Самоучитель жандарма. Секреты полицейского ремесла Российской Империи - Владлен Семенович Измозик

охранное отделение; еврей оказал сопротивление, вырываясь от нас; быстро собралась толпа. Еврей стал кричать, что его ни за что тащат сыщики в охранку; просил публику, в которой было 2–3 студента, помочь ему отбиться, но в это время он уже был втискан нами в сани нашего извозчика. Толпа обступила нас, требуя дать ей объяснение, по какому поводу задерживаем "ученика". Тогда я обратился к публике со словами: «Господа, оставьте нас ради Бога в покое, разве вы не видите, что он помешанный и бредит сыщиками? Ведь он — сын нашего хозяина, и мы его ищем 4 дня. Мать и отец в отчаянии". Из публики послышались разного рода комментарии, извозчик же наш, улучив минуту, погнал, и мы благополучно доставили его в отделение».

Начальник Рижского охранного отделения Н.И. Балабин сообщал: «8 января 1906 года были получены сведения о том, что несколько членов рижской боевой организации собираются ограбить транспортную контору "Надежда". Двум филёрам приказано было вести наблюдение и своевременно дать знать воинской части, находившейся в засаде в ближайшем доме. В шестом часу вечера, 9 января, к дому, в котором расположена контора "Надежда", явились восемь молодых людей и стали ходить взад и вперёд. Местные условия были чрезвычайно невыгодны для наблюдения, и филёрам только и оставалось гулять вместе с боевиками. Последние скоро обратили внимание на филёров и стали за ними наблюдать, затем окружили филёров с разных сторон, так что им уже не было возможности уйти. В это время проходила по тротуару какая-то девица. Филёры сделали вид, что именно её они и ожидали. Как только она подошла к дверям конторы, филёры остановили её и стали дружески с нею беседовать. Этот манёвр был так удачно исполнен, что боевики сразу успокоились и перестали обращать внимание на филёров, а затем в 8 час. 30 мин. вечера один за другим вошли в контору. Вслед за ними туда вошла, по условному знаку филёров, воинская часть, и 4 боевика были задержаны, прежде чем они успели проникнуть в контору. У них были отобраны топор, пистолет и свеча. Остальные четыре успели убежать и, преследуемые филёрами и солдатами, вскочили во двор синагоги, где трое было задержано, а четвёртый, пытавшийся бежать, застрелен».

Начальник Ярославского охранного отделения А.А. Гинсбург писал о случае, «когда филёрами была проявлена особая сообразительность и обдуманная осторожность»: «В конце мая 1907 г. мною были получены агентурные сведения о нахождении в селе Балабанове, в 13 вёрстах от Рыбинска, тайной типографии рыбинской организации РСДРП, типография должна была помещаться в особом подполье в церковном доме, занимаемом дьяконом Восторговым. Для разработки этих сведений, а частью и для проверки их мною командированы были два филёра отделения, которые, почти не показываясь днём на улицах села и объяснив любопытным о цели своего прибытия в село Балабаново закупкой хлеба для хозяина-подрядчика, в течение почти двухнедельного срока, по ночам из-за изгороди огородов наблюдали за домом дьякона Восторгова. Несколько раз наблюдению удалось заметить приезд на лодках к селу молодых людей со свёртками, а также подозрительный свет в светёлке дома, который появлялся в неурочное ночное время, и, наконец, ими было обращено также внимание на промелькнувший раза два огонёк в нижних отдушинах дома. Все эти мелочные данные в связи с указаниями агентуры и дали мне возможность ликвидировать в ночь на 6 июня типографию названной выше организации».

Начальник Варшавского отделения Варшавского жандармского управления железных дорог В.В. Тржецяк привёл такой эпизод: «В 1905 году, летом получены были от местной заграничной агентуры указания на то, что какая-то слушательница С.-Петербургских женских курсов выехала в Москву с целью организовать убийство б. московского градоначальника барона [Г.П.] Медема, и других начальствующих лиц, причём имелось лишь указание на то, что личность эта будет жить в Петровском парке. Собранными справками установлено было несколько курсисток, проживающих в Петровском парке, причём учреждённое за ними наблюдение вполне точно указало, что личности эти не имеют никакого отношения к местным революционным организациям. По прошествии шести недель от Департамента полиции получены были указания на то, что полученные сведения могут относиться к известной революционерке [З.В.] Коноплянниковой. В числе наблюдаемых лиц, действительно, оказалось лицо, соответствующее приметам Коноплянниковой, и имевшее кличку наблюдения "Семейная". Дальнейшее наблюдение за Семейной не дало положительных результатов и дало лишь установить, что Семейная умышленно конспирирует своё пребывание в Москве и проживает по чужому паспорту. Вскоре наблюдаемая из Петровского парка переехала в Москву и в течение 2 недель переменила шесть квартир. В виду этого наблюдение за Семейной было усилено. Вскоре она выехала в г. Саратов. Выехавшими агентами было, между прочим, установлено, что по приезде в Саратов она поселилась у студента Морозова, у которого безвыходно пробыла двое суток. На третий день одним из агентов наблюдения замечен был рано утром, на рассвете, студент Морозов, выходящий из своей квартиры. По местным условиям и во избежание провала наблюдавший за ним агент не мог сопровождать Морозова и вынужден был находиться от него на весьма значительном расстоянии. Выйдя за город, Морозов отправился в близлежащий лес, и наблюдающий агент вскоре вполне отчётливо слышал вдали звук от какого-то взрыва. Эти результаты наружного наблюдения дали уже вполне точные указания на то, что Морозов производил опыты со взрывчатыми веществами, и что Семейная прибыла к нему за получением таковых. Вскоре Семейная, с корзиною в руках выехала из Саратова в Москву. В виду этого приступили к ликвидации всех результатов наблюдения и произведены были одновременно аресты и обыски по всей группе, причём в Саратове у студента Морозова в квартире обнаружена была полная мастерская взрывчатых снарядов. Так как по приезде в Москву Семейная, посетив некоторых серьёзно наблюдаемых лиц, выехала немедленно в Смоленск, то арест её был осуществлён в подъезде, причём при ней обнаружена была корзина, привезённая из Саратова, в которой находились в разобранном виде метательные снаряды. Одновременно с этим были арестованы в Москве и Саратове все лица, с коими имели сношения Семейная и Морозов».

5 июля 1907 года заведующий Особым отделом предложил в ближайшее время организовать специальные курсы подготовки филёров. Известно, что созданная по этому поводу особая комиссия по реорганизации наружного наблюдения под председательством руководителя Петербургского охранного отделения А.В. Герасимова рассматривала эти вопросы. Однако в ноябре 1909 года предложение о создании школы филёров было отклонено. Вместе с тем в целях дальнейшего совершенствования филёрской службы было выработано пять инструкций по наружному наблюдению. Работа филёров становилась всё сложнее и потому, что их подопечные также совершенствовали своё искусство уходить от наблюдения. Между агентами