Алое небо над Гавайями - Сара Акерман

Удостоверения

По радио передали, что всем выдадут удостоверения нового образца и те, кто не явится их получать, будут арестованы. Старики, взрослые, дети; японцы, китайцы, филиппинцы, гаоле; за удостоверениями должны были явиться все. Само собой, Моти пойти не мог, но Бенджи — как было поступить ему?

— А мы не можем сказать им, что Бенджи тоже усыновили? — спросила Коко за завтраком.

— Или что у тебя сиротский приют, — предложила Мари.

Лане уже самой казалось, что у нее приют. А что, идея — приют на вулкане. Наверняка на архипелаге есть еще дети, чьи родители попали в тюрьму. Что станет с этими детьми? При мысли об этом Лана испытывала отчаяние.

— Мне все равно придется показать им ваши свидетельства о рождении, — сказала Лана.

Моти поставил чашку.

— Не придется, если скажешь, что оставила все документы на Оаху.

Лана нервничала при мысли, что надо идти за документами. В Хило наверняка знали о так называемом «похищении» дочерей Вагнеров. Правда, фотографиями девочек власти не располагали, а значит, и доказательств у них не было. Если они с девочками будут вести себя как обычно, никто ничего не заподозрит. Гораздо опаснее разгуливать без удостоверений личности.

— С девочек никто не спросит, но я сказала Гранту, что Бенджи наш сосед и живет неподалеку. А вы? Если война затянется, как объясните, что у вас нет удостоверения?

Моти по-прежнему был слаб, но местный воздух, хоть и холодный, влиял на него благотворно.

— Я живу сегодняшним днем, — ответил он.

Возможно, его ответ и свидетельствовал о «высокой степени духовного развития», как сказал бы Джек, но Лану порой раздражала его апатичность.

— Живите сколько угодно, а Бенджи?

— Я могу изготовить нам удостоверения. Просто возьмите пустые бланки, — сказал Моти.

Лана рассвирепела.

— Что за глупость! Если я попаду в тюрьму, что с вами будет? Вы не в состоянии заботиться о такой ораве детей!

— Вдруг будет такая возможность.

— Ладно.

Коко снились кошмары, и она с утра была не в духе. Мрачная, с опухшими глазами, она ковырялась в тарелке с кашей. Когда ей сказали, что у нее возьмут отпечатки пальцев, настроение ее не улучшилось. Чтобы взбодрить ее, Лана пообещала после пойти за «елкой».

По пути в отель «Вулкан» они еще раз отрепетировали свою легенду. Девочкам полагалось молчать и отвечать, лишь когда к ним обратятся с вопросом; в ответ же говорить, что за день до авианалета они прилетели в гости к дедушке, Джеку Сполдингу. Лана выучила наизусть даты их рождения. Она решила прийти пораньше, до того, как набегут толпы.

Серое небо нависло над горой; лил мелкий дождик. На парковке Лана увидела несколько автомобилей, но никаких толп не было. Они взяли с собой Юнгу, но Лана настояла, что та должна остаться в кузове.

Внутри у камина установили два столика; на одном стояли чернильницы и лежали ряды карточек и ручки, а на другом — противогазы. За первым столом сидел невысокий мужчина в большой шляпе.

— Доброе утро. Мы за удостоверениями, — сказала Лана и подтолкнула девочек вперед.

Мужчина надел очки с толстыми стеклами и посмотрел на Лану с девочками, точно перед ним стояло маленькое стадо коров. Даже не поздоровавшись, он принялся бубнить, что удостоверения необходимо всегда носить при себе, еще раз напомнил про комендантский час, темноту после захода солнца и продуктовые карточки. Видимо, он заучил свою речь наизусть и теперь декламировал ее.

— Сколько ей лет? — спросил он.

— Восемь, — хором ответили Лана и Коко.

Лана сердито посмотрела на девочку. Коко съежилась.

— Мне нужны их свидетельства о рождении.

Лана взглянула на карточку с его именем — Дик Джонс.

— Мистер Джонс, мы приехали из Гонолулу навестить моего больного отца шестого декабря. Думаю, вы сами понимаете, что теперь мы застряли здесь на неопределенный срок, а все документы остались на Оаху.

Он нахмурился; при этом все его лицо скукожилось, и он стал похож на крысу. Не хватало только усиков.

— Все это очень странно, — сказал он.

— У меня есть водительские права.

— Вы должны зарегистрироваться в своем избирательном округе, — сказал он.

— Это невозможно.

— Тогда мне придется о вас доложить.

Где они откопали такого хмыря?

— Доложить кому?

— Вас это не касается, мэм. Я следую инструкциям. — Дик вручил ей три бланка. — Заполните эти бланки, пожалуйста.

Лана порылась в бумажнике в поисках водительских прав, а девочки тем временем стояли за ее спиной и молчали. Она чувствовала, как им неуютно, и злилась.

Дик подвинул к ней чернильную подушечку и сел за печатную машинку.

— Полное имя, пожалуйста, — произнес он.

— Лана Хичкок, — ответила она, надеясь, что ее известная фамилия на него подействует. Услышав ее, он задержал на ней взгляд. Фамилия была ему знакома, в этом не могло быть сомнений.

— Продиктуйте по буквам.

Он спросил ее рост, вес, возраст; все это она уже сама записала на бумаге, но не собиралась с ним пререкаться. Затем он с силой прижал ее большой палец к подушечке и отложил удостоверение в сторону сохнуть. Когда подошла очередь девочек, он пристально на них уставился. Потом перевел взгляд на Лану.

— Это ваши родные дети?

Тут Лана поняла, что придется соврать. Она уже всем рассказала, что дети приемные, но скажи она это ему сейчас — и он завалит ее вопросами. Оставалось надеяться, что мистер Джонс уедет с вулкана, закончив свою работу.

— Родные, — ответила она, глядя ему в глаза.

— А где ваш муж?

— На Оаху.

Он, видимо, поверил ей, потому что начал печатать на машинке, спрашивать имена и данные. А потом ни с того ни с сего обратился к Мари:

— Ты, наверно, пошла в отца. Откуда он родом?

Лана чуть не упала и собиралась уже ответить за Мари, но та спокойно произнесла:

— Отец мой родился и вырос на Оаху, а его предки родом из Англии и Голландии.

Джонс поразмыслил.

— Что ж.

Лана от облегчения чуть не захлопала в ладоши, и так Коко и Мари Вагнер официально стали Коко и Мари Хичкок. Лана повернулась и собралась уходить.

— Не спешите, миссис Хичкок. Я еще не все вам объяснил. Во-первых, я должен показать, как пользоваться противогазом. Во-вторых, сообщить, что все гражданские обязаны построить у себя дома бомбоубежище.

Ей так не терпелось уйти, что она совсем забыла о противогазах. Он подозвал ее к столу, где лежали противогазы разных размеров. Они были тяжелые и напоминали шлемы, частично закрывавшие лицо и голову, с канистрой, подвешенной на уровне груди. Джонс заставил их примерить несколько