Сказки с базаров - Амина Шах
«О матушка, – нетерпеливо отвечала Ширин, топнув ногой, – говорю тебе, ни один из них мне не нравится, ни даже самой маленькой чуточки, и я хотела бы, чтобы все они уехали и перестали уповать и надеяться!»
Мать Ширин очень на нее рассердилась и досадливо повернулась прочь. К ней обратилась одна из прислужниц спросить и разузнать о приготовлениях к следующему застолью, и обе они отправились на кухню. Девушка уселась на бархатных подушках на полу, в бурном смятении теребя длинные черные кудри своих волос. Зачем ее хотят выдать замуж, спрашивала она себя. Всё, что ей в жизни угодно, она сможет получить от отца, она это знала – почему так не может быть вечно? Что за нужда ей до какого-то дурацкого мужа?
В этот самый миг в комнате смерклось, и перед ней явилась блистающая светом, прекрасная госпожа с тонким станом, одетая в струящиеся одежды из зеленого шелка, затканного изумрудами. И госпожа заговорила голосом, подобным вздохам ветра среди весенних ветвей: «О Ширин, о Ширин, ты должна выйти замуж, чтобы сделать счастливым другое человеческое создание. Ты не можешь, и ты не должна жить всю жизнь в доме у своего отца. Это не правое дело. Ты должна начать новую жизнь в доме выбранного тобою мужа».
«Какого мужа? Где он? Я никого не вижу, кто бы мне нравился!» – сказала Ширин строптиво.
«Ах, тогда ты, о моя милая, должно быть, слепая, – молвил прекрасный призрак, – ибо есть там один, только один жених среди женихов, сердцем которого овладела любовь к тебе. Он даст тебе всё, что давал тебе твой отец, и больше, и в конце концов сделает тебя столь счастливой, сколь ты никогда не была».
Ширин вскочила на ноги и посмотрела из окна туда, куда указывала светозарная госпожа. В комнате висел мрак, но за окном в саду, в потоке яркого солнечного света стоял высокий статный юноша, в сапожках для верховой езды, в кожаных штанах до колен и в бархатном кафтане, шитом разноцветными шелками. На голове у него была высокая косматая шапка, и разговаривал он с конюшим, который только что подвел ему огромного серого коня с белоснежным хвостом.
«Вот твой будущий муж, о Ширин, – сказало ангелическое видение, начиная гаснуть. – Внемли совету, о моя милая, больше никого для тебя в целом мире нет… решайся сейчас, или лишись своего счастья навек».
Потом, так же внезапно, как и материализовалась из воздуха, она пропала.
В комнате опять посветлело, и когда ее мать вернулась назад, Ширин имела очень задумчивый вид. Она поняла, что ее посетила некая фея, но ей не хотелось делиться наэлектризованным волнением от этого с матерью. Она снова выглянула в окно, но статный юноша ускакал и скрылся из виду. Она почувствовала смутное биение интереса к нему, и мысль, что он может дать ей больше, чем когда-либо давал отец, вызвала в ней тайную дрожь.
Наступил следующий день, и в зале для пира собралось многолюдное собрание, и она стояла под покрывалом возле матери, и теток, и дочерей их, распоряжавшихся грандиозным застольем, меж тем как прислужники сновали туда и сюда, расставляя огромные блюда ароматного плова, мяса на шампурах и отменных фруктов перед мужчинами. Ширин присматривалась к юноше, которого гостья-пэри предрекла ей в мужья.
Жених, влюбленный, похищенный любовью, ел всё, что ему подавали, и с видимым удовольствием, и часто улыбался. Она окинула взглядом его черты. Будучи крепко сложен, он не был неуклюжей громадой; широкий в плечах, он был хорошо соразмерен. Его большие глаза являли доброту, а нос с орлиной горбинкой говорил о силе. Рот у него был широкий, и улыбка постоянно бродила у него на губах. Все его движения были живыми и верными.
После пира женщины уселись вместе и, естественно, принялись обсуждать женихов. Когда Ширин спросила имя того, кого пэри назвала ей влюбленным, чьим сердцем овладела любовь к ней, ответ был: «Надир Джан». Наступил следующий день, и когда отец спросил, на которого из женихов она смотрит с благоволением как на мужа, ответ был: «Это Надир Джан».
Ахмад Хан возвеселился, поскольку Надир Джан был тот, кого бы он сам избрал для своей дочери. «О Ширин, – сказал он, – о свет моих очей, ты выбрала хорошо. Ты будешь счастливой женой, ибо Надир Джан наделен добротой и красотой и имеет безупречную родословную, подобную нашей. Да будет на вас обоих благословение Аллаха. Я сейчас же велю написать брачную запись и заключить условие».
Прошло несколько недель, и Ширин и Надир Джан совершили бракосочетание по закону, и он повез ее домой в свои земли, чтобы ввести ее в свою семью.
Поначалу Ширин так же баловала ее новая родня, как баловал ее отец. Но вот прошли месяц или два, и когда она опять принялась было капризничать и причудничать, муж впервые стал ей выговаривать в сердитых словах.
«Ты теперь замужняя женщина, о моя милая, – сказал он ей строго. – Я полагаю, тебе лучше так себя и вести, а не так, как себя ведет пустая, кичливая, маленькая привередница». И он вышел из спальной, где Ширин, выпятив губки, сидела перед зеркалом и вертела своей изящной головкой в длинных черных кудрях, поворачиваясь так и этак. Только он успел выйти, как в комнате смерклось, и у Ширин захватило дыхание, ибо ей снова явилась прекрасная пэри, в своих светозарных, расшитых изумрудами одеждах зеленого шелка. Она заговорила своим необычным голосом, подобным пению ветра ранней весной: «О Ширин, о моя милая, ты стала женой этого прекрасного собой и очаровательного юноши, как я и говорила тебе. Почему же ты не счастлива? И почему ты причиняешь несчастье и своему мужу? Поведай мне всё, и я постараюсь тебе помочь».
Ширин отвернулась от созерцания собственного лица, и в ее сердце было очень странное чувство.
«Я не знаю почему, но я не могу, ну просто не могу почувствовать к нему никакой любви! – выговорила она с рыданием в голосе. – Я думала, он будет всё для меня делать, как делал мой отец, и больше, как ты мне обещала, но… но каждый раз как я пытаюсь почувствовать счастье, я не чувствую».
Волшебное создание приблизилось ближе и легким ударом ударило Ширин по груди своей длинной сияющей серебряной палочкой. Раздался слабый звон, и пэри сказала: «Ах, теперь я понимаю, в чем вся беда. У тебя сердце из стекла. Не удивительно, что ты ничего не можешь почувствовать к своему мужу. Нам придется с этим как-то управиться,
