Человек-кошмар - Джеймс Х. Маркерт

– Таких же психов.

– Людей с психическим расстройством, – поправила его Блу. – А еще большинство пациентов Освальда в прошлом подвергались насилию.

– Очень хорошо, – сказал Миллз. – Я впечатлен.

– Однако город вкладываться в его предприятие не пожелал, – продолжила она. – Тогдашний мэр, мистер Сэм Хаверсмит, если верить цитате в «Крукед Три джорнал»…

– Ныне закрытом.

– Ныне закрытом, – согласилась Блу. – Так вот, мэр сказал: «У нас в Крукед Три и так хватает психов. Больше нам не нужно. По крайней мере, уж точно не на деньги налогоплательщиков». Вот тогда-то доктор Букмен и выделил для больницы участок земли в своих владениях. На окраине леса, в Блэквудской лощине. Прямо у подножия холма. Зимой его хорошо видно из главного дома на вершине. Особенно из башни.

– А что с Люциусом Освальдом?

– Он умер в лечебнице в 1991 году.

– От чего?

– От СПИДа. Хотя нигде не говорится, как он им заразился.

Миллз выпрямился на пассажирском сиденье, теперь он был более сосредоточен.

– Наиболее вероятное объяснение – связь с санитаром по имени Кертис Лампкин. Лампкина уволили из Освальда весной восемьдесят восьмого. Его застукали за приставаниями к спящему пациенту. Когда состояние Люциуса Освальда начало ухудшаться и у него обнаружили вирус, Кертиса Лампкина попытались разыскать, но так и не сумели найти.

Миллз наблюдал, как дочь преодолевает изгибы и крутые повороты проселочных дорог, а затем снижает скорость на длинной, посыпанной гравием подъездной дорожке, ведущей к его дому.

– Но почему Освальд вообще оказался там?

– Он был психически болен, – ответила она. – Боялся всего на свете. Страдал галлюцинациями. Шизофрения.

– Да, все верно. И даже больше. Но почему он был так важен для меня?

– Это был твой первый арест.

– Динь-динь-динь. У нас есть победитель.

Дорогу с обеих сторон окружали кукурузные поля, а впереди сквозь деревья уже виднелись очертания его дома.

– Надо замолвить за тебя словечко в участке. Чтобы тебя повысили.

– Спасибо, сама справлюсь. Но одного я так и не поняла. Зачем Роберту Букмену понадобилось строить психиатрическую лечебницу для Люциуса Освальда?

– Потому что тот был чокнутым, Блу. Реально чокнутым.

– Человеком с психическим расстройством, – снова поправила она, замедляя ход на темном повороте. – Но, насколько я знаю, он был таким не всегда. Психически нездоровым. Возможно, был немного странным. Нелюдимым. Но… Что?

Наверное, заметила, как он ухмыляется.

– Ты не перестаешь меня удивлять тем, как глубоко копаешь.

– Он никогда никому не причинял вреда, – продолжила Блу.

– Пока в итоге этого не сделал.

– Несчастный случай.

– Непредумышленное убийство.

– Полное отсутствие умысла, разве что желание напугать. Именно поэтому он преследовал людей. Казалось, он получал удовольствие, заставляя их от него убегать. – Блу остановилась на покрытой грязью гравийной дорожке возле дома, где провела детство, но не стала глушить двигатель. – Пап?

– Что?

– Я задала тебе вопрос. – Она подождала ответа, но вскоре поняла, что он не помнит, о чем его спрашивали. – Мне известно, в какой момент в истории появился доктор Роберт Букмен, который встал на сторону Люциуса Освальда. Именно из-за него Освальду назначили принудительное лечение вместо тюремного заключения.

– Как по мне, особой разницы нет, разве что еще лекарствами кормят.

– Вскоре после этого началось строительство здания, которое со временем стало психиатрической лечебницей Освальд, – продолжила она, не давая сбить себя с курса. – Мой вопрос в том, почему Букмена так сильно заинтересовал Люциус Освальд, взрослый человек, хотя раньше все его исследования были связаны с детьми?

– Покажи мне человека, который никогда не был ребенком, Блу… – Миллз подмигнул дочери. – И я скажу тебе, где прячу свою заначку.

Ранее

Сидевший на пне спиленного дерева рядом с Блэквудом с зажатой между бледными губами незажженной сигаретой детектив Уиллард Блу выглядел до крайности уставшим и измученным.

В отличие от детектива Миллза, который, казалось, с успехом отделял работу от личной жизни, Уиллард не удержался и сложил все в одну кастрюлю, да еще и хорошенько взбил потом блендером. Сыну Уилларда Дэнни не так давно исполнилось семнадцать. Дочь Миллза Саманта была на три месяца его младше. Парочка казалась неразлучной. И хотя их дети уже выглядели взрослыми и оба строили планы на будущую карьеру, совсем недавно они были еще подростками, такими же невинными и беспечными, как маленький Девон Букмен.

Миллзу не нужно было спрашивать: он и так знал, о чем думал его друг, со стоическим видом сидя на пне, вглядываясь в лес и представляя, что было бы, пропади сейчас без вести его собственный сын.

Десятилетний Девон Букмен – если верить обрывочным воспоминаниям его родителей, которые оба были то ли под наркотой, то ли в хлам пьяными, то ли и то и другое вместе – исчез примерно двенадцать часов назад. Возможно, всего десять. Миллз и Блу только что безрезультатно прочесали лес, а еще несколько групп обессиленных мужчин и женщин до сих пор продолжали обшаривать овраги и лощины.

Отец пропавшего мальчика, Майкл Букмен, обладатель исправленной заячьей губы, что Миллз не смог не заметить, а также врожденного дефекта в виде двух отсутствующих мизинцев, сообщил полиции, что Девон был одет в черно-синюю пижаму с изображением Бэтмена. Его слова подтвердила старшая сестра Девона, Эмили. Не считая патриарха семейства Роберта, она была единственной из Букменов, кто выглядел заслуживающим доверия. Пижама с Бэтменом, сказала она, и баскетбольные кроссовки «Найк». Уверена насчет обуви? Да. У меня привычка по ночам проверять, как там мои братья. Особенно когда мы остаемся здесь ночевать.

Почему именно здесь?

Девон… ему нравилось бродить по окрестностям.

И когда ты заглянула к нему в комнату, он был в постели. Вчера, примерно в десять вечера.

Да. Он уснул прямо в кроссовках. Лежал поверх одеяла. Я боялась его разбудить, поэтому не стала его трогать.

От Роберта Букмена, который вернулся домой после консультации в другом городе, когда Девон отсутствовал уже примерно тринадцатый час, детективы узнали, что из запертого ящика письменного стола в атриуме исчезли принадлежавшие ему часы «ролекс».

У Бенджамина Букмена, старшего брата пропавшего и среднего ребенка в семье, они выяснили, что Девон был хитрым и ловким, а еще любил тайком лазить в ту комнату, когда дедушки не было дома. Что еще более важно, его младший брат знал, как открыть запертый ящик письменного стола, и уже не раз расхаживал по дому в часах за десять тысяч долларов – достаточно больших, чтобы натянуть их на верхнюю часть руки и носить на несуществующем бицепсе, как спортивную повязку.

Именно поэтому,