Меня проиграли миллиардеру - Мэри Ройс
Все слишком сложно. Мне действительно нужна передышка, прежде чем я осмелюсь взять на себя какую-либо ответственность. Надо остыть и принять эту информацию с другой стороны. Найти плюсы и оправдать Ромину ложь. Она ведь была во благо? Вот только чье? Явно не мое…
Ведь с его стороны было совсем нечестно скрыть от меня такое. Потому что только из-за того, что я узнала все подобным образом, теперь нахожусь в полном смятении. А напоминая собой комок оголенных нервов так и продолжаю накручивать себя. И к сожалению, ничего не могу с этим поделать.
Беспрерывный поток сообщений от Ромы только все ухудшает. Он не имеет права давить на меня сейчас. И я не позволяю ему это сделать, игнорируя громкие оповещения, которые вскоре сменяет входящий звонок.
Рая. Подготовка к выставке… о, Боже! Я не готова сейчас говорить с ней, не готова столкнуться с жизнерадостным, полным надежды голосом, потому что внутри меня все сжимается от темной неизвестности.
И все-таки я отвечаю на звонок.
— Тами! — восклицает Ромина сестра. — Надеюсь, Гаспаров не запретил тебе отвечать на мои звонки? Почему так долго? И вообще, где ты? Через час мы едем в студию, ты ведь не забыла?
Слушаю беспрерывное ворчание Раи и даже невольно улыбаюсь.
— Привет, Рая, — на фоне ее звонкого голоса мой напоминает гулкое эхо. — Конечно же я не забыла.
— О, — разочарованный стон. — Что с твоим голосом? Только не говори, что вы поругались?
Прикрываю глаза и качаю головой, зная, что врушка из меня так себе.
— Я… — тру пальцами лоб, — все нормально. — Улыбаюсь, будто это придаст мне сил.
— Ага, нормально, патологоанатомы веселее разговаривают. Выкладывай!
— Нечего выкладывать, Рай.
Хочу сказать что-то еще, но язык будто прирастает к небу и я молчу, слушая недовольное цоканье на другом конце провода.
— Так, в таком настроение Паша сразу отстранит тебя от работы, но так и быть, я буду доброй феей, которая прилепит улыбку на твое красивое личико. Давай говори, где ты и я сейчас приеду, у нас еще есть часик на кофе.
42
— Так, предупреждаю, у меня в сумочке лежат плоскогубцы, не заставляй меня применять их, чтобы вытащить из тебя сло…
— Каролина беременна.
— …ва, — заканчивает она, потеряв дар речи.
Обреченно обхватываю горящие разочарованием щеки.
— Беременна от Ромы, представляешь? — выдыхаю вслух то, что саднит в груди с того самого момента, как увидела фотографии. — Несколько месяцев назад они переспали, а он и слова мне не сказал… Я… Я думала, между ними давно ничего нет, — замечаю странную реакцию сестры Ромы и тут же выпаливаю: — Ты знала? — сдавливаю виски ладонями и качаю головой. — Боже, я такая дура…
— Нет! Нет! Ты что! Я ничего не знала! — протестует Рая, и я успокаиваю поднявшуюся в груди бурю, после чего с минуту мы просто гипнотизируем друг друга молчаливыми взглядами. — Вот же козел! — первая сдается она и откидывается на спинку стула. — И как он рассказал тебе об этом?
— Не он.
Она бросает на меня напряженный взгляд.
— Так погоди, — поерзав на стуле, Рая выпрямляется, — то есть еще не точно? Так может…
— Точнее некуда, — выдыхаю и сжимаю голову ладонями, собирая волосы на макушке. — Все сложно…
— Ну ты уж постарайся объяснить, — фыркает она и в ожидании складывает на груди руки.
А я позволяю себе мгновение тишины, чтобы собраться с мыслями и рассказать Рае лишь то, что я сама готова открыть.
— Видимо все это время мой отец следил за Ромой и приехал сегодня, чтобы показать мне фото. На них Рома с Каролиной в аэропорту, их поцелуи, объятия, в общем все, что мне было неприятно видеть. — Лишаю себя удовольствия, не вдаваясь в подробности. — А еще там было фото, где они заходят в женскую клинику, и Рома подтвердил, для чего они туда пошли. Вот как-то так.
— И что он сказал?
Медленно втягиваю нижнюю губу и скольжу по ней зубами.
— Сказал, что все не так, как выглядит, что не знал о ее беременности, — усмехаюсь, — банально, правда?
— Угу, — бормочет Рая, уставившись в чашку кофе, я же к своему так и не притронулась. И без того трясет всю. — Я-то думала, вы поругались из-за того, что я тебя в клуб затащила.
— Ну прямо-таки затащила, — возражаю я. — Ты предложила, я поддержала. А то, что Рома разозлился, так это из-за меня. Ко мне подсел, как оказалось, его какой-то давний знакомый и я с ним… ну, скажем так, пофлиртовала. Естественно, Рома увидел это раньше, чем я успела вытащить из губ незнакомца дольку лайма.
Рая в изумлении таращится на меня, а я жестом показываю, что не хочу говорить на эту тему и растекаюсь по стулу от усталости. Все у меня как-то не ладится.
— Рай, я не знаю, что делать. Мне нужна работа, а может даже две, чтобы снять квартиру, хочу пожить отдельно от Ромы.
Она вздыхает, но молчит. Думает. А потом выдает:
— С работой что-нибудь придумаем, а пока можешь пожить у меня. Я все равно к Пашке перебираюсь.
Внутри что-то щелкает, и в груди вмиг разливается тепло. Прижимаю ладонь к колотящемуся сердцу, чтобы хоть немного успокоить его и заставить поверить в то, что в этом мире не все потеряно и есть добрые люди, готовые помогать совершенно безвозмездно. Но как же непросто принимать то, чего я была лишена большую часть своей жизни. Я даже не понимаю, как реагировать.
— Я… я даже не знаю, что сказать. Это… — облизываю пересохшие от стресса губы и быстро провожу ладонями по волосам, — это то что мне нужно. Спасибо, Рая, — а потом быстро добавляю: — У меня есть пара колец и сережек, завтра сдам их в ломбард и заплачу тебе за квартиру. Думаю, вырученных денег хватит на первое время, пока я не найду работу.
Сестра Ромы протягивает руки через стол и накрывает ими мои ладони, слегка сжимая их:
— Успокойся, ничего не нужно, живи сколько потребуется. Мы как-никак потенциальные родственники.
И я бы хотела закончить все на приятной мне последней фразе, но нет.
— Даже не
