Соучастница - Стив Кавана
– К чему это вы клоните? – спросила Блок.
– Все улики, необходимые для поимки Метески, уже были налицо и лежали прямо перед следователями, как на блюдечке. Им не требовался психиатр или криминолог. Я хочу сказать, что вам не нужен профайлер, чтобы понять, в какую сторону дует ветер, – вы можете просто послюнить палец и поднять его над головой.
«Джип» остановился на парковочном месте у тротуара прямо напротив переулка слева от них.
– Это и есть то место? – спросила Блок.
– Оно самое.
Прямо перед ними был припаркован большой коричневый фордовский седан, на передних сиденьях которого устроились двое парней в уличной одежде, с наушниками в ушах. Один из них что-то пил из крышечки от термоса.
– ФБР уже здесь. Группа охраны свидетеля, Терезы Васкес, – сказала Блок.
– Ну вот и славненько. Не будем им мешать. Песочный человек бросил тело вон в том переулке. Давайте сначала заглянем туда.
– И что мы сейчас будем делать? – спросила Блок.
– Сейчас мы послюним палец и поднимем его над головой.
* * *
Удивительно, как мало на Манхэттене больших открытых переулков и тупичков. Большинство из них снабжены воротами. Этот был открыт. Блок смотрела на Лейка, который двигался впереди. Шел он медленно, но уверенно. В его походке чувствовалась некоторая чванливость, хотя он вроде этого не осознавал и склонностью к понтам вроде не отличался, в противном случае сбрил бы щетину, погладил рубашку и отутюжил костюм. У Блок возникло ощущение, что все его внимание сосредоточено на чем угодно, но только не на себе. Как будто он мог часами увлеченно рассуждать на какую-нибудь сложную тему, не сознавая, что уселся задницей прямо в горящий костер.
Переулок был примерно пятнадцати футов в ширину, но не казался таким уж просторным. Железные пожарные лестницы на зданиях по обеим сторонам заметно сужали пространство. Блок посмотрела вверх, на желтовато-серые облака. Металлические пожарные лестницы на верхних этажах казались тонкими чернильными штрихами на фоне бумажного неба. Если не считать трех мусорных контейнеров с рассыпанным вокруг разномастным хламом и картонных коробок, сваленных рядом с ними, переулок был пуст. И хотя он и не был забит мусором, пахло тут как на помойке. Переулок тянулся от улицы футов на пятьдесят, резко загибаясь влево еще на двадцать. Красная кирпичная кладка была грязной и кое-где потрескавшейся, а к стене было даже прилеплено несколько самопальных афиш. Одна из них рекламировала концерт какой-то рок-группы, состоявшийся уже три года назад, а от нескольких других, которые стихия давно сорвала со стен, остались лишь обрывки бумаги, прилипшие к кирпичам. Это было не лучшее место, чтобы встретить смерть.
– Брошь с камеей, принадлежащую Лилиан, так и не нашли, – сообщил Лейк. – И это ее мать, Джоан Паркер, сообщила полиции о пропаже. Эта камея принадлежала матери Джоан, бабушке Лилиан. Семьям остальных жертв вернут драгоценности после суда. Эта брошь много значит для Джоан, но они никак не могут найти ее.
– Я читала ее показания. Дэниел Миллер наверняка до сих пор где-то прячет эту брошь.
Блок, которая захватила из машины свой электронный планшет, теперь включила его и открыла одну из зазипованных папок. Дениз отсканировала все документы по делу Кэрри Миллер и загрузила их в компьютерную систему фирмы. Каждая улика, каждое ходатайство, каждый клочок бумаги были каталогизированы и отражены в отдельном указателе, чтобы к ним можно было получить доступ за считаные секунды. Дважды ткнув пальцем на каталоге под названием «Лилиан Паркер», Блок открыла список всех свидетельских показаний по этому убийству, а также перечень фотографий с места преступления. Лилиан нашли лежащей поверх мусорного контейнера жаркой ночью 3 июня прошлого года. Она была одета в джинсы, сапожки и белую футболку. Песочный человек бросил ее в том же виде, что и всех остальных, – изуродованную, с песком, насыпанным поверх тела и заполнившим пустые глазницы.
Никто ничего не слышал. Ни один из обитателей зданий по обеим сторонам переулка. Хотя некоторые показали, что у них были открыты окна, поскольку было очень жарко, и они жаловались на запах мусора и шум от этих проклятых кошек, но жара была хуже, чем пронзительный визг этих бродячих тварей.
Лейк остановился возле мусорных контейнеров, которые стояли в ряд у стены, как раз перед тем местом, где переулок загибался влево. Оглянулся на тот путь, которым пришел, а затем наклонился и внимательно осмотрел землю. Выпрямившись, опять изучил окружающую обстановку. Внизу в переулок выходили только две двери, по одной на каждое из зданий. Обе были пожарными выходами – снаружи никак не откроешь.
– Сигнализация аварийного выхода в доме Лилиан Паркер была полностью исправна, – сообщил Лейк.
Блок кивнула, затем подняла голову. Нижний конец вертикально укрепленной стремянки, ведущей на первую площадку железной пожарной лестницы, нависал футах в десяти над землей. Чтобы спуститься по стене здания с этажа, на котором жила Лилиан Паркер, пришлось бы в непосредственной близости миновать как минимум двадцать одно окно – их тут было по три на каждом этаже. И некоторые из них в ту ночь были открыты. Блок представлялось маловероятным, что Лилиан или кто-либо другой сумел спуститься по пожарной лестнице незамеченным, независимо от времени суток.
– Как же он заманил ее в переулок? – задумчиво произнесла Блок.
Лейк кивнул:
– И в самом деле хороший вопрос. Попала она сюда явно не из своего здания. Пожарные двери не открывались, поскольку сигнализация не срабатывала, и по пожарной лестнице она тоже не спускалась. На мусоровозе в этот переулок не заехать, так что он не захватил ее где-нибудь в другом месте и не перевез тело сюда. Она вошла в переулок с улицы?
– Похоже на то, – сказала Блок, кивнув.
– Этот парень рискует, но рискует просчитано. Хватать Лилиан Паркер на оживленной улице Манхэттена и тащить ее в переулок не имеет смысла. Кто-то мог что-то увидеть или услышать.
В методах исполнения преступлений Песочного человека прослеживались две достаточно четкие схемы. Поначалу его жертв находили исключительно на пляжах Кони-Айленда, наполовину зарытыми в песок. После того как была найдена четвертая жертва, круглосуточное полицейское патрулирование по всей длине этой узкой полоски океанского побережья вынудило Песочного человека изменить свою обычную схему поведения. Он начал нападать на своих жертв только у них дома. За исключением этой.
– Давайте поднимемся наверх, – предложил Лейк.
Управляющий зданием не был похож ни на одного из
