Собор темных тайн - Клио Кертику

Лиам цокнул языком и вырулил на главную дорогу.

– Отстань от него, – сказал он мрачно.

Сегодня у него настроение было хуже некуда.

– Возможно, у тебя есть гораздо больше, чем у меня. То бишь наивность, а именно она для любви и нужна больше всего. Храни ее. Она дар Божий, – продолжал как ни в чем не бывало Фергюс.

– Это вообще хоть что-то значит? – поинтересовался Лиам.

Сегодня у него хватало пыла для препирательств.

– Не знаю, возможно, нет, а возможно, и да. – Фергюс принял более расслабленную позу. – Ведь мы живем иллюзиями и долгами. Иллюзии достались нам от прошлого, а долги идут в счет будущего. Так, стоп, я говорил о наивности. Да! Наивно полагать, что это глупость.

Лиам обреченно вздохнул, глядя на дорогу, где в свете фар можно было разглядеть, с какой силой идет снег.

– Ты ведь понимаешь, что я имею в виду. Простую душу, еще не нагруженную всем этим скепсисом и заумными интеллигентскими заморочками. Парцифаль[38] был просто простофиля. Будь он умником, не добраться бы ему до святого Грааля. В жизни побеждают люди не мудрствующие, не философы, а простого склада ума. Остальные видят слишком много препятствий и теряют уверенность, не успев ничего начать. И ты со своей Эдит, – он ткнул Лиама в плечо.

– Я за рулем, – напомнил тот мрачно. Вряд ли ему хотелось сейчас слышать про девушку.

На лице Фергюса расцвела улыбка.

– Не надо гоняться за избыточным знанием, Кензи! Чем меньше знаешь, тем проще жить. Честно, я за тебя рад, я даже выпью по приезде.

– Хорошо, – тихо заметил я, с ужасом ожидая того, что он захочет сказать уже при Ализ.

Но при ней он не сказал ни слова, за что я определенно был благодарен.

Жилище Ализ стояло возле дороги и представляло из себя трехэтажный, многоквартирный, желтоватого цвета дом-коробку. Лиам посигналил, и почти мгновенно на втором этаже лестничной клетки зажегся свет. Через мгновение мы заметили худую фигуру, сбегавшую по лесенке навстречу снежному вечеру.

Лиам покашлял, отчего мы с Фергюсом встрепенулись. Я сразу же вспомнил о правилах приличия и вышел в морозный вечер, чтобы встретить девушку. Я захлопнул за собой дверь, чтобы им не был слышен наш разговор.

– Привет, – сказала она, протягивая мне руку.

Рукопожатие ее было крепким, что мне особенно понравилось.

– Чудесная погода сегодня, – едва выдавил я, вспоминая свой вчерашний сон.

Сейчас я был близок к тому, чтобы посмотреть на ее шею, поэтому усиленно отводил глаза куда-то в сторону.

– Да, великолепная, – согласилась Ализ.

– И такая мягкая, – добавил я.

Мягкая? Я отвернулся и промямлил:

– Ты нас, пожалуйста, прости за этот гудок. Мы не знали твой адрес, иначе я бы поднялся.

– Но почему? Что тут дурного?

Плечи девушки дрожали, это было заметно даже под пушистым покровом шубки. Я понял свою ошибку и быстро распахнул дверцу машины.

– Ничего такого, но и уместным все это не назовешь, – заметил я, наблюдая за Ализ, проследовавшей к открытой двери.

– Тогда ладно, – сказала она, глядя на меня поверх дверцы.

Затем ее темные глаза скользнули по внутренней части салона, по ожидающим нас пассажирам.

Я захлопнул за ней дверь и, вдохнув через ноздри морозного воздуха, побрел обходить машину.

Ехали мы практически молча. Лиам не искал повода для того, чтобы молчать, а вот Фергюс, что меня всегда немало удивляло, тоже как будто бы терялся в таких ситуациях. Кажется, он вставил свое замечание о погоде, а Ализ уважительно ему ответила. В любом случае я был очень благодарен за то, что ему хватало такта не комментировать мои чувства еще и перед ней.

Но когда Ализ направилась в женскую часть гардероба, а мы проводили ее взглядами, он все-таки не удержался:

– Вот это повезло так повезло! Ради такой и научиться разговаривать можно.

Лиам, освобождая левую руку от рукава пальто, все время поглядывал туда, куда удалилась Ализ, а затем медленно перевел на него взгляд. Он снял верхнюю одежду и теперь, повесив пальто на руку, ожидал нас.

– Так что же ты сам тогда молчал? – заметил я.

– Надо же и тебе когда-то учиться, – пожал плечами Фергюс.

Может, и стоило позволить ему позвать девушку, тогда я бы точно не предстал перед ней в столь дурном свете – а Фергюс, казалось, все делает для того, чтобы выставить меня дураком.

Зря я все время возвращался мыслями ко сну. Зала хоть и была та же, но здесь, в этом теплом приюте, где можно было спрятаться от ветра и снега, не осталось и следа уличной промозглости, и я наконец-то позволил себе немножко расслабиться. Свет от огромных люстр лился на плечи плывущим по залу парам, отражался в серьгах дам и создавал чудесные блики.

Мы встретили Ализ у входа в зал. Теперь, сняв верхнюю одежду и оставшись в одном прямом черном платье с тоненькими бретельками, она выглядела особенно худой. На одно мгновение даже Фергюс замер перед такой утонченной красотой.

В свете лампы ее шелковистые темные волосы отливали более теплыми оттенками. Убранные в высокий пучок, они открывали тонкую шею, очень прямые плечи, слегка выпирающие вперед тонкие длинные руки и узкое лицо. И лишь большие темные глаза придавали этому лицу выражение силы и страстности.

На мой вкус, она была очень хороша, хотя, судя по оторопевшему Фергюсу, не один я так считал.

Ализ тогда впервые засмущалась. Видимо, все, о чем я думал, было написано на моем лице. Но ее лицо… Было в нем что-то от той таинственной тишины, что присуща природе – деревьям, облакам, животным. Не той, что крылась среди лесных мелодий из сновидения, а иной.

Мы прошли через огромные дубовые двери и оказались в пространстве зала. Странная компания, состоящая из меня с Ализ, а также двоих юношей, оставшихся без пары и сопровождавших нас.

Как только мы оказались в зале, Лиам перестал бегать взглядом по сторонам.

* * *

– Все это очень грустно, – заметил Фергюс после второго бокала.

Я наблюдал за тем, как смычки музыкантов прикасаются к струнам. Все вокруг еще продолжали рассаживаться по местам.

– Что мы вообще здесь делаем? Может, еще не все потеряно, – продолжал он.

Ализ задумчиво оглядела мрачный, темный образ Фергюса и его густые кудри, а затем серьезное лицо Лиама. Слева над его верхней губой пролегла недовольная ямочка.

– Я могла бы потанцевать с каждым из вас, – предложила она, отчего я чуть не поперхнулся своим соком.

– Спасибо, но не стоит, – ответил Лиам вежливой улыбкой. Руки он сложил в замок – верный