Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Глава 4

Вот и загадка

– На первых полосах «Курьера восточного Суффолка» и «Стража Хэдли» движущийся перст судьбы[34] пишет не совсем правильно в плане грамматики, – тридцать шесть часов спустя весело сказал мистер Кэмпион мистеру Рэндаллу, сидевшему рядом на заднем сиденье своего почтенного «бентли».

Лагг был за рулем, а Игер-Райт мирно дремал сбоку от него.

Реплику Кэмпиона вызвал абзац в местной газете, купленной по дороге. Заголовок «Таинственное нападение в суффолкской деревне» привлек его внимание, и он перечитывал эти несколько строк в четвертый или в пятый раз.

Мисс Харриет Хантингфорест, живущая в Понтисбрайте, близ Хэдли, Суффолк, вчера стала жертвой нападения. Незнакомец проник в ее жилище и обыскал его, ничего ценного не похитив. Мисс Хантингфорест застала постороннего врасплох и бесстрашно велела ему покинуть дом, но была сбита с ног и потеряла сознание. Единственные приметы, которые мисс Хантингфорест смогла предоставить местному офицеру полиции, – что напавший чрезвычайно высок и имеет довольно большой волосяной клин на лбу.

– Мило, не правда ли? – сказал он, протягивая газету Гаффи. – Это знак, послание самого Провидения: «Альберт, ты на верном пути».

– Потрясающе, – сказал Гаффи. – Я рад, что поехал с тобой. Поскольку Фаркьюсон был вынужден остаться ради возни с отчетом, мне кажется, двор Аверны обеднел бы без меня. Я вижу себя этаким Ватсоном с клюшкой для гольфа.

Мистер Кэмпион пожал плечами.

– Сомневаюсь, что нас ждет именно такая деликатная игра, – сказал он. – Не понимаю, чего добивается Пики Дойл, избивая старушек. Придется ждать, пока мы не доберемся туда и не узнаем. Если вообще узнаем. – Он оглядывал местность, по которой ехал автомобиль.

С каждой милей пейзаж становился все более сельским и все более живописным. Оставив позади Фрамлингем, они проехали несколько миль и не заметили ни одной живой души. За высокими ветвистыми деревьями скрывались пузатые белые домики. Даже поля, казалось, стали меньше, а грунтовые дороги пылили и местами были очень плохи.

Кэмпион умолк, когда они приблизились к мудреному узлу – перекрестку пяти дорог. Лагг остановился и повернул несчастное лицо к хозяину.

– Ну и куда теперь?

– Как долго ты ехал с закрытыми глазами? – мягко поинтересовался мистер Кэмпион.

Мистер Лагг счел нужным притвориться обиженным.

– Я же на вас полагался! Думал, вы подскажете, если что не так. Знать не знал, что вы просто сидите и глазами хлопаете, точно олух, впервые увидевший Англию. Когда я сомневался, сворачивал налево, а сомневаться начал, как только мы выехали из Ипсуича.

– Если так, – миролюбиво произнес мистер Кэмпион, – мы, должно быть, все еще неподалеку от него. Гаффи, перед тобой в бардачке карта. А ты, Лагг, выйди и разберись с указателями.

Продолжая ворчать, мистер Лагг подчинился. Он вернулся через минуту и сообщил, что обе дороги направо, похоже, ведут к месту, которое называется Свитхартинг, что они направляются в Литл-Даннинг и, очевидно, проехали Литл-Свеффлинг.

– Нет никакого указателя, куда ведет этот путь, есть только бойскаутская метка на воротах, – добавил он, указывая на пятую дорогу. – Может, бедняга, который писал указатели, просто не знал и не имел силенок сходить и выяснить. Глянете?

– Бойскаутская метка? – переспросил Кэмпион, и Лагг махнул ручищей вправо, где ворота вели на вспаханное поле.

Молодой человек не спеша выбрался из автомобиля и отправился изучать «метку».

Он отошел так далеко, что сгоравший от любопытства Гаффи не выдержал и поспешил следом за другом.

Тот рассматривал круг на воротном столбе, где была соскоблена грязь и потемневшая древесина. В центре белого пятна виднелся рисунок красным мелом. Выполненный тщательно, он представлял собой крест, увенчанный седилем.

Кэмпион нахмурился.

– Подумать только! – произнес он. – Конечно же совпадение. Гаффи, ты когда-нибудь видел этот символ? Вероятно, он самый древний в мире.

Игер-Райт, присоединившийся к компании, выглядел озадаченным.

– Где-то он попадался мне на глаза, – сказал он. – Что это? Метка бродяги?

Кэмпион покачал головой.

– Нет. Как странно. – В его голосе появилась новая интонация, и друзья посмотрели на него с интересом. Он вытянул руку и легонько потер мел. – Великолепный образчик символа «Помоги нам, Господи», – неспешно произнес он. – Дорогие мои, вы даже не представляете, насколько он древний. Возможно, еще сыновья Израиля рисовали его на дверях своих домов во времена преследования. Бритты им пользовались, когда на них нападали скандинавские пираты. В годы Черной смерти его можно было найти практически на каждой стене. В последний раз я его видел на куске покореженной жести в разоренной войной Франции. Это даже не воззвание к христианскому Богу – изображение креста намного старше христианства. Он чаще встречается в местах, где люди ждут чего-то плохого, чем там, где беда уже случилась. Это своего рода знак угрозы. Удивительно, что мы видим его здесь.

– Нам бы кого-нибудь из местных найти да спросить дорогу, – сказал мистер Лагг, на которого находка если и произвела впечатление, то крайне слабое. – Чтобы не терять время понапрасну.

Возразить столь разумному доводу было нечем, и они в задумчивости побрели к машине. Освещенный ранним закатом зеленый пейзаж был красив и покоен, но кто знает, когда над этой первозданной благодатью нависнет туча и какую тайну скрывают здешние цветущие луга и тенистые кроны?

Было восемь часов вечера, когда Лагг, в котором предвкушение пива вывело из спячки талант водителя, спустил старинный «бентли» с холма в широкую долину, где приютилась деревня Понтисбрайтов. Большинство домов были построены по двум сторонам квадрата, вместившего в себя двадцать акров утесника и вереска вперемежку с низкой и жесткой травой. Дорога, по которой приехали мистер Кэмпион и его спутники, огибала пустошь с одной стороны, резко шла под уклон, сворачивала внизу долины под прямым углом и уходила на север, оставляя позади извилистую речушку, на берегу которой стояли белая старая мельница и примыкающий к ней довольно большой жилой дом.

Люди в автомобиле увидели мельницу. Так вот оно какое, пристанище Фиттонов, детей претендента на титул графа Понтисбрайта!

Через дорогу от мельницы начинался довольно обширный лес, и компания предположила, что первая усадьба, Понтисбрайт-Холл, находилась где-то здесь.

Они заметили еще один дом поодаль в лесу – белые стены и шиферная крыша выглядели неуместно в окружении старины.

Лагг свернул под прямым углом на главную дорогу и с великой помпой остановил «бентли» перед одним из самых восхитительных постоялых дворов графства, знаменитого своими гостиницами.

«Латная рукавица» была построена в форме буквы Е без палочки посередине. Огороженный желтыми стенами и вымощенный булыжником двор выглядел чисто и свежо. Вдоль ограды выстроились скамейки, а на шесте, вкопанном в