Царство Зыбучих Песков - Андрей Сергеевич Минин

Глава двадцатая

Барра-Шака. Экспедиция подходит к концу, но бакалавры продолжают умирать. Часть вторая

Пришлось остановиться посреди перекрестка. Запах. Кто-то затаился дальше по дороге и ждет.

Глубокий вдох… и меня на одних инстинктах передергивает от страха.

Это не человек и не животное, но оно представляет опасность даже для меня с моими нынешними силами. Обхожу это стороной и выбираю другой маршрут. Не буду рисковать и надеяться на отвод глаз.

Продолжаю двигаться озираясь. Иду и натыкаюсь на новую напасть. Свежие следы человеческой крови. Решаю что делать, и после коротких раздумий следую за багровыми каплями пока не натыкаюсь на мертвого человека. Осматриваю его и признаю в нем знакомого мне мага-бакалавра. Одного из тех кто пошел за тем пахнущим высокомерием офицером, предлагающим нам обокрасть поместье какого-то младшего магистра.

Обыскиваю его. Прячу все что нашел в рюкзак прихваченный как раз на такой случай и сцеживаю у него немного крови. Талант зельевара нужно развивать. Надеюсь изучение его крови мне в этом поможет.

Если получится, попробую воссоздать Кипятильник (ослабленную версию) — тот состав разработанный Сунаком Ручьем. Хотя вряд ли. Маг мертв, а там насколько я помню нужна кровь живого человека.

Топаю ногой, призывая стихию, и с большим трудом погружаю мага под землю — провожая его в последний путь.

Позже натыкаюсь на еще один труп. Хмурюсь и начинаю полномасштабно обходить улицу, пока не воссоздаю в голове произошедшие здесь совсем недавно события.

Выходило так, что затея с проникновением в поместье младшего магистра частично удалась. Его дом я нашел и осмотрел не приближаясь ближе чем на двадцать шагов. Что я могу сказать? Внешний контур защиты был недавно взломан, но на моих глазах восстанавливался до первоначального состояния.

Итак — четыре бакалавра, девять учеников и двадцать два неофита — убиты. Таков скорбный итог. Обычных людей — то, что вышло встречать вторженцев — как ни странно — не тронуло, и они убежали, теряя по пути вещи и даже оружие.

Пришлось повозиться. Рюкзак потяжелел. Артефакты, золотые монеты и украшения. Личные записи. Опять же собрал кровь. А потом были похороны. Я не оставил их гнить под небом, а хоть и неглубоко, но захоронил. На этот раз могилки копал руками. Нашел немощеный участок земли и организовал общую могилу. Надеюсь, они не обидятся. Закончив с этим, отыскал в рядом стоящих домах соль, превратившуюся в камень. Растолок ее и внес в свежевспаханный участок земли.

— Для надежности, — ворчал я в процессе, досадуя, что все приходится делать самому.

Отряхнуть руки. Готово.

Постоял немного и ушел.

— Стой! — Встретили меня окриком при подходе к лагерю. — Э-э-э… Капитан-бакалавр? Это вы? Извините. Темно… — Указал пальцем в небо солдат остановивший меня. Его товарищ стоял рядом и держал в руках факел — не решившись приблизить его ближе к моему лицу чтобы рассмотреть подробнее. Остальное охранение сидело поодаль в вырытых наспех укрытиях и выцеливало этот сектор своими карабинами.

Я был не под отводом глаз. Экономил энергию.

Выслушав солдата, я поднял голову и посмотрел на темное небо и звезды. И верно. Ночь еще не закончилась, но для меня, видящего все по темноте в сером цвете — это не проблема.

Кивнул.

— Вольно, сержант. Не тянись так. Лучше скажи как служба? Все в порядке?

— Да, капитан. Порядок. А из происшествий — вернулись отряды капитана-бакалавра Синеока и других бакалавров. Без магов роты, — добавил он с осторожностью, замявшись перед этим. — По их словам — все они убиты. Думаю вам лучше расспросить об этом господ старших офицеров, капитанов Огора и Фуу.

— Понятно… — Протянул я.

Значит беглецы растерявшие оружие добрались до лагеря. Везунчики.

Похлопав солдата по погонам, я прошел мимо него, направившись в штабную палатку.

Пригнувшись и откинув мягкий полог я застал своих коллег за столом смакующим очевидно дорогое вино из запылившейся бутылки, позаимствованной из чужого подвала. В тарелках рыбные кости, а от хлеба остались лишь корочки.

— Отдыхаете?

— А-а, Кай! Вернулся… Молодец. Ик! — Изрек сильно захмелевший Огор.

Фуу лишь кивнул.

Я присел за один с ними стол. Осмотрел его и ни к чему не притронулся. Из съестного ничего не осталось. Только вино и огрызки хлеба.

Огор Горб хмыкнул.

— Слышал уже?

— Видел, — поправил я его.

— ЧЕГО? — Агрессивно повысил голос Огор.

— Если ты заговорил о Синеоке и других магах — то я видел их трупы. Наткнулся на обратном пути.

— Как они выглядели? — Едва приоткрыв рот, словно чревовещатель выступающий на ярмарке — спросил меня мягким, любопытным и убаюкивающим голосом, Фуу, пока Огор применял какое-то заклинание чтобы прийти в себя и выгнать хмель.

Я описал что видел и друзья бакалавры (Огор был уже трезв), переглянулись.

— Выходит солдаты говорили правду…

— Выходит…

Мне не хватало фактов, и я спросил:

— Не просветите меня? Что вы узнали из допросов солдат?

Протрезвевший Огор раздраженно дернул плечом, с тоской рассматривая бутылку вина, очевидно проигнорировав мой вопрос, когда как слепец был более дружелюбен и рассказал.

Его голос был тих, а сам он выглядел каким-то болезненным.

— Когда они вскрыли первый слой защиты, они разбудили таинство чумных глаз. Это магия плоти высокого порядка. Видел когда-нибудь мерзкие, летающие глаза, непрерывно кровоточащие кровью и гноем? Нет? Значит повезло. Парящее в воздухе левое око защищает от любых чар ниже зеленого цвета, — указал на мой перстень Фуу. — Правое же око в этой паре отвечает за защиту от физических атак. Чумные глаза, неохотно — на продажу — создают маги плоти и химерологи, при участии хорошего алхимика-зельевара. Сам я знаю только азы этого таинства. Тебе это интересно или я зря распинаюсь?

— Я бы послушал.

— Хорошо. С чужих слов — процесс выглядит так. Маг плоти или же химеролог вырывает свои собственные глаза и помещает их в инкубатор из желудочного сока и каких-то секретных добавок. Глаза взращивают на протяжении нескольких лет, пока они не вырастают до размеров кареты и не пробуждают в себе способность к полету и примитивный разум. Посвятивший себя этому процессу маг значительно ослабевает и остается слепым, — мрачно усмехнулся Фуу, — до тех пор пока процесс не завершится и глаза не созреют. Как-то так.

— А как они убивают? Трупы выглядели странно.

— Заражают магической хворью.

— У Синеока не было и шанса пройти через