Стальная Вера - Лина Шуринова
Наконец мы приезжаем на место.
Город Дмитровской по меркам человека, всю жизнь прожившего в современной столице, оказывается совсем крошечным. Хотя для жителей этого мира — вполне себе областной центр.
Трущобы, к слову, выглядят вполне нормально — не знаю, почему Степана они так беспокоили.
— Ща, барышня, мигом до лучшей гостиницы домчу, — обещает он, позабыв, видно, всё, о чём я говорила раньше.
— Здесь останови, — командую, углядев довольно приличный домик с надписью «Комнаты внаём». — Нам с братом те хоромы не по карману будут.
К счастью, кучер почти не спорит.
Коляска останавливается, мы сходим на булыжную мостовую. Наскоро прощаемся со Степаном и скоро остаёмся совсем одни. Кажется, дома с опекунами было не так уж плохо…
— Ну что, идём? — отпихиваю страх неизвестности куда подальше. Не стоит сейчас показывать ребёнку своей слабости, ему и так несладко.
Стоит нам подойти к дверям, как они распахиваются и оттуда вихрем выскакивает здоровенный мужик с какими-то коробками.
Успеваю оттолкнуть брата в сторону, а вот сама отскочить — нет.
— Глаза разуй, бестолочь, — внезапно раздаётся спокойный рокочущий голос. — Малышню передавишь.
Это кто малышня, я что ли?!
Мужик с коробками сердито огрызается и тут же сбегает, сверкая пятками. Оно и понятно: парень, который остановил его за мгновение до столкновения со мной, на полголовы выше и куда шире в плечах.
А вот моё внимание больше привлекают его глаза — тёмные, будто омуты. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что они совсем не чёрные. а просто серые, как мокрый асфальт.
Да, у меня отлично получается рассмотреть в них каждую крапинку. Потому что этот нахал подступает ко мне вплотную. Ещё и наклоняется слегка, угрожающе надо мной нависая и бесцеремонно разглядывая.
Сейчас я особенно остро ощущаю собственную маленькость.
И это меня жутко бесит!
— Простите, уважаемый, — Ярик, сам того не подозревая, не даёт мне вымолвить ни слова. Может, и к лучшему. Вряд ли такие речи подходят благовоспитанной барышне в этом мире.
Глядишь, и правда замуж не возьмут.
— Чем могу помочь? — незнакомец наконец перестаёт сверлить меня взглядом и разворачивается к брату, деликатно мнущемуся рядышком.
И брат не подводит.
— Вы случайно не цесаревич? — интересуется деловито. — Нам очень любопытно уточнить.
Физиономия парня изумлённо вытягивается. Он бросает быстрые взгляды по сторонам, но, похоже, ничего подозрительного не находит.
— А что, неужто похож? — расплывается в фальшивой улыбке. — Впервые слышу.
Ярослав пожимает плечами:
— Не знаю. Но для сестры должен спросить. Я ведь теперь глава семьи.
Брат выглядит настолько серьёзным, что меня пробивает на хи-хи. А что, неплохой бы муж получился! По крайней мере, внешне. У братишки, я смотрю, глаз-алмаз…
Опомнись, старушка, мальчик тебе во внуки годится.
Да и женат, наверное, — уж больно сердитым выглядит. Будто оскорбили его в лучших чувствах, надо же.
Ну и ладно. Нам чужого малолетку в любом случае не надо. Тут своего бы на ноги умудриться поставить…
— Надо же, — в тёмных глазах парня искрится злая насмешка, губы презрительно кривятся.. — А ты затейница. Детей ко мне подсылать ещё никто не додумывался.
Не поняла.
Он что, посчитал, мы это нарочно устроили? Ах ты ж, морда наглая!
— А ты не слишком много о себе воображаешь, мальчик? — зло прищуриваюсь. — Спасибо, конечно, за помощь. Но, к твоему сведению, младенцами я не интересуюсь.
— Мальчик? — теперь пыхтит незнакомец. Того и гляди, пар из ушей пойдёт. — Ты это про меня сказала, пигалица?
— А что, после твоих слов нужно было в ножки поклониться? — тоже продолжаю закипать я. — Или шнурки погладить?
— Да ты же чокнутая, — приходит к неожиданному выводу парень. — То-то всякий бред несёшь. Может, тебе в лечебницу, а?
— Может, тебе туда? — отвечаю в том же тоне. — Или в вашем средневековье понятия «сарказм» не изобрели ещё?
— Я ж говорю — сумасшедш…
— ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, ГОСПОДИН! — Ярик, который всё время нашей перепалки кружил рядом, встаёт между мной и незнакомцем. — Ещё одно слово, и я буду вынужден вызвать вас на магическую дуэль.
Он что, серьёзно?
Ух, кажется, да.
Память подсказывает, что в этом мире глава семьи вправе призвать к ответу человека, оскорбившего любого из её членов.
И я без понятия, как можно это остановить.
Ведь Ярик совсем ещё ребёнок, хоть формально действительно старший в роду. Даже не знаю, что для него будет хуже: если этот громила воспримет угрозу брата всерьёз или если просто посмеётся. Наверное, лучше всё же второе. Безопаснее.
Но незнакомец глубоко вздыхает и тут же успокаивается, будто не он тут меня в домогательствах обвинял.
— Прошу прощения, — без особого раскаяния произносит он. — Моя шутка зашла слишком далеко.
Ярослав солидно кивает, но на этом не останавливается:
— Впредь так же прошу воздержаться от подобных высказываний в нашем присутствии.
Интересно, где десятилетний ребёнок нахватался таких фразочек? Книги, уроки этикета, — услужливо подсказывает память. Ведь до смерти родителей его воспитывали как будущего преемника, а это вам не подготовка к ЕГЭ всё-таки.
— Разумеется, — покладисто соглашается незнакомец. — И в мыслях не было.
Брат бросает короткий взгляд в мою сторону — смотри, мол, как круто я тут всё разрулил! Подавляю желание показать ему большой палец: в памяти Веры такого жеста нет, а мне сейчас лишние вопросы ни к чему.
— В таком случае вынуждены откланяться, — Ярослав чуть склоняет голову.
Получив ответный поклон, подходит ко мне. Берёт за руку, и, глядя прямо перед собой, ведёт ко входу в гостиницу. Или это место лучше назвать постоялым двором?
Но я не в курсе, а Вера, за всю жизнь выбиравшаяся из отцовского поместья лишь несколько раз, мне тут не помощница.
Она уже на этапе трущоб коньки отбросила бы.
Пока идём к двери, спиной ощущаю внимательный взгляд. Перед тем, как войти, на мгновение оглядываюсь.
Незнакомец продолжает пялиться в нашу сторону. В его тёмных глазах мне чудится что-то недоброе. Брр. Надеюсь, мы больше с ним не увидимся.
Заведение с незатейливым названием «Комнаты внаём» оказывается чем-то вроде хостела. Усталая администратор записывает наши с братом псевдонимы в толстый журнал, после оплаты вручает ключи и провожает до нужной двери.
Комната небольшая, но есть всё необходимое. Самое то, чтобы переночевать. А вот жить получится
