Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

— Я удивлена, что после этого ты побежал ко мне, а не убежал куда подальше, — говорю я ему.

— Это ещё одно доказательство того, как сильно я тебя люблю, — он подхватывает меня на руки как невесту, заставляя визжать от восторга.

— Куда мы идём?

— В мою кровать, — говорит он. — Потом на диван. Потом в душ. У меня весьма авантюрное настроение: может быть, даже в кладовку заглянем. Кажется, у нас хороший послужной список с кладовками.

— Ооо, кладовка.

Когда мы оказываемся в его квартире, Джейми пинком захлопывает дверь, затем ведёт нас в свою спальню и закрывает и эту дверь, отчего мир становится мягким и тихим. Скользя вниз по его телу, я подхожу ближе, чтобы увидеть его, почувствовать и убедиться, что он реален. Он здесь. Он мой.

Он медленно снимает с меня куртку, отбрасывая её в сторону. Он встречает мои губы нежным поцелуем, который становится глубже, который обещает больше. Сегодня. Завтра. Навсегда.

— Би, — он утыкается носом в мою щёку, а затем целует. — Ты такая красивая.

— Ты тоже, — шепчу я. — Хотя я тебя почти не узнала. На твоей одежде появились складки.

— Мой телефон зазвонил, когда я был в душе, — ещё один медленный, глубокий поцелуй. — Потом я увидел, что это ты. Что привело к самой быстрой в мире смене гардероба.

— Мой драгоценный Козерог, — я поправляю его воротничок. — Ты всё ещё гладишь своё нижнее бельё, не так ли?

— Я никогда не гладил своё нижнее бельё, гремлинка ты этакая.

— А ты знал, — спрашиваю я, когда Джейми подводит нас к своей кровати, садится и сажает меня к себе на колени, — что Раки и Козероги — идеальная пара?

— Да, — говорит он, берёт меня за руку и целует ладонь, скользит кончиками пальцев под мою толстовку, поглаживая мой живот, талию. — Поскольку они противоположные знаки, их объединяет сильное взаимодополняющее влечение.

— Ух ты. Сначала складки. Теперь ты знаешь свой Зодиак. Кто ты такой вообще?

— Тот самый мужчина, который любил тебя, когда видел в последний раз, и чертовски рад, что обнимает тебя сейчас. Я действительно обнимаю тебя, — говорит он, целуя меня в шею и обхватывая мою грудь. Я втягиваю воздух и ёрзаю у него на коленях, где он такой твёрдый и упругий в штанах.

— Ты это правда делаешь, — тихо говорю я ему. — И я люблю тебя. Я упоминала об этом?

Его кривая усмешка наполняет моё сердце до краев, окрашивая мир в сочный, влюблённый лавандовый цвет.

— Упоминала, — моя толстовка слетает с моего тела, а я оказываюсь прижата спиной к кровати. — Но я весь день напролёт готов слушать, как ты говоришь это.

— Я люблю тебя, — я наблюдаю, как он снимает очки, рубашку; стягивает через затылок облегающую белую майку и отбрасывает её в сторону. Наблюдаю, как он снимает с меня ботинки, затем носки, стягивает леггинсы. Восхищаюсь, когда он снимает ботинки, брюки и трусы, когда он поднимается выше и прижимает наши тела друг к другу.

— Ещё раз, — грубо говорит он, и его горячее дыхание обдает мою шею, когда он целует меня, пробует на вкус, чистое тепло его кожи согревает мою, заставляя меня дрожать. — Скажи мне ещё раз.

— Я люблю тебя.

— Как сильно? — его руки приподнимают мои груди, большие пальцы дразнят соски. Его поцелуй более жёсткий, собственнический. Таким мужчиной он бывает только для меня, только со мной.

— Хмм, — я прикусываю губу, когда он прокладывает дорожку из поцелуев вниз по моему телу. — Я люблю тебя… в разумных пределах.

Он поднимает голову. Хмурится.

— В разумных пределах.

— Угу, — я дразню его, и он это знает. Он знает, как сильно я его люблю. Я сказала ему об этом. И теперь я показала ему. Я здесь, в его объятиях, и никогда больше не покину их.

Он прищуривает глаза, но его губы подёргиваются, словно он борется с улыбкой.

— Беатрис.

— Джеймс?

— Не дразни меня, — его рука скользит по моему бедру, затем опускается ниже.

— А не то что? — застенчиво шепчу я. — Я заработаю себе ещё один «любящий хлопочек»?

Низкий стон вырывается из его горла. Затем одним плавным движением он переворачивает меня на живот и приподнимает мои бёдра. Его ладонь быстро и сладко шлёпает меня по заднице, отчего я издаю предсмертный стон. Если можно умереть от удовольствия, то я только что это и сделала.

— Это тебе и было нужно, да? — говорит он, прокладывая дорожку из поцелуев вверх по моей спине, его рука гладит мою попку, согревая её.

Я лихорадочно киваю.

— Ещё.

— Посмотрим, — его голос хриплый, но его губы сладки, а прикосновения ещё слаще, вызывая у меня острый, восхитительный оргазм. Я всё ещё ошеломлена блаженством, когда слышу, как Джейми за моей спиной смазывает себя смазкой, прежде чем одним медленным движением бёдер войти в меня. Мы оба ахаем, когда я принимаю каждый его дюйм.

— Я люблю тебя, — шепчу я сквозь слёзы, сквозь радость, которая словно восход солнца в моей душе.

Меня снова разворачивают, его тело прижимается к моему, его руки обнимают меня.

— Би, — его голос хриплый, его руки находят мои и переплетаются у меня над головой. — Mon cœur.

Кровать скрипит. Когда он берёт меня, из меня вырывается воздух, и с каждым глубоким толчком по мне проносится наслаждение, горячее, дрожащее, острое и жаждущее между бёдер, ноющее в груди. Мы касаемся друг друга и пробуем на вкус, делим дыхание, мольбы и обещания.

Боль внутри меня сжимается всё сильнее, вознося меня на такую высоту, что я одновременно и в ужасе, и в восторге от осознания того, что скоро упаду.

Я обхватываю ногами его талию, чувствую, как сбивается его ритм, чувствую, как он набухает во мне.

— Кончи для меня, Би, — его зубы скользят по моему горлу, сопровождаемые долгим, горячим поцелуем. — Вот так, милая. Кончи для меня.

Когда я выгибаюсь над кроватью и разбиваюсь вдребезги, падаю в свободное плавание, парю, Джейми следует за мной.

* * *

— Ваш чай с хвойным чистящим средством, сэр, — я ставлю на прикроватный столик чашку Джейми в форме кота, а свою кофейную кружку — рядом с его.

Он улыбается мне, всё ещё без рубашки, волосы растрёпаны, блестят от пота, на щеках румянец. Портрет, который я напишу и назову «Удовлетворённый».

Мысли об этом напоминают мне...

— Куда ты идёшь? — спрашивает он. Его голос низкий, тихий и немного грубоватый, и я начинаю понимать, что его голос меняется, когда он хочет меня.

Я оглядываюсь через плечо из своего