Полонное солнце - Елена Дукальская
– Он хороший хозяин, госпожа. Не скажу, что очень добрый, но справедливый. Не сердись на него. Просто так все сложилось в нашей жизни. И ещё, прошу тебя, не рискуй добрым отношением Горана, защищая меня. Я этого не стою. Ты уже знаешь, что мне придется ехать с ним? Он объявил тебе об этом?
– Знаю. Он ценит тебя. Его решения стоило ждать, я даже не удивилась. Он может сколь угодно много сердиться на тебя, но доверять тебе не перестанет. Ты для него ближе других. И он даже не осознает насколько. А за меня не страшись, я справлюсь. Здесь останется Молчан, будет по-прежнему жить Дора. Я найду, с кем скоротать время.
– А, если мы не вернёмся? Никогда? Останемся там навсегда? Что ты станешь делать?
Калерия быстро смахнула слезы, выступившие на глазах.
– Мне будет очень тяжело, не скрою. Придется как-то жить. Буду сохранять дом, сколь это возможно, а дальше… Решу. И это все не столь важно сейчас. По крайней мере, для меня. Главное, чтобы с тобой все было хорошо, сын мой. Я так рада, что могу, наконец, хоть между нами, называть тебя так. И счастлива, что решилась сказать тебе правду когда-то. Твой отец силой и обманом отнял тебя у меня. Я думала, что умру тогда. Ты стал ратником по его воле, не по моей, и это медленно убивало меня. А каково мне было узнать, что ты чуть не погиб и сделался рабом? Никому не пожелаешь такого! Когда Горан выкупил тебя, по моей просьбе, у прежнего хозяина, возблагодарила всех богов. Он даже представить не может, что сделал для меня. Я буду благодарна за это всю жизнь. Там, в пути, откройся ему. Скажи, кем ему приходишься.
Тамир покачал головой, грустно улыбнувшись:
– Я не стану пользоваться своим родством. Ни за что. Пусть лучше Горан никогда ни о чем не узнает. Я клянусь, что буду поддерживать его всегда, что бы ни случилось, буду спасать ему жизнь по возможности, но болтать не стану. Моей заслуги в этом нет, так что и говорить не о чем.
Калерия подошла к нему со спины и обвила его руками. Поцеловала в макушку. Он взял ее ладони в свои и прижал к губам. Кто они в этом мире? Никем не признанные мать и сын, дарящие друг другу нежность украдкой, пока никто не видит. Почему так все сложилось?
Горан, стоящий за дверью, вздохнул и грустно улыбнулся.
Услышанное не стало для него откровением. Он уже давно обо всем знал. Сперва его беспокоила странная симпатия тетки к молодому повару. Он понимал, что Тамир молод, привлекателен, весел нравом и может расположить к себе кого угодно, даже Калерию. Сперва Горан рассвирепел от такого, но, следя за ними, узнал с удивлением, что парень даже не думает пользоваться этим расположением. Да и Калерия относилась к нему скорее с материнским теплом, чем с женским интересом. Горан ничего не понимал в происходящем и даже решился, было, поговорить с теткой и услать Тамира. Но однажды вдруг случайно услышал их разговор. Калерия назвала Тамира сыном. Горан оторопел. И бросился узнавать правду, какой бы она ни была! Он навел справки, проследил судьбу Тамира, сравнил детали. Калерию ни о чем расспрашивать не стал. Не хотел лезть в ее прошлую жизнь своими, не совсем чистыми руками. Он ничего не знал о ее судьбе, до ее появления на его пороге, но не считал нужным расспрашивать. Не хотел бередить раны лишний раз. Правда открылась ему и увиделась простой и суровой, как камень.
Тамир действительно оказался родным сыном Калерии. Кто был его отцом, и как он появился на свет, оставалось покуда тайной, раскрывать которую Горан не спешил. Тетка не рассказывала, а он не спрашивал. Но был рад за нее, понимая, что этот тайный ребенок сделался последним утешением в жизни Калерии после ранней и трагической гибели старшего ее сына. Она лишь ошиблась в том, что суровая жестокость мужчин их семьи не передалась племяннику. Передалась, но в другом виде. Ибо тот неожиданно принял решение взять Тамира с собой в Новгород, не понимая, что своим решением, вновь сделает Калерию несчастной. И, признаваясь себе, что лишь непризнанному покуда брату сумеет доверять в том далеком краю, куда они отправляются.
Разговор матери и сына лишний раз подтвердил его мнение о благородстве Тамира. Он обрадовался, что не ошибся в нем и также мысленно поклялся защищать его всегда. Ради него самого, ради себя и ради Калерии, которую судьба лишила и продолжала лишать всех ее сыновей.
*
– Посмотрите на меня! Видите, что сделал со мною наш хозяин? И это за то, что я не хотел покидать его! И сказал ему об этом. Он намеревается уехать! А всех вас собирается продать на галеры! Я сам слышал, как он говорил об этом со своей проклятой теткой! Глядите, какова его плата за вашу верную службу ему! Ему плевать на всех вас! Вы ему не нужны более! Он уезжает со своим другом! Туда! На север! И забирает с собой только этого дурака-повара! Чтобы тот кормил его в дороге! Видите, как хорошо быть любимчиком хозяйки?! Глупая старуха влюблена в парня! Позволяет ему все! Он купается в роскоши, неужели вы не видите, глупцы?! А вы гнете спины на виноградниках без сна и отдыха! А после будете подыхать на галерах! И никто не скажет вам спасибо!
– Это несправедливо!! Мы работаем на него много лет! Пусть платит нам!!
– Пусть даст нам свободу!
– Да! Пусть освободит нас!
– Пусть платит нам монеты!!
– Он никогда не даст нам деньги добром!
– Это его пришлый друг научил хозяина такому!
– Да! Это русич все подстроил! Он хочет поживиться деньгами хозяина!!!
– Отнимем их сами!
– Заберем свое!
– Убьем его!
– Убьем всех хозяев!!!
– Убьем всех!
– Смерть проклятому Горану! Смерть Веславу!!
Рабы закричали, засвистели и заулюлюкали, радуясь своему неожиданному решению. Они приняли его сами. Так им казалось. И человек, что смотрел сейчас на них, стоя на бочке для вина, был совсем ни при чем. Он лишь открыл им правду. И они были этому рады, благодаря его. А он стоял, сложив руки на груди, его волосы трепал ветер и светлые, холодные будто лед, глаза его светились дьявольским весельем.
*
Юн медленно брел в их покои, против воли вспоминая случившееся. Когда Ромеро
