Три раны - Палома Санчес-Гарника

– Этого достаточно, – расстроенно согласился Артуро.

Ему очень хотелось сказать, что он думает о незаконных задержаниях, так называемых «прогулках», во время которых людей просто ставили к обочине и стреляли им в голову, и о многом, многом другом, но момент был неподходящий. Только Рамиро мог спасти Марио жизнь, поэтому приходилось молчать.

С его губ слетело только полуслышное принужденное «спасибо». Он повернулся, чтобы уйти, но Рамиро крепко схватил его за руку, удержав на месте. Их лица оказались на расстоянии в пол-ладони друг от друга. Они пристально смотрели друг другу в глаза, чувствуя чужое дыхание.

– И еще кое-что, – Рамиро приберег эти слова напоследок: – не вздумай больше здесь появляться. Сейчас между нами мир. Не звони мне, не говори ни с кем обо мне и об этом разговоре, понял? С сегодняшнего дня я не знаю тебя, а ты – меня.

Артуро ничего не ответил, лишь поджал губы и молча ретировался. Страх овладевал даже теми, кто нагонял его на окружающих.

Уже смеркалось, когда Артуро покинул элегантный особняк, лишившийся своих утонченных владельцев, вышвырнутых золотарями, каменщиками, механиками, чистильщиками обуви и присоединившимися к ним шумными прачками, служанками и швеями, нацепившими синие комбинезоны или черные вельветовые штаны с завязками. Мужчины, ни капли не смущаясь, ходили по пояс голыми, не брились по несколько дней, не мылись и были покрыты липкой смесью пота и пыли. Некоторые из них, оккупировав просторные комнаты, сидели на обитых золотым шелком стульях или лежали на роскошных напольных коврах и распевали песни, гоготали и похвалялись своими подвигами при штурме казарм Монтанья. Другие поднимались и спускались по лестницам, конвоируя беззащитных пленных, трясущихся от предчувствия смертного приговора, уже запечатленного на бледных лицах. Повсюду были глаза: равнодушные, любопытные, живые или наполненные ужасом от невозможности предвидеть ближайшее будущее.

Изможденный Артуро вышел на улицу и повернулся лицом к фасаду здания. На перилах огромного балкона кто-то вывесил белую простыню, на которой черной краской были накаляканы большие корявые буквы: «РЕКВИЗИРОВАНО В ПОЛЬЗУ ЛИБЕРТАРИАНСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ МОНКЛОА». Артуро уже собирался было отправиться в пансион, но его остановил чей-то грубый и уверенный голос из-за спины. Не вынимая руки из кармана, Артуро растер пальцами бумажку с именами трех друзей. Затем обернулся и увидел перед собой высокого, тощего, жилистого человека. На нем были незастегнутый, совершенно новый, с иголочки китель, одна пола которого была заляпана чем-то темным, и блестящая кожаная портупея. Предыдущий хозяин кителя, по всей видимости, был сержантом и имел ровно такое же телосложение и рост, что и новый владелец: казалось, что китель шили на заказ. Со всем этим резко контрастировали черные вельветовые штаны, альпаргаты и лихо сбитая набок пилотка.

– Машину водить умеешь?

Не понять вопрос было сложно.

Артуро растерянно слегка кивнул головой.

– Тогда давай за мной, нам нужна твоя помощь, товарищ!

Артуро потребовалось несколько секунд, чтобы оторвать ноги от земли, от страха они словно приклеились к асфальту.

– Поторапливайся, у нас много дел!

Следом за поддельным сержантом, сжимавшим в правой руке пистолет, семенили двое мужчин и женщина, которых подталкивали в спину прикладами два совсем еще подростка в комбинезонах, висевших на них мешком. Пленников заставили сесть в припаркованный у тротуара «додж» c намалеванными на бортах белой краской буквами FAI[17].

– Полезай в машину, – скомандовал фальшивый сержант.

– Я не могу…

– Ты что, отказываешься протянуть руку помощи делу свободы?

Артуро не знал, плакать ему или смеяться. Как этот человек вообще мог что-то говорить о свободе? Но страх заставил его проглотить усмешку.

– Чего тебе от меня надо?

– Садись за руль. Я скажу, куда ехать.

В этот самый момент за «доджем» со скрипом остановился грузовичок. Из него, жизнерадостно смеясь, высыпалось шесть мужчин и две женщины, все с оружием. Их приподнятое настроение никак не вязалось с тем, что происходило дальше: из кузова машины начали спускаться задержанные, мужчина средних лет, за ним еще двое лет двадцати. Один из них обернулся и протянул руку женщине лет пятидесяти, но ополченка грубо оттолкнула его, и бедняжке пришлось спускаться самой. Она была вся в слезах и напугана. Затем показалась пятнадцатилетняя девочка. Артуро подумал, что это, должно быть, члены одной семьи. Он содрогнулся от чувства собственного бессилия. Тычками и криками арестованных погнали в здание.

Ошеломленный и парализованный происходящим, он совсем забыл о человеке в сержантском кителе. Но стоило ему повернуться, как перед глазами у него оказалось черное дуло пистолета, смотревшее ему прямо в лоб.

– Или ты сядешь за руль, или я пристрелю тебя прямо здесь.

Перепуганный Артуро подчинился. Водить машину его научил старый преподаватель торгового права. Когда ему стали отказывать зрение и рефлексы, он предложил Артуро освоить управление автомобилем в обмен на обязанность каждое утро возить его на факультет. От такой сделки выиграли оба: преподаватель обзавелся личным шофером, а Артуро долго экономил на трамвае.

Человек, вырядившийся сержантом, сел на соседнее кресло. Покосившись на него, Артуро увидел в профиль крючковатый нос и выпирающий подбородок. Сзади, набившись как сельди в бочке, устроились арестованные и охранявшие их ополченцы. Заводя двигатель, Артуро посмотрел на них в зеркало заднего вида. Лиц он не разглядел, но страх почувствовал.

– Куда едем?

– Знаешь, как проехать в парк Каса-де-Кампо?

– Он очень большой.

– Поезжай к холму Гарабитас, я скажу, где остановиться.

Артуро медленно и неуверенно тронулся, машина задрожала, подпрыгнула и заглохла.

– Ты же сказал, что умеешь водить?

Артуро не стушевался и резко ответил, повысив голос.

– Могу выйти.

– Нет. Поехали.

– Тогда не дави на меня, я не знаю этой машины.

Наконец, немного рыская из стороны в сторону, автомобиль со своим страшным грузом покатился по улице Принсеса. Какое-то время в салоне звучал только шум мотора, но затем Артуро расслышал сквозь него женский плач. Он посмотрел в зеркало, но увидел только размытые очертания лиц.

– Куда вы их везете?

– А сам как думаешь?

– Знал бы – не спрашивал.

– На прогулку, куда еще?

Вдруг Артуро услышал дрожащий голос за спиной.

– Можете передать это моей жене? Это кольцо, которое она мне подарила на свадьбу… Умоляю вас!

Артуро беспокойно посмотрел в зеркало. Он вдруг понял, что, если он ничего не сделает, эти зеленые юнцы и их самопровозглашенный командир, вырядившийся сержантом несуществующей армии, убьют задержанных. Его живот скрутило с такой силой, что он не мог нормально дышать.

– Я закурю? – спросил он у командира, достав из кармана рубашки пачку сигарет.

– Поделишься?

Артуро засунул сигарету в рот и протянул смятую пачку.

– Там осталась только одна.

– Не страшно.

Сбавив скорость, Артуро отпустил