Оружие для джихада - Вульф Блей
Ева снова успокоилась и открыто говорит о своих чувствах: – Когда я ехала к вам сегодня, я была готова ко многому, но не к такому исходу нашего разговора.
– Я тоже, – беззаботно и легкомысленно смеется он, но не может удержаться от повторения своего желания: – Но еще раз, Ева: не хотите ли еще раз подумать, хотите ли стать моей женой?
Но прежде чем Ева успела ответить, Винтер что-то услышал, встал и сказал:
– Черт возьми, что происходит? Собаки все это время вели себя беспокойно и завывали. Извините меня, пожалуйста, на минутку. Я хочу взглянуть.
Он быстро выходит, но вскоре возвращается:
– Я не запер ворота. Кто-то пришел. Пожалуйста, следуйте за мной! Я не хочу, чтобы вас увидели здесь со мной, тем более что я один в доме. Это посетитель, которому я сейчас не очень рад, и я разберусь с ним как можно скорее. Пожалуйста, подождите здесь, пока я не скажу вам, что мы снова одни!
Она занимает место в смежной с гостиной комнате. На столе лежит несколько газет и журналов. Она берет один из них и читает, чтобы скоротать время.
Вскоре она слышит голос Винтера и голос женщины, говорящей все громче. Временами Еве кажется, что она слышит ее визг. Невольно и без всякого намерения подслушивать она тихонько приоткрывает дверь.
– Тот, кто подслушивает, рискует услышать про себя много неприятного, – думает она, испытывая легкий стыд. Но любопытство так велико, что она забывает обо всех благих намерениях и, затаив дыхание, пытается все расслышать.
Теперь она слышит обрывки яростного спора, что ее наводит на воспоминание об утреннем телефонном разговоре леди Кенсингтон с этой Клэр Томсон…
Тем временем Норман Стил смотрит в маленькое окошко специального военного самолета, летящего на сверхзвуковой скорости на высоте 14 000 метров над облачным морем внизу, и позволяет своим мыслям блуждать, где им вздумается. Некоторые из них относятся к Еве Чепмен, а некоторые – к Роуз Кенсингтон…
28
Ева не ошиблась. Это миссис Клэр Томсон. Джордж Винтер сразу понял, что это должна быть она, потому что кроме персонала, только у нее были ключи от ворот парка и дома, и потому что собаки повизгивали от радости.
– Заходи, Клэр, – спокойно говорит он, когда она взволнованно стоит перед ним.
Она следует его приглашению и нервно бросается в кресло:
– У тебя гость, не так ли? Я знаю. За воротами стоит машина.
Винтер ненавидит такие посещения без предупреждения, особенно от Клэр, с которой он совсем недавно горячо ссорился.
– Правильно. Возражаешь? – раздраженно спрашивает он.
– Почему ты скрываешь посетителя от меня?
– Не стоит поднимать шум, – думает он. Слишком хорошо он ее знает и порой опасается ее непредсказуемого темперамента, особенно когда у нее случается один из частых приступов ревности. Стараясь сохранять спокойствие, он садится напротив нее и пытается сбить ее со следа:
– Потому что я не хочу, чтобы ты с ним встречалась, Клэр. Только из соображений безопасности не стоит, чтобы другие люди знали, у кого есть ключи от моего дома и кто время от времени ими пользуется.
Однако, Клэр обладает сильным чутьем на опасность со стороны потенциальных соперниц, которое присуще многим любящим женщинам.
– Это женщина? – просто заявляет она, открывая раунд борьбы. Не дожидаясь его ответа, она переходит к сути своего визита: – И вообще, что это за история с вашей сначала объявленной, а потом отвергнутой помолвкой?
Джордж Винтер чувствует себя немного неловко и умиротворенно отвечает:
– Это было просто ложное сообщение, которое уже исправлено, не более того.
Клэр не верит, не сдается и резко реагирует:
– Ах! Люди не придумывают такие вещи из ничего, Джордж! Ну и что?! Кто эта женщина? Она здесь, у тебя. Не отрицай этого!
Он пробует замять ситуацию:
– Я восхищен твоими экстрасенсорными способностями, Клэр. – Та вскакивает от волнения и спрашивает: – Что ты к ней чувствуешь?
Винтер признает свое поражение и говорит:
– Хорошо! Я хотел пощадить твои чувства и не вызывать ложных эмоций. Это журналистка по имени Ева Чепмен, и это чисто профессиональный вопрос. Я очень высоко ценю мисс Чепмен.
– Выше меня? – горько усмехнулась она. – Она, наверное, не бросалась на тебя и не отдавалась тебе так, как я. Я знаю, что ты уважаешь только тех, кто тебе не подчиняется.
Винтер сохраняет внешнее спокойствие, хотя его внутреннее негодование растет:
– Боюсь, ты уже на пути к роковой ошибке. Есть только одна вещь, которая может помешать мне уважать тебя: Это чтобы ты сама утратила свою гордость. Не помню, чтобы я когда-либо давал тебе повод для этого.
– Ой, нет! – горько рассмеялась она. – Ты всегда тактично избегал давать мне понять, что я не более чем твоя любовница. Другие были менее деликатны и последовательны. Если бы не Роуз Кенсингтон, которая держит меня в тонусе и постоянно укрепляет, мне бы часто хотелось плюнуть себе в лицо, потому что, несмотря ни на что, я не могу оторваться от тебя, хотя и знаю, что ты не раз предавал меня.
Винтер встает, его грудь тяжело вздымается, как будто ему не хватает воздуха, и вздыхает:
– Неважно обстоят дела у нас с тобой, Клэр. Есть мужчины, которым еще предстоит пройти долгий путь, чтобы познать женские ценности и которые хотят, чтобы их вели к этому знанию. Я отношусь к этому типу. Это несчастье, что ты перестала понимать меня в тот самый момент, когда я к этому готов.
Клэр качает головой, словно не понимая, что он только что сказал, и резко отвечает, не вдаваясь в подробности и не подвергая сомнению его высказывания, которые показались ей слишком интеллектуальными:
– Не обманывай меня, Джордж! Что между тобой и мисс Чепмен?
– Я уже говорил тебе! – Теперь Винтер сердится: – Мисс Чепмен – прекрасная и очень полезная журналистка. Она изначально была моим противником, и, слава Богу, мне удалось…
Его яростно прерывает Клэр:
– И тебе удалось сделать ее своей подругой или даже любовницей, не так ли? Ах, Джордж, я и не подозревала, каким подлым ты можешь быть. Я была ослеплена любовью. Да, это была любовь, которую я испытывала к тебе, не просто страсть, а настоящая, самая настоящая любовь.
