Большая книга чепухи - Эдвард Лир

узколистый

Вилкобутылиус ложколистый

Какадушник великолепный

Рыбенция раскидистая

Гитарник многоплодный

Многолюдия поникшая

Глупендиус круглолицый

Поросятник пирамидальный

Булочница изюмная

Красава попугаевидная

Третья книга нонсенса (1872)

Дурацкая ботаника (2)

Собачария громковойная

Цыпадрипа корзиночная

Звякус чайниконосный

Змеежудра ползучая

Швабродрай жесткий

Слизневик прожорливый

Оладиус тенистый

Туфлечулочница полезная

Звонарий обеденный

Тикитакс многолетний

Бочкотария крупноцветная

Страшилия тигриная

Новые дурацкие стишки

Жил заядлый бездельник в Мапуту,

Говоривший: «А ну вас всех к шуту!»

Он валялся под солнцем,

Прикрывшись суконцем, —

Никому не мешая в Мапуту.

Жил-был старичок у причала,

Которого жизнь удручала.

Ему дали салату

И сыграли сонату,

И немного ему полегчало.

Жил один старичок из Лагоса,

Плащ которого взяли без спроса.

Он ходил в знак печали

В такой длинной шали,

Что лишь кончик выглядывал носа.

Жил старик бесшабашный на Крите

Танцевавший на ветхой раките.

Крикнул сын старика:

«Ветка слишком тонка,

Осторожней, отец, не чихните!»

Старичок, проживавший близ Ганга,

Пауков ел под соусом манго;

Запивал крепким чаем

И, ничем не смущаем,

Любовался просторами Ганга.

Дама, бледная, как полотно,

Темной ночью взглянула в окно;

Но от выкриков сов,

Их ночных голосов,

Задрожав, затворила окно.

Старичок (он хлебнул, видно, лишку)

Приобрел кружевную манишку.

А друзья: «Так нельзя,

Ты похож на язя,

Свежепойманного на мормышку!»

Не любил старичок в Виннипеге

Предаваться покою и неге.

Осажден мошкарой,

Ел он ростбиф сырой,

Оседлав колесо от телеги.

Жил один безобидный чудак,

Повторявший «тик-так» да «тик-так».

А еще иногда:

«Чикоди, чикода», —

Говорил по секрету чудак.

У некой мадам в Шарлевиле

Спросили: «Не вы ли тут выли?»

Но в ответ только: «Фьють!»,

Не смутившись ничуть,

Отвечала мадам в Шарлевиле.

У почтенного старца в Китае, Дочерей звали Дина и Тая,

Амалия, Туфик,

Сусанна и Пуфик,

И все они жили в Китае.

Жил один долгожитель с Памира,

Он зубного купил эликсира —

Девять бочек в рассрочку,

По фунту за бочку, —

И пустил их катиться их с Памира.

Жил один старичок на болоте,

Убежавший от дяди и тети.

Он сидел на бревне

И, довольный вполне,

Пел частушки лягушкам в болоте.

Жила в Оклахоме девица,

Ее шляпка была, как жар-птица:

Вся в перьях и в лентах,

В цветных позументах, —

Ну, право, нельзя надивиться!

Иностранка, попав на Бермуды,

Разных дел переделала груды:

Посадила горошек,

Покормила рыбешек

И вымыла гору посуды.

Жил один старичок на баркасе,

Был он самым носатым в Мадрасе.

По ночам его нос

Лампу яркую нес,

Чтоб рыбачить с баркаса в Мадрасе.

Жил один пожилой человечек,

Ему на спину прыгнул кузнечик.

И давай стрекотать

И бока щекотать…

Ох, и струсил же тот человечек!

Благодушный старик из Кузьминок

Приобрел себе пару ботинок.

На вопрос: «Как вам ходится?»

Отвечал он: «Приходится!» —

Остроумный старик из Кузьминок!

Жил один старичок с Балеаров,

Носивший венок из омаров —

Омаров и раков,

И мышек, и маков,

И прочих приморских товаров.

Один старичок возле Темзы

Питался кусочками пемзы.

На вопрос: «Отчего?»

В ответ только: «О-о-о!» —

Стонал старичок возле Темзы.

Одну старушонку в Рошале

В толкучке едва не зажали.

Но в ярой борьбе

Дорогу себе

Она проложила в Рошале.

Жил отважный старик в Браззавиле,

Всюду ездивший на крокодиле.

«Смотри – они к ночи

Покушать охочи», —

Знакомые предупредили.

Один старикашка в Савое

Воскликнул: «Сейчас я завою!»

В ответ: «Ах, как жалко!

А мы тебя – палкой!» —

Ответили старцу в Савое.

Жила на горе старушонка,

Учившая танцам утенка.

Но учиться хотят

И других семь утят:

«Поучи нас плясать, старушонка!»

Один господин у реки

Любил получать тумаки.

Он песенки пел

И вишенки ел

И стряхивал с ног башмаки.

Жил один старожил Ноттингема,

Он ведро надевал вместо шлема:

Так, облёкшись в металл,

Он сидел и мечтал

О геройских годах Ноттингема.

Экономная мисс из Туниса

Ела утром лишь чашечку риса.

А всю ночь до того

Охраняла его,

Чтоб не съели ни мышь и ни крыса.

Невезучий старик из