Новая венгерская драматургия - Коллектив авторов
АЛЬМА
Какой был год, особенно конец…
Рождественская ярмарка, толпа,
Как на пожаре, давка возле кассы,
Есть нечто инфернальное во всем.
Однажды ты меня таскала в Вестенд:
«Под Рождество все, абсолютно все
Уладится, притихнет и растает».
Входит Хенрик и медленно ковыляет к столу Марианн.
МАРИАНН (Обнимает Хенрика. Альме, опровергая)
Когда-то мне так мама говорила,
Хотя не слишком убежденным тоном:
«Родная, что бы в жизни ни случилось,
Дела уладятся под Рождество».
Но не уладится, ты понимаешь?
И не растает, а, наоборот,
Еще сильней запутается дальше.
Стократ безвыходно и хаотично.
АЛЬМА (бесстрастно)
Отец мой правовед-международник,
Он хаос предсказал еще давно
И рьяно отрицал, что все притихнет…
Я вообще не придаю значенья
Религиозным праздникам. Мне важно,
Когда клиент хороший попадется,
Который был посажен за растрату,
Но мне его освободить удастся
В отсутствие состава преступленья
На Рождество. Тогда, к примеру, важно.
МАРИАНН
С тех пор вы с Кальманом…
АЛЬМА (Повышает голос.)
И до тех пор,
Лет в двадцать я его любила страшно.
В ту пору я рассорилась с отцом,
А Кальман рядом был и пел мне в уши
Все в точности как я хотела слышать.
И я сдалась. Мы стали вместе жить.
До этого отец мой полновластно
Все за меня решал. Ура, свобода!
Тогда цвела любовь на Гюль Бабы.
Затем я вышла замуж за него.
И с той минуты снова я лишилась
Своей самостоятельности напрочь.
Он содержал меня, он делал все,
И медленно пожар страстей угас,
Мы стали с ним как бы сестра и брат,
Но точно не два бешено влюбленных.
Хенрик встает, пошатываясь, идет к двери. Становится рядом с Дельфиной, поворачивает ключ в замке. Выходит на улицу, обернувшись, смотрит на Дёзё, но не закрывает за собой дверь. Марианн наливает Альме вино.
МАРИАНН (перед тем как налить)
Не думай ни о чем и просто пей.
Как так случилось, что мы вчетвером
Ни разу не поужинали вместе?
АЛЬМА (Пьет.)
Ну… Очень сложно время подгадать,
Все четверо загружены по горло… (Пьет.)
Мне Кальман в октябре звонил, сказал,
К ним ночью демонстранта привезли,
Француза, тот горланил Марсельезу
На баррикаде, пьяный как сапожник;
Его, естественно, слегка помяли,
То есть помяли там, на баррикаде.
Так от него воняло перегаром,
Что Кальман в ходе наложенья швов
Едва не вывернул на стол желудок.
И что мне было думать? Пожалеть?
Сказать: «Бедняга»? Суть-то: недоумку
Сломали челюсть в мелкой заварушке.
Он просто выполнял свою работу.
Мы абсолютно разные. И точка.
МАРИАНН
Что вообще ты хочешь в этой жизни?
Он был отличным мужем, что случилось?
АЛЬМА
Я изменилась, в этом вся проблема… (Пьет.)
Ты правда ничего не понимаешь?
Подумай только, сколько я могу…
Входит Жужи с десертом. Роланд подходит ближе к Альме и Марианн, прислушивается.
ЖУЖИ (Марианн)
Чизкейк с малиновым вареньем.
МАРИАНН
Спасибо. Выглядит прекрасно.
Жужи уходит. Дельфина возвращается, садится за пустой столик.
МАРИАНН (Ест. Альме, мягко)
Тогда что делает тебя счастливой?
Меня десерт. И музыка. И дети.
Две звездочки, Патриция и Бланка.
АЛЬМА
Меня, наверно, только тишина. (Пауза.)
Мой гинеколог допустил бестактность,
Он мне сказал в процессе медосмотра:
«Поторопитесь, вам пора рожать,
Резервы организма иссякают.
Вам следует родить до тридцати».
Читал мораль не к месту строгим тоном.
Как славно, что закон не принуждает
Нас, женщин, обязательно рожать!
Как славно этот путь пройти свободной,
Как славно оставаться ненормальной.
Предел моих мечтаний.
МАРИАНН
Это сложно.
С Патрицией меня прокесарили.
Дней десять перенос: в роддоме стали
Мне делать КТГ, чтобы проверить,
Не будет ли у плода гипоксия…
Вторую я рожала раньше срока,
Ее сердцебиение слабело,
И действовать пришлось предельно быстро.
Мне сделали наркоз, и я проснулась
Зашитая на следующий день.
АЛЬМА
Вот видишь, сколько нервов и хлопот!
МАРИАНН (Звякает вилкой.)
Но родились Патриция и Бланка!
АЛЬМА
Твои сокровища.
МАРИАНН
Ты феминистка?
АЛЬМА (Разглаживает юбку.)
Ни в коем разе.
РОЛАНД (Вмешивается в разговор. Отрывисто)
Боже сохрани
От этих фурий с вечным недотрахом.
Они друг друга сами ненавидят.
Хотя обычно среди женщин правит
Гармония. Если не вы, то кто?
Ответьте мне вот на какой вопрос:
Как нет двух одинаковых яиц,
Двух одинаковых солдат спецслужбы,
Двух лампочек, так нет двух феминисток,
Которые бы солидарны были.
Но отчего, идея ведь одна?
Дёзё делает знак Роланду. Роланд уходит. Альма встает.
МАРИАНН (Смотрит на люстру.)
Нет одинаковых небесных тел. (Альме)
Не думай, что я планов не имею
На много лет вперед. Послушай, я
Оставлю Дёзё, я тебе клянусь,
Я, как и он, открою… где-нибудь
Шикарное, большое… что угодно. (Пьет.)
С меня довольно. Мразь. (Пьет.)
А где же Хенрик?
АЛЬМА
Он на террасе. Спутал зиму с летом.
МАРИАНН
Он храбрый. (Садится рядом с Кальманом.)
7
