Библиотека счастливых - Кали Кейс
– Большое спасибо, мне как раз давно хотелось…
Они выходят и закрывают за собой дверь. «Хотелось»… чего? Дальше-то я не слышала. Вскоре Вивианна появляется снова, очень возбужденная, орет на весь дом:
– Письмо пришло, письмо пришло! Я получила решение суда! Ой, как страшно!
Конец дня, последние читатели несколько минут назад ушли, и мы в лихорадочном волнении ждем, чтобы она распечатала конверт – всем не терпится узнать решение. Вивианна садится на диван, выпрямляет спину, делает глубокий вдох, резким движением разрывает конверт, разворачивает письмо и читает. Мы глаз с нее не сводим. Весь наш проект зависит от этих нескольких строк. На карту поставлено очень многое. Все так в это включились, только бы их не постигло разочарование, молюсь я про себя. Ну пожалуйста.
Леонар, который остался стоять, опираясь на трость, и старается казаться равнодушным, не выдерживает:
– Ну?
Вивианна, похоже, второй раз перечитывает письмо, а мы пытаемся по ее лицу угадать, что там написано, но оно остается непроницаемым. Наконец она издает такой вопль, что мы все вздрагиваем:
– И-и-и-и-и-и!
Мама окидывает нас безнадежным взглядом.
– Что означает «и-и-и-и»? У кого-нибудь есть декодер от Вивианны?
– Вивианна, – спрашиваю я, – как это понимать?
Она начинает скакать на месте, размахивая своей розовой косынкой, а потом ее лицо озаряет улыбка, и улыбка эта делается все шире и шире.
– Или она безумна, или довольна, – определяет Леонар.
Мама хмурится.
– Она в любом случае слегка безумна, так что вам следовало бы выбирать выражения, голубчик…
Но старшее поколение не успевает поцапаться – Вивианна перестает скакать, усаживается и, похоже, готова сообщить нам решение суда. Театральным жестом воздев руку с письмом, она прочищает горло, и…
– Так вот, здесь написано, что торговый суд не запрещает мне управлять…
– Ура-а-а-а! – вопит Камилла.
– Потрясающе, – прибавляет мама.
Но Вивианна еще не закончила. Не утратив ни капли радости и уверенности, она продолжает:
– …но он требует восполнения пассива, и только после этого я смогу открыть что-то новое.
У меня ощущение, будто я на теннисном матче, моя голова непрерывно мотается вправо-влево, я не знаю, на кого из моих друзей смотреть.
– Требует чего?
Несколько сникший Леонар со вздохом объясняет:
– Она должна выплатить часть своих долгов. А это, насколько я понимаю, подразумевает обращение за ссудой в соответствующее учреждение. Я хорошо знаю банки, они, конечно, осведомятся о прошлой деятельности руководителей предприятия, чтобы снизить риски.
Я переключаюсь на Вивианну:
– А ты… думаешь, банк согласится тебе помочь, несмотря на твое банкротство?
– М-м-м-м. В этом нет ничего невозможного. Но мне надо будет подкрепить свою просьбу очень вескими аргументами. Я составлю досье и разработаю новый бизнес-план.
– И мы откроем эту книжную лавку! – радуется Камилла.
Леонар уходит к себе, на прощанье проворчав:
– На вашем месте я бы не был так в этом уверен…
Бросаю ему вслед, пока он не успел закрыть дверь:
– Не занудствуйте! Вивианна, мы все тебе поможем, как сумеем.
– Я бы хотела, чтобы вы с Леонаром прочитали досье, как только я его закончу, и… может, ты бы даже согласилась сходить со мной к банкиру?
– Конечно. Поверь, мы сделаем все, чтобы этого добиться.
Середина февраля, лютый холод, шквальный ветер, на море апокалиптические волны, которыми я охотно полюбовалась бы, если бы не наша важная встреча. Вивианна уже месяц работает над своим бизнес-планом и досье для банка. Сегодня мы представим результат эксперту Орели Мадек, и сказать, что мы в стрессовом состоянии и даже в панике, означало бы сказать лишь половину правды. Леонар, который, несмотря на свой угрюмый вид, умеет искусно вести переговоры, предложил пойти с нами, потому что – цитирую его: «Одна из вас витает в облаках, а другая слишком мила».
Мы ждем банкиршу в приемной. Леонар в десятый раз перечитывает досье, Вивианна напевает «I willsurvive[11]», заменяя слова банковскими терминами (улавливаю «кредит, ипотека и проценты»), а я пытаюсь сосредоточиться, чтобы замедлить сердцебиение. Но все мои попытки заканчиваются неудачей, и когда появляется Орели Мадек, я близка к инфаркту. Она приглашает нас в свой кабинет, указывает на три стула напротив ее стола.
– Насколько я поняла, вы хотите получить ссуду, чтобы открыть новое предприятие?
Мы все трое переглядываемся, не зная, кому говорить первым. Я легонько толкаю локтем Вивианну, чтобы она бросилась в воду (не буквально, понятно, мне не хочется, чтобы ее унесло волной).
– Да, совершенно верно. Я очень скучаю по книгам, и мы подумали, что я могла бы открыть маленькую книжную лавку при библиотеке. Я увлечена своей работой и прекрасно знаю тенденции рынка, мне хочется снова разделить свой интерес к чтению с покупателями.
Вполуха слушая Вивианну, Орели Мадек показывает на одну подробность в досье.
– Тем не менее ни для кого не секрет, что в прошлый раз ваше предприятие, к сожалению, обанкротилось…
Вот и начинаются проблемы. Пауза, затем Леонар решает броситься на амбразуру и защитить наш проект.
– Да, прежний книжный магазин был ликвидирован, но надо учитывать и то, что рынок меняется, возможно, предложение превышало спрос…
– Хорошо, но в таком случае не встретитесь ли вы снова с теми же трудностями? – спрашивает банкирша.
Вивианна задумывается, словно не решается чем-то поделиться. В конце концов она начинает говорить, и так искренне, что я чуть не плачу:
– Если обратиться к прагматическим аргументам, то помещение будет намного меньше, и арендная плата – намного ниже. Но если говорить совершенно честно и откровенно – большая доля ответственности за неудачу, которая постигла мою торговлю, лежит на моих плечах. Мне было плохо, мадам Мадек. Я утратила интерес к работе. И даже вкус к жизни и к книгам. Но сейчас я снова мотивирована, хорошо себя чувствую и всей душой желаю пробуждать у людей желание читать. Ведь правда же – это одна из лучших профессий на свете? Так дайте нам шанс снова к ней вернуться. Торговый суд требует, чтобы я выплатила долг части моих кредиторов, к сожалению, без этого мне нельзя открыть книжный магазин. Я знаю все население крепости, за годы работы немалая часть покупателей стали постоянными. Сегодня мы можем рассчитывать, кроме того, и на читателей нашей библиотеки. У нас должно
