Собор темных тайн - Клио Кертику

Фергюс был в бархате зеленого оттенка – вот это уже интереснее.

– Как бы это ни было грустно, но желание есть желание! – он развел руками и отошел чуть левее.

Теперь от пола будто бы стал исходить холод.

Я услышал тихий вздох Ализ, устроившейся справа от меня.

Лицо Лиама оставалось неизменным. Он сидел на своем троне, внимательно слушая то, что рассказывает Фергюс. Тот же улыбнулся ему и слегка поклонился. Темные кудри качнулись.

Фергюс отвел левую руку в сторону, как бы приглашая кого-то. Дверь тут же распахнулась.

Весь зал затих, даже король вечера задержал дыхание.

В зал вошла Эдит. Мне не хотелось думать, что ее ввели, но за ней шли двое мужчин, наверное официанты, потому что они очень напоминали мне мужчину, виденного мной ранее.

На лице Эдит застыло выражение безразличия и спокойствия, впрочем, и во всей ее походке читалось то же самое.

Фергюс расставил ноги пошире, а затем развел руки так, как будто не видел ее долгими месяцами.

Мое воображение до сих пор рисовало мне Эдит в том зеленом платье, в каком я видел ее тем вечером в баре.

Она и не взглянула в сторону трона, один только Фергюс привлекал ее внимание. Она подошла, или, точнее, ее подвели к нему. Фергюс слегка склонил голову, а затем махнул рукой тому мужчине, который остановился позади.

В его руках сразу же очутилась змея. Она извивалась, будто ее не кормили несколько недель, ее даже не усыпили – змея обвилась вокруг руки мужчины и посмотрела на Фергюса своими немигающими глазами, высунула раздвоенный язык, как будто бы что-то докладывая ему.

Фергюс посмотрел на Лиама, спрашивая разрешения. Лиам сидел все там же, не меняя позы и выражения лица: будто бы все это – спектакль, на которой он не может влиять, но за которым может наблюдать.

Фергюс улыбнулся мужчине со змеей и махнул рукой в сторону Эдит. И тот принялся разматывать змею со своей руки. Он держал ее так, что змея висела, покачиваясь в воздухе, как черная лента. Тогда он принялся наматывать ее гибкое тело на руку Эдит, внимательно наблюдая за головой змеи.

В тот момент, когда змея полностью опутала руку девушки, Эдит метнула взгляд на нас с Ализ.

В ее взгляде я мог прочитать мольбу о помощи, но мы уже ничем не могли помочь. Змея укусила ее за запястье, но я продолжал смотреть в ее глаза.

– Какая она красивая, – выдохнула Ализ.

И тут же рядом с ней, миновав круг на мраморе, оказался мужчина с такой же змеей. В его глазах читался немой вопрос.

Она кивнула. Не успел я возразить, как такая же змея оказалась и на ее руке.

Я застыл в немом ужасе, ожидая укуса, но ничего не случилось. Я с ужасом глядел на то, как тонкую, нежную руку Ализ опутало чешуйчатое тело, и ничего не мог поделать.

Мужчина слабо улыбнулся ей и исчез между столиков.

Теперь зал смотрел на Эдит, на которой к тому времени было уже порядка десяти змей.

Фергюс улыбался и ждал окончания процесса. После того, как последняя из змей обвилась вокруг ее шеи, он одними глазами указал ей в сторону трона.

Все ее действия были замедленными, вялыми. Со змеями на теле, она вальяжно, словно пантера, двинулась к постаменту, где сидел Лиам.

Когда она приблизилась, рядом с первым троном вдруг возник второй. Лиам все это время наблюдал за ней.

Весь зал затих, и Фергюс, который зачарованно улыбался и следил за тем, как она усаживается на свой трон, молчал тоже.

Кто-то сжал мою руку под столом, и я отвлекся от созерцания новой королевы. Ализ сжимала мою руку и смотрела туда же, куда и все. В этот момент зала наполнилась звуками музыки.

Я заметил, как Фергюс вскинул руки – и через секунду его уже не было.

По залу разлилась музыка, десятки официантов появились то тут, то там, добавляя алкоголя тем, у кого он заканчивался. Все мгновенно принялись за еду. На моем лице промелькнул ужас, когда за соседним столом девушка вцепилась зубами в куриную ногу.

Я бросил настороженный взгляд в сторону тронов. Лиам с Эдит наблюдали за всеми с бесстрастными, почти безразличными лицами. Они не ели и вообще не двигались.

Теперь их было не различить – словно близнецы, брат и сестра, реагирующие на все одинаково. На мгновение мне даже показалось, что нечто похожее на легкое презрение промелькнуло в их холодных глазах.

«Возможно, и на меня посадят гадюку, если я не поем», – решил я и взял вилку в руку, после чего неуверенно подцепил пару запеченных овощей.

Я заметил Алена, прижавшегося к колонне и что-то шепчущего на ухо девушке. В следующее мгновение он прильнул к ее губам.

«Ну вот, – подумал я, – а Лиам волновался». Не помню, почему так решил.

Я снова вернулся взглядом к этим двоим, но ничего не изменилось. Они наблюдали за сумасшествием, что разворачивалось у их ног, но не желали принимать в нем участия – будто они стояли у пропасти и бросали в нее камни.

Я не помню, в какой именно момент, но зал наш вдруг немыслимым образом превратился в лесную поляну. И тут и там стояли столы, ломящиеся от нескончаемой еды и вина. Колонны превратились в деревья, вокруг которых водили хороводы. Я уже не помню тех платьев, которые я замечал на девушках в начале вечера.

Теперь у благочестивых дев подолы платьев просто были запачканы, у доброй половины же юбки превратились в грязное нечто: они катались на земле, прыгали через костер, возникший там, где Эдит полчаса назад проходила ритуал.

Фергюса нигде не было видно, но я все еще искал его глазами.

Казалось, только Ализ сохранила свою чистоту, только я и Ализ оставались нетронутыми в этой какофонии звуков, движений и запахов. Только наш круг, которого теперь не было из-за отсутствия мрамора под ногами, оставался безопасным.

Меня обуял страх, ужас и еще что-то, что мне особенно не понравилось, когда я заметил парочку абсолютно нагих девушек.

Сколько секунд пройдет до того момента, когда безумие завладеет и нами?

Руки Ализ лежали на ее коленях, они тряслись, поэтому ей пришлось сжать их в кулаки. Я смотрел на нее, на ее изящную шею и искал пути отхода.

Судя по лицам Лиама и Эдит, они тоже были не в восторге от того, что здесь происходит.

«Может, если я