифер, отбросив кошмар к стене и превратив ее пальцы в сплошное месиво, забрызгавшее кровью стены.
Вскочив на ноги, Блу продолжала целиться в Дженнифер, которая теперь смотрела на нее снизу вверх, плача – уже сама, а не глазами Джулии.
Блу, должно быть, тоже это заметила. Она опустила руки, но по-прежнему держалась настороженно, не желая вновь попасться на ту же удочку, что и раньше. Блу уже была готова снова нажать на спусковой крючок, чтобы покончить с этим кошмаром раз и навсегда, когда Дженнифер медленно встала, растерянно и испуганно повторяя «простите» снова и снова.
Книга, которую Дженнифер грозилась открыть, застыла на полу балкона в вертикальном положении, опираясь на раскрытые веером страницы. Вытянув ногу, Миллз опрокинул ее на бок, а затем толкнул ее ботинком.
Теперь она закрыта.
Нетвердо стоявшая на ногах Дженнифер продолжала плакать.
– Передайте Бену и Аманде, что мне очень жаль. Я любила их. И я все понимаю.
– Понимаете что? – спросила Блу, все еще держа ее на мушке.
– И скажите Бри, что бояться – это нормально. Хотя бы иногда.
Прежде чем они успели ее остановить, Дженнифер бросилась через перила балкона. Миллз закричал, беспомощно наблюдая, как тело Дженнифер стремительно падает вниз, но отвел взгляд как раз перед тем, как оно ударилось о каменный пол. Выждав несколько секунд и не услышав за это время ни звука, он заставил себя посмотреть в том направлении. Вокруг головы растекалась лужа крови. Шея была вывернута под невозможным углом. Дженнифер не двигалась. Выжить после такого падения не смог бы никто.
Она была мертва.
И Миллз надеялся, что Джулия ушла вместе с ней.
Ранее
Бернард Букмен заблудился.
Его поглотил Блэквудский лес. Вот уже несколько часов он водил его кругами по зарослям ежевики, среди завалов валежника, покрытых лишайником ветвей и кривых, поросших мхом деревьев, которые словно сошли со страниц сказочных историй. Листва над головой была такой густой, что заслоняла солнце. Воздух казался очень чистым, овраги глубокими, а попадавшиеся местами ручьи – полноводными. Ярко-зеленый мох устилал здесь не только камни, но и корни, взбираясь вверх по северной стороне зловещих черных стволов множества узловатых, будто пораженных артритом деревьев.
Трудно сказать, было ли это судьбой или простым везением, но Бернард наконец обнаружил поляну – идеальный овал площадью в пол-акра, заросший колышущейся на ветру высокой травой, и посреди него стояло дерево, ради которого он пересек океан. Полностью лишенное листьев, словно пережившее схватку с огнем и оставленное умирать, оно, тем не менее, выглядело так, будто в нем по-прежнему бурлила жизнь. Бернард осторожно приблизился к дереву и заметил на темной влажной коре какое-то движение.
Может ли такое быть на самом деле? Неужели это настоящее марье дерево?
В воздухе порхали десятки мотыльков, еще
