Среди людей - Ислам Иманалиевич Ханипаев
Тот кивает.
– Художник не должен был поддаваться просьбам. Рисовал бы и дальше грязью на стенах, для себя, для души и был бы тоже счастлив. К черту ремесло.
Антоха погружается в себя. Кажется, получилось: в идеале ритор должен убедить оппонента. Должен заставить того засомневаться в своей точке зрения, а затем и в самом себе. И тогда победа в кармане.
То, что сделала Карина с «Победой». То, что сделал Вальтер со мной.
– Время!
Зал ликует, зал хлопает, и, кажется, последний лишний стремный хлопок, на который все оглядываются, происходит после моих усилий.
– Похоже, у нас сегодня тот самый день! Минута на отдых, и мы идем дальше.
Второй раунд проходит в такой же конкуренции: Джокер перечисляет факты в пользу ремесла, а Маугли идет прямо по брошюре своего учителя. Он делает утверждение, которое я записываю: «Вдохновение решает, ведь только с вдохновением можно достичь величия, к которому стремится каждый творческий человек».
Потом Маугли накидывает к нему доводы. Один за другим он перечисляет великие произведения великих авторов: фильмы, книги и музыку. То есть использует открытую информацию. Потом дополняет фактами, то есть берет высказывания о вдохновении творческих деятелей – все, что успел за полчаса подготовить. Бросает паланиковское мнение о том, что все усилия ничтожны, если нет вдохновения. На что Антон в свои пять минут парирует Чайковским: о том, что вдохновение обходит стороной ленивых.
Во втором раунде Маугли приводит финальный и самый сильный свой довод, с помощью которого нужно зациклить свою позицию, ну или попросту показать эту связь, на которой и держится вся его позиция. С небольшой корректировкой – Джокер сообщает, что сам по себе к величию не стремится, но вряд ли ему кто-то поверит. Из него сквозит самовлюбленность. Финальный довод Джамала звучит так: «Вдохновение решает, потому что только благодаря вдохновению можно создать великое произведение».
Джокерская позиция частично в стихотворной форме звучит так: «Ремесло решает, потому что только так можно достичь успеха в современном мире».
Я неожиданно понимаю суть дебатов. Парни только что на глазах пятидесяти зрителей и судей вывели суть спора: величие или успех.
Спикеры переходят к финалу – минутному выступлению. Джамал собирает свою позицию из первых двух раундов и делает это хорошо. Не подкопаться. В то время как Антон каким-то образом находит еще кое-что новое: он говорит о творчестве как ремесле, как о выходе на профессиональный уровень. О том, как важно во всем мире быть не просто капризным творческим деятелем, ждущим вдохновения во время любования потолком. О том, как важно стремиться стать профессионалом в этой деятельности, обрести финансовую стабильность, и, хоть сам он к собственному величию не стремится, он бы хотел, чтобы люди признали его талант, и именно в этом хорош ремесленный подход: терпеливое оттачивание мастерства, неизбежно приводящее к признанию таланта. «Во всяком случае, шансов больше, чем ожидании вдохновения в труселях в подвале».
– Ну, что я могу сказать уверенно… вы сегодня пришли не зря, – произносит учитель, выходя в центр. – У нас новый претендент на звание лучшего батла месяца.
Начинается гул: обмен мнениями по поводу самых ярких выступлений. Я тихо выдыхаю, потому что мое соперничество с Крашеным никто не вспоминает. Это хорошо. Никто не вспоминает, потому что это был яркий разнос и никакой конкуренции.
Вытираю вспотевшие ладони о джинсы. Чувствую возбуждение. Смотрю на остальных зрителей – они в таком же состоянии, но как это работает? Это ведь просто споры на сцене. Это не настоящий конфликт, не выяснение отношений на улице, чуваки полчаса назад даже не знали, на какую тему они будут спорить. И сама тема никогда никому из зрителей в жизни не пригодится. Батл, дебаты, агон, эристика. Как ни называй, есть в этом какая-то магия.
– Стоп, стоп, стоп! Голосование! Напомню, можно голосовать за обоих. Джокер – за творчество как за ремесло. Маугли – за творчество как за акт вдохновения. Карина. – Карина выходит на сцену. – Итак, Джокер!
Большинство в зале поднимают руки. Карина делает заметку в телефоне.
– А кто голосует за Маугли?!
Навскидку, голосует примерно столько же.
– Плюс две руки Джокеру за стихи во втором раунде. Плюс три Маугли за нарратив. И… минус два за мат. – Джамал только открывает рот, чтобы возмутиться, но учитель жестом руки останавливает его. – Было, Джамал. Конец второго раунда. Даже если бы зал не услышал, услышали мы трое.
– Ладно-ладно, – соглашается друг, сдаваясь ладонями вверх.
– Карина, результат готов?
– Да, – отвечает она и, приглашенная в центр жестом руки, объявляет победителя: – Джокер – сорок две руки. Маугли… тридцать семь. Победитель – Джокер!
Джамал театрально возносит руки к небу и кричит:
– Не-е-е-ет!
Антон-музыкант радостно аплодирует сам себе. Соперники пожимают руки, приобнимаются, видимо, выказывают друг другу спортивное уважение, хотя еще недавно между ними было такое электричество, что можно было зарядить телефон.
– Победитель – Джокер! – повторяет учитель. – Отличное выступление.
– Если честно, у меня были кое-какие заготовки, не на это выступление, просто на тему творчества. Повезло, что попалась эта тема.
– Везет сильнейшим, – парирует учитель. – Аплодисменты также и Маугли. Признаюсь, после такого сильного первого раунда от Джокера… даже при моей большой любви к Джамалу, я не думал, что у него получится составить конкуренцию. Но он смог и был близок к победе.
– Айл би бэк! – говорит друг и покидает сцену.
Человек пять успевают его похвалить, пока он идет в мою сторону, словно гладиатор после эпичной битвы. Проигравший, но пока еще со щитом в руке, а не на нем.
– Это было мощно! – сразу вставляю я.
– Так близко! – Он разочарованно плюхается на кресло рядом. – Четыре руки…
– Пять, – поправляю я. – Тридцать семь против сорока двух.
– Брат, only victory! Не важно, сколько рук, это было поражение. «Главное – участие»… вся эта шляпа мне не подходит.
– Все равно это было классное выступление. Тем более ему двадцать.
– Я слил середину. И в конце у него был припасен козырь. Мне тоже нужен был в финале крутой панч. Я чуть заигрался. А он… – он стреляет в Антона
