Полонное солнце - Елена Дукальская

– Господин Ромэро еще не вернулся?

– Нет. Мы думаем, он заночует в городе. Идет гроза. Скорее всего, он побоится ехать в такую пору. Ступай, ты свободен. Чашки заберёшь завтра.

Тамир склонил голову, сверкнул весело своими черными глазами и скрылся в доме. Через время он вернулся, неся теплый вязаный плат из белой овечьей шерсти, который с нежностью накинул Калерии на плечи. Она отдала ему шаль, а сама с удовольствием закуталась в платок, ласково улыбнувшись парню. И похлопав его по руке. Он поклонился, крепко сжимая в ладонях шаль, и ушел.

– Смотри-ка, заметил, что я замерзла! Очень внимательный юноша. И добрый.

– Сейчас с Юном болтать пойдет. – Усмехнулся Веслав. – Днем не наговорились. – Он присел на каменные ступени крыльца.

Калерия отпила из чашки и повернулась к нему, вглядываясь в его орлиный профиль. Веслав действительно был красив холодной северной красотой, будто впитав ее из таинственного мира, что окружал его. Этот мир был незнаком Калерии и потому все еще пугал ее.

– Ты помнишь свою молодость, Веслав?

– Очень хорошо, Калерия.

– Она была трудной?

– Словами не описать.

– А ты бы хотел в нее вернуться? Хоть на мгновение?

– С радостью!

– Вот видишь. У каждого должно быть такое место, куда хотелось бы возвращаться. У этих несчастных мальчишек, что прислуживают нам, нет дома. Нет родных. Да, что греха таить, у них и жизни-то нет. Ее давно забрал полон. Так не отнимай у них еще и молодость. Оставь им хоть что-то, за что можно было бы зацепиться, чтобы выплыть из той бурной пучины, какой сделалась их жизнь.

Веслав улыбнулся, следя за тем, как трепещет пламя в ближайшем светильнике. И неожиданно произнёс, не глядя на нее:

– Я стараюсь, Калерия, поверь. Не только не отнять, но и отдать. То, что могу. И так, как умею. Не моя вина, что выходит не всегда. Этот мир упрям. И не готов сдаваться. Своих рабов он с трудом отпускает на волю.

Она внимательно посмотрела на него, не понимая, лукавит ли он. Но он был совершенно серьезен. Что он имел в виду под этими словами? Веслав не пояснил. Но Калерия и не требовала объяснений. Русич был очень умен. И беседа с ним доставляла ей истинное удовольствие. Он позволил жестокой маске, что всегда была надета на него, сползти. И обнажить его истинное лицо. Перед Калерией представал не лютый зверь, какого все боялись, сами не зная почему, а обычный человек, разумный, много знающий и тонко чувствующий. И ей это понравилось.

Молния, словно огонь древнего Перуна, пронзила небо. Закапал дождь, зашелестел по листьям розовых кустов и ветвям деревьев. Веслав продолжал вглядываться в темноту. С каждым всполохом все внимательнее. Наконец, он отставил чашку и спустился с низкого крыльца на дорожку.

– Что там, Веслав? – Калерия тоже принялась спускаться со ступеней. Но он, не поворачиваясь, остановил ее движением руки:

– Госпожа, вернись на крыльцо. А еще лучше, зайди-ка в дом.

– Что там?

– Там что-то движется в темноте. Очень медленно.

Но она не послушалась, наоборот, подойдя к нему ближе, тоже вгляделась в густую темь сада. Теперь светильники не помогали, а мешали увидеть опасность. Веслав, взяв Калерию за руку своей теплой ладонью, отвел на крыльцо и вынул факел из держателя. Потом спустился вновь, доставая кинжал, что висел на поясе. И произнес:

– Позови Юна, Калерия. Пусть захватит меч. Быстрее!!! Скажи, я позволил!

Она метнулась в дом.

Веслав не пошел дальше. Встав так, чтобы защитой спины служила стена дома, он держал факел в левой руке, а кинжал в правой и внимательнее вглядывался в подступающую темноту.

Скоро подле него, будто по извечному волшебству, возник Юн, протягивая меч. Веслав не успел заметить, как тот появился. Снова.

В дверях послышались шаги многих ног. На пороге встал Тамир с неизменной палкой в руках, за его спиной маячили все рабы кухни, вооруженные, кто ножом, кто тесаком для разделки мяса. Пять человек. Высокие и сильные. И Веслав порадовался мудрому решению Горана набрать в дом таких людей. Сейчас, за его спиной стоял небольшой отряд, вполне способный отразить атаку. Надо взять подобное на вооружение. Он быстро кивнул всем, заметив за их спинами Калерию, и приложил палец к губам. Все замолчали, вглядываясь в темное пространство перед собой.

– Есть! Там что-то есть! – Произнесла Калерия шепотом, указывая в темноту.

Казалось, сама тьма двигалась. Но движение было каким-то беспорядочным, словно кого-то кидало туда-сюда.

– А что это за звук? – Произнёс Юн, обладающий острым слухом, и Веслав отметил про себя, что китайское наречие в его голосе поблекло совсем. Он говорил теперь чисто и легко, как русич. Не задумываясь и не подбирая слова.

– Да. Какое-то словно бы постукивание. – Тамир оглянулся на остальных. Юн тоже всматривался в темноту, стоя рядом с хозяином едва ли не плечом к плечу

И тут Веслав протянул ему кинжал. Мальчишка быстро кивнул и улыбнулся, продолжая смотреть вперед. Тамир подошел и встал рядом с ними. Юн произнёс:

– Мы здесь, как на ладони, нас могут легко снять из лука. Рассредоточьтесь!

Веслав хмыкнул. Парень приказал, и его послушали. Тамир отступил в тень дома, остальные, спустившись вниз, тоже пропали среди кустов. Ничего себе!

Даже Калерия отошла назад в темноту крыльца. Юн, чуть придержав рукой Веслава, сделал несколько медленных, крадущихся шагов, сжимая в руках кинжал, какой держал рукояткой вверх, прижав лезвие к руке. И тут опять сверкнула молния, осветив сад с неожиданной силой.

– Там повозка! – Тамир указал в темноту. – Ею, похоже, никто не управляет! Лошадь ходит туда-сюда!!!

Веслав бросился вперед. За ним все остальные. Дождь пошел сильнее, когда они приблизились. Их лошадь, пугаясь всполохов и грома, переступала с ноги на ногу, дергаясь туда-сюда, в попытке убежать, но тяжелая пустая повозка не позволяла ей этого.

*

– Где же Ромэро? – Калерия накинула платок на голову, спасаясь от дождя. Остальные осторожно замерли.

– Там кто-то есть! – Воскликнул Юн, указывая на дно повозки. Веслав, шагнув ближе, посветил факелом. На дне лежало тело человека с мешком на голове, обмотанном веревкой и со связанными за спиной руками. Тамир наклонился и осторожно снял мешок с головы неизвестного. Веревка, извиваясь, будто змея, скользнула на землю.

– Это Божан! Слуга господина Ромэро! – Произнесли все разом, переглянувшись. Феодор перекрестился:

– Сссмотрите! – Произнес он дрожащими губами, указывая пальцем. Обступив повозку, все вгляделись – на шее парня проступала четкая темная полоса, хорошо заметная при свете факела.

– Его задушили. – Веслав с грустью смотрел на несчастного. – Через мешок. Накинули на голову,