Православные подвижницы XX столетия - Светлана Владимировна Девятова
Умерла старица 1 марта 1935 года, в свой день рождения. Была ночь, и смерти ее никто не видел. Похоронили старицу Зосиму в родном селе Сенцовка Шарлыкского района Оренбургской области.
На третий день после похорон чекисты раскопали могилу, открыли гроб (искали золото). Ничего не нашли. Всех ее близких арестовали, лишь один человек сумел скрыться.
Перед смертью старица советовала, чтобы люди приходили к ней на могилку, делились своими бедами. По благословению старицы многие годы страждущие приходили к ней на могилу. Брали щепочки от креста, земельку с могилы — прикладывали к больным местам и исцелялись.
Из воспоминаний настоятельницы монастыря во имя святых Царственных Страстотерпцев Уфимской епархии монахини Евтропии:
— Когда-то мне одна монахиня сказала: «Запиши-ка ты в свой помянник схимонахиню Зосиму. На юге Башкирии был знаменитый монастырь, и в нем была одна старица — такая великая старица, подвижница! Запиши и молись за нее». Я записала, а больше ничего о ней не знала. И думала: что же это за старица? А когда сюда попала, как раз уже встал вопрос о том, чтобы обретать ее мощи. И я отца Симеона, своего игумена, просила: «Батюшка, будете ехать в Сенцовку, возьмите и меня! Хоть как, хоть на краешек куда-нибудь в машине посадите, только возьмите к старице Зосиме…» До этого сколько раз пытались обрести ее мощи, ничего не получалось, люди не отдавали, и вообще такое противостояние было… Дал Господь — и обрели мощи…
Обретение было 14 декабря 2001 года. Племянник матушки Зосимы рассказывал, что в ее же могилу схоронили и ее духовную дочь, мать Маргариту. И когда во время похорон вскрыли могилу, то многие вещи были целы. Они тогда положили матушкины мощи в уголочке. Так вот когда мы обретали мощи, то сразу и нашли мощи в уголочке сложенными. Поэтому и никаких сомнений уже не было: это матушка Зосима. Тут ошибка исключена. Было много и других примет. Среди ее вещей сохранились и матушкины четки. И все, кто присутствовал на обретении, так обрадовались, стали к ним прикладываться. Стали расхватывать — кто туфельку, кто еще что: на святыню. А эти четки пустили по кругу, все к ним прикладывались. Рядом с племянником матушки стояла женщина, как-то странно она себя вела. Ей говорят: «Приложись к четкам!» — «Нет, не надо…» — «Да ты что, это же матушкины четки, приложись!» Кто-то легонько задел ее четками — и что с ней стало! Тут же возле могилы как начала она лаять, по-собачьи…»
11 июня 2006 года в Софийском храме башкирского села Ира состоялось прославление в лике местночтимых святых Уфимской епархии преподобной Зосимы Эннатской. Ведется сбор документов для прославления ее как общероссийской святой.
Святые мощи старицы были перевезены в Казанско-Богородский храм г. Мелеуза Уфимской епархии. Ныне святые мощи находятся в Покрово-Эннатском мужском монастыре с. Дедово Федоровского района Уфимской епархии.
Игумения Арсения (Себрякова)
(1833–1905)
Игумения Арсения (в миру Анна Михайловна Себрякова) родилась 3 июля 1833 года в Себрове Усть-Медведицкого округа Царинской губернии в благочестивой богатой семье. Ее отец Михаил Васильевич Себряков окончил математический факультет Харьковского университета, имел чин штаб-ротмистра и служил войсковым казначеем, асессором войсковой канцелярии, являлся почетным смотрителем Усть-Медведицкого окружного училища и войсковым дворянским депутатом. Будучи молодым, командовал казачьим полком в Прусскую кампанию. За храбрость в 1762 году был возведен императрицей Екатериной II в армейские полковники. В 1767 году участвовал в Турецкой войне. В Пугачевский бунт был назначен начальствующим над главным ополчением казаков, ввиду осложнившихся обстоятельств бежал, за что подлежал наказанию, но был помилован.
Себряковы часто посещали Воронеж; так, благочестивая супруга Михаила Васильевича Мария Александровна в свое время получила исцеление от тяжелой болезни после молитвы у иконы святителя Митрофана Воронежского. В одну из таких поездок трехлетняя Анна, увидев архиепископа Антония (Смирницкого), вырвалась из рук няни, подбежала к владыке и поклонилась ему в ноги. Прозорливый старец благословил девочку и сказал ее родителям: «Эта — будет великая жена!» Через несколько десятилетий предсказанию суждено было сбыться.
В шестилетнем возрасте Анна лишилась матери (в семье было шестеро детей, Анна была самая младшая). После смерти жены Михаил Васильевич несколько лет прожил безвыездно в своем имении Себрово, все свое свободное время отдавая детям. Он уделял особое внимание религиозному воспитанию детей. Пройдут годы, и он расскажет уже повзрослевшей Анне, что после смерти супруги хотел тайно уйти в монастырь, но только ради нее одной остался.
Анна рано почувствовала свое предназначение, любила уединение, много молилась, всегда держала при себе Евангелие, которое постоянно читала, скрывая под обложкой светской книги. Когда отец заговорил о замужестве, призналась: «Я люблю только Господа; не вы ли сами учили нас любить Его?» Она просила у отца благословения оставить мир и посвятить всю свою жизнь Богу. Михаил Васильевич, растроганный до глубины души словами дочери, произнес: «Да благословит тебя Господь, дитя мое!» Однако отпускать свою любимицу в монастырь не торопился, он создал все условия, чтобы она могла молиться в уединении, пригласил к ней мастера-иконописца, выделил ей отдельную прислугу и лошадей с экипажем, чтобы она ежедневно посещала церковные службы.
Так провела она несколько месяцев в Новочеркасске, наконец, 30 декабря 1850 года Михаил Васильевич привез ее в Усть-Медведицкий Преображенский монастырь28, где игумения Вирсавия с радостью приняла Анну в святую обитель.
В монастыре Анне пришлось последовательно выполнять почти все послушания: она носила воду, рубила дрова, топила печи, чистила кухонную посуду, мыла полы, в трапезной подавала еду сестрам, помогала печь просфоры, по ночам будила монашествующих на полночную молитву.
В Усть-Медведицком монастыре жила тогда дальняя родственница Михаила Васильевича, монахиня Леонида (Ладыгина), в келье которой первое время стала жить Анна, с послушницей Дашей, бывшей крепостной Михаила Васильевича. (Позже игумения пригласила Анну жить в свою келью.) Спала она всегда в подряснике и кожаном поясе, одевалась крайне просто. Свободное от работы время она проводила в молитве и чтении духовных книг, учила наизусть Псалтирь, занималась иконописью. Ее трудами были написаны плащаница и шесть больших икон: преподобных Арсения Великого, Антония и Феодосия Печерских, Пахомия Великого, Иоанна Лествичника, Моисея Угрина и Сергия Радонежского (все эти иконы помещены в настоящее время в монастырской трапезной.
Михаил Васильевич Себряков, щедрый благотворитель обители, на свои средства выстроил большой настоятельский дом, недалеко от него келью для своей дочери. В 1854 году Анна была пострижена
