Искусственные связи - Натан Девер
В шесть вечера Гневакомок вышел из задних комнат. В последний раз отдубасил топтавшегося на танцполе плохо одетого посетителя, украл стоявший перед клубом кабриолет и погнал во весь дух к аэропорту Шарля де Голля. Приехав в терминал 2E, он купил билет на огромный самолет рейсом в Абу-Даби. Сразу после взлета он встал со своего места, задушил стюардесс, взял в заложники пассажира и ворвался в кабину. Дальше все случилось быстро: он проломил пилотам головы и сел за штурвал. Со второго компьютера Гийом проверил по внутренним серверам Heaven, подключен ли Мессион. Затем самолет повернул на юго-запад. Из-за темноты видимость была плохая, но скоро в ночи вспыхнули огни Парижа. Эйфелева башня стояла смирно и сверкала, вращая рассекающими небо прожекторами. Гийом Леве сосредоточился. Самолет на полной скорости стал терять высоту. Еще пара секунд, и будет огромный взрыв. Опоры пошатнутся, вершина дрогнет и завалится набок. Поперечины обрушатся, как карточный домик. Железный жираф станет корчиться на земле, убивая заодно единственного своего обитателя. Каким будет Париж без Эйфелевой башни? Наверное, таким же, как Антимир без Мессиона.
Глава 3
Жюльен не сразу осознал, что с ним произошло. Хотя вообще-то вечер начинался неплохо. Накануне Мессиону пришло странное сообщение: некая антиженщина утверждала, что «разгадала тайну» его стихов и хотела бы встретиться. Как правило, он не отвечал на письма фанатов, которые в надежде заинтересовать его или раздразнить любопытство не стеснялись сочинять любые небылицы. Но в этот раз его привлекла одна деталь. Писавшую ему пользовательницу звали Джун. Прочтя ее сообщение, он не мог не нахмуриться: Джун, вот так совпадение… Конечно, это может быть просто случайность. Но все-таки не каждый день встречаются девушки с английскими названиями месяцев вместо имени. Он, например, знал только одну такую: Мэй.
Мэй… Она узнала его в его анти-я? Они прожили вместе пять лет. Если кто-то и мог разгадать личность Мессиона, так это она. Подумав так, Жюльен закрыл глаза; он попытался воскресить кадры, запахи, воспоминания из их совместной жизни, но память отказывалась. Как будто шести месяцев хватило, чтобы от чувства близости Мэй не осталось и следа. Как она теперь? Еще встречается со своим Себастьеном? Скучает ли по нему иногда? А вдруг она зарегистрировалась в Антимире ради него? Мысль казалась безумной. Но был лишь один способ это проверить. Жюльен оттягивал еще пару часов, прежде чем наконец решился: в ответ Мессион пригласит Джун на ужин в свои личные апартаменты на последнем этаже Эйфелевой башни.
Жюльен натянул комбинезон. В назначенный час Джун появилась у южной ноги башни. Телохранители Мессиона, выстроившись рядком, указали ей на лифт, ведущий в хозяйские покои. В тот же миг анти-я Жюльена беззаботно вышел из душа. Он пересек пентхаус и остановился перед большим зеркалом, украшавшим стену его гардеробной. На плечиках висели десятки разных костюмов, один элегантнее другого. Какой выбрать? Мессион примерил сперва смокинг, потом обычный пиджак с галстуком, потом джинсовку – но тут Жюльен сдался: уродство его аватара ничто не скроет. Смирившись, он выбрал зеленую рубашку. Раз уж выглядеть плохо, то до конца. Он вышел в холл, чтобы встретить гостью. Джун теперь отделяли от него считаные этажи. Судьбоносный момент приближался, и он вдруг понял, что даже не придумал начальную фразу.
Лифт замер на вершине башни. Стальные двери медленно расступились. Появилась Джун, и Жюльен не мог не заметить, что у его гостьи мало общего с Мэй. Во-первых, блестящие волосы платиновой блондинки. Потом – глаза, миндалевидные, с острым и горделивым взглядом. Он начал уже всерьез сомневаться, но тут Джун сняла пальто, и он заметил узор на платье. От шеи до самых ног переплетались нарисованные канаты. Связанные так, что ни собрать вместе, ни расплести порознь. Он уже видел их однажды, когда пришел за своими вещами на улицу Литтре. Посыл был ясен. Джун не просто была Мэй. Она – Мэй в тот день, когда он видел ее в последний раз. Мэй-уже-не-с-ним: Мэй их расставания.
– Вы не так прекрасны, как ваши стихи.
Жюльен хотел ответить, что и она не так красива, как в реальности, – но одернул себя: Джун еще не знает, что он все знает. Лично у нее нет никаких доказательств, что за Мессионом прячется Жюльен, так что пусть пока гадает и дальше: посмотрим, как она попробует его разоблачить.
– Ошибаетесь, – сказал он в ответ. – Если вам нравятся мои стихи, значит, вы их не поняли. Зато вам наверняка говорили, что вы точь-в-точь как ваше имя?
– Да, и довольно часто, – ответила она, ничуть не робея, – этот комплимент я слышала раз сто. Не слишком ново для поэта.
И опять Жюльена подмывало разом раскрыть карты и сказать что-то вроде: «Ну конечно, чего уж нового, ведь ты меня видела и раньше!» Но вместо этого он закончил обмен любезностями и предложил Джун экскурсию по пентхаусу.
С тех пор как он зажил в этом историческом памятнике благодаря полному костюму, он успел целиком перестроить свое жилище. Интерьер в стиле Бэль эпок Мессион заменил белыми диванчиками, столиками из дымчатого стекла, мраморным кухонным гарнитуром в американском стиле и джакузи. Словом, накупил все, чего не хватало Жюльену в его ренжисской халупе. Джун внимательно оглядывала каждую комнату, вероятно, ища улики, и задержалась перед развешанными по стенам черновиками. Затем они проследовали на главную террасу и сели за садовым столиком, откуда открывался вид на весь город. Сомелье принес им бутылку сент-эмильона, который стоил больше четырех миллионов клиаголдов. Когда они чокнулись, Мессион решил, что пора говорить прямо:
– Джун, вы знаете, почему я пригласил вас на ужин?
– А вы сами – знаете?
Отвечать на вопрос вопросом, к тому же абсурдным. Вылитая Мэй. Жюльен не остался в долгу:
– Ваш уход от ответа и есть ответ. Из него я заключаю, что пригласить вас было ошибкой. Мне следовало догадаться раньше: сообщения от фанатов, которые якобы раскрыли тайны моих произведений, я получаю пачками. Ох уж эти сектанты, путающие стихи с судоку.
– Ваш ответ и есть уход от ответа. Раз мои пара строк вас заинтересовали, значит, в ваших стихах и правда что-то скрыто. Иначе бы вы и дочитывать не стали. Но не надейтесь, что я сама раскрою вам тайну вашей тайны.
Слуга Мессиона внес первое блюдо.
