Оружие для джихада - Вульф Блей

– Честно говоря: я не знаю. – признается Норман. – Я вас не знаю. Но мне всегда нравятся приятные сюрпризы.

– Давайте на сегодня заключим перемирие, мистер Стил, – смеется Винтер, продолжая делать шаги к примирению. Он берет у вернувшегося слуги два бокала для коктейля, один из которых передает Норману.

– А пока давайте выпьем за здравый смысл. За ваше здоровье! Я рад личному знакомству с вами.

Норман вежливо поднимает свой бокал.

– Я еще не знаю, могу ли я радоваться этому. – скептически отвечает Норман. – Время покажет.

И Норман, и Джордж Винтер понимают, что стоят друг перед другом, как два противника в бою с оружием наготове.

Был ли это обман? Следующий день покажет.

24

Идет дождь. Ничего необычного для Лондона. Прогноз погоды, согласно которому Азорский антициклон, который должен вытеснить все еще преобладающий Исландский циклон на северо-восток и принести солнечную погоду, похоже, пока не сбывается. Тем временем дождь все еще льется. Прежде чем выйти из машины, Ева натягивает капюшон своего макинтоша на голову и берет зонтик, который открывается автоматически при нажатии кнопки. Внезапный порыв ветра едва не вырывает его у нее из рук.

Когда Ева поднимается по нескольким ступенькам к парадной двери дома леди Кенсингтон, ее охватывает какое-то беспокойство. По дороге сюда она чувствовала себя в полной безопасности. К этому добавилась еще и инстинктивная привязанность к женщине, которая, как ей пришлось признаться самой себе, забрала у нее Нормана. Теперь у нее появились сомнения. В памяти снова всплыла картина приема у виконта Шервуда.

Гостем там был не только Норман, но и леди Кенсингтон. Она ни на секунду не сомневалась, что Роуз Кенсингтон и Норман вместе приехали к лорду Шервуду и вместе уехали. Очевидно, их отношения стали еще крепче.

Или разве нет? Она не хочет быть уверенной. Если между Норманом и леди Кенсингтон все уже не так, как казалось, то что они чувствуют друг к другу теперь? Любит ли он ее? И любит ли она его? И боялся ли Норман вообще этой женщины? Если да, то почему? Почему леди Кенсингтон пригласила ее именно сейчас? Возможно, чтобы выяснить, где она уязвима? Почему?

Все это проносится у нее в голове, пока она стоит перед большой парадной дверью поместья леди Кенсингтон. Почти как замок, подумала она.

Но как раньше Ева полностью контролировала себя, так и сейчас она решительно возвращает себе самообладание.

Она нажимает кнопку звонка.

Еве вдруг становится интересно узнать леди Кенсингтон получше.

Горничная Салли открывает дверь и ведет Еву не в приемную, а в гостиную, где ее приветствует Роуз, помогая снять верхнюю одежду и забирая мокрый зонтик. На ней то самое кимоно, которое чуть не свело Нормана с ума. Умышленно Роуз хочет с самого начала добиться неформальности, которая сделает более интимную встречу возможной.

Попросив Еву устроиться поудобнее в кресле, а Салли поставить на стол херес и бокалы, Роуз устраивается на диване в своей обычной манере.

– Как мурлыкающая кошка. – думает Ева.

Роуз с немым вопросом предлагает Еве бокал хереса. Ева кивает, Роуз наливает им обеим по бокалу и предлагает сигареты.

– За ваше здоровье, мисс Чепмен.

Ева очень удивлена таким непринужденным дружелюбием. Оно кажется почти интимным и дружеским. Ева замирает в легком недоумении:

– Миледи…

Роуз глубоко затягивается сигаретой. Она чувствует смущение Евы. На ее месте она чувствовала бы то же самое. Поэтому она хочет как можно быстрее растопить лед. Она выдыхает медленно и целенаправленно, слегка наклоняясь вперед:

– Пожалуйста, не называйте меня «миледи», а зовите по имени. – Она произносит очень мягко. – Меня зовут Роуз. Могу ли я называть вас Евой?

– Я польщена, – отвечает Ева, теперь еще больше смущаясь. Она не ожидала такого ответа.

Роуз замечает, что Ева продолжает молчать, и прямо заявляет:

– Разве мы не хотим быть друзьями? Ведь когда-то мы любили одного и того же мужчину.

Ева видимо краснеет и спрашивает:

– Мы?

– Да, Мы с вами.

Некоторое время они обе молчат. Затем Ева прерывает возникшую неловкость:

– Вы имели любезность попросить меня о визите, леди Роуз, – официально говорит она. – Чем я обязана такой чести? Я не знаю…

– Ваш визит доставляет мне удовольствие, Ева, – любезно отвечает Роуз, искренне улыбаясь ей. – У меня вполне понятное желание поближе познакомиться с девушкой, которая была и, возможно, до сих пор остается безусловной любовью Нормана.

– Насколько я знаю, леди Роуз, сейчас он любит вас, – с горечью констатирует Ева и продолжает в том же тоне: – Другой вопрос, верно ли его мнение, что вы его любите.

Вздрогнув, леди Роуз поднимается, словно внезапно проснувшись. Она словно собирается с мыслями и через мгновение отвечает:

– Возможно, вы даже правы, но совсем не так, как вы могли бы предположить. Позвольте мне сказать вам еще раз: вы любите Нормана, и я – любила его, или, по крайней мере, думала, что любила.

Ева поражена:

– Значит, между вами и Норманом…?

– Закончено? Это то, что вы, наверно, хотите сказать, не так ли? Назовите, пожалуйста, лопату лопатой. Да! Все кончено. Знаете ли, почему мы с Норманом теперь просто друзья?

– Нет.

Роуз ищет контакт с глазами Евы.

– Потому что я не хочу, чтобы предполагаемое счастье оказалось в тени его любви к другой женщине.

Ева не может скрыть своего беспокойства. Ее голос слегка дрожит:

– Норман любит другую женщину?

В тот же момент ее преследует мысль о том, что, возможно, Роуз Кенсингтон ищет ее дружбы только для того, чтобы получить партнера для борьбы с этой другой женщиной, которая пока ей неизвестна. Она плотно сжимает губы.

Роуз замечает это, но понимает по-другому и не может удержаться от искушения снова поставить Еву на место:

– А знаете ли вы, кто эта женщина или девушка? Я только что с ней познакомилась.

Ева принимает пренебрежительный тон:

– Не думаю, что это мое дело, кого теперь любит Норман Стил. Наши отношения закончились окончательно и навсегда.

Роуз смеется глазами, обрамленными длинными ресницами, и говорит:

– Я думаю, Ева, что это в значительной степени ваше дело. Вы окажете себе большую услугу, если получите полную ясность в этом вопросе.

Ева вызывающе поджимает губы:

– Если Норман любит другую женщину, вряд ли есть смысл разговорами пытаться оторвать его от нее.

Роуз стоит на своем.

– Совершенно верно. Вы абсолютно правы. Но если вы ни при каких обстоятельствах не хотите спросить меня, кого он любит, хотя, вероятно, уже поняли, что я ее знаю, то