Я выбираю развод - Аврора Сазонова
Усмехаюсь. Холодно, без радости. Уголки губ приподнимаются, но улыбка не достигает глаз.
— Смотри, Кать, — начинаю спокойно, почти равнодушно. — Мне нужна была эта работа для конкретной цели. Заработать на подарок мужу.
Делаю паузу. Смотрю, как подруга сглатывает. Как напрягается, предчувствуя продолжение.
— Но теперь цель отпала, — продолжаю тем же ровным тоном. — Смысла продолжать нет. Поэтому решила уйти. Красиво. С десертом и шампанским.
Произношу последнюю фразу медленно, смакуя каждое слово. Смотрю на реакцию Кати. Подруга замирает. Глаза расширяются. Рот приоткрывается.
— Юль, погоди, — начинает торопливо. — Ты серьезно? Хочешь устроить сцену прямо там, в кабинке?
Качаю головой отрицательно. Медленно, из стороны в сторону.
— Не сцену, — поправляю спокойно. — Просто уйду. Тихо. Достойно. Но прежде чем уйти, хочу посмотреть им в глаза. Подать десерт и шампанское. Улыбнуться. Попрощаться.
Катя смотрит долго. Изучающе. Проверяет, насколько контролирую эмоции. Насколько трезво мыслю. Убеждается, что истерика действительно закончилась. Что действую холодной головой, а не под влиянием аффекта.
Видимо, убеждается. Потому что выдыхает тяжело. Прислоняется к стойке спиной. Скрещивает руки на груди. Смотрит почти с любопытством. С толикой интриги.
— И что дальше? — уточняет осторожно.
— Просто подам заказ. Профессионально. Вежливо. Улыбнусь. Попрощаюсь. Выйду. Сниму форму. Уйду домой.
— И все? — Катя смотрит недоверчиво.
— И все, — подтверждаю спокойно.
Подруга молчит. Переваривает информацию. Оценивает план. Ищет подвох, слабое звено.
— А с работой как? — спрашивает наконец.
— Просто больше не приду.
Катя выдыхает снова. Долго. Протяжно. Смотрит с сожалением.
— Жалко, — произносит тихо. — Хорошая официантка из тебя получилась. Клиенты хвалили. Заказы быстро запоминала. Не путалась.
Пожимаю плечами. Не важно уже. Работа больше не нужна. Цель исчезла.
Катя хмыкает. Качает головой с усмешкой.
— Ладно. Твое право. Делай что считаешь нужным.
Благодарность наполняет грудь теплом. Катя не пытается отговорить. Не читает нотации. Не говорит, что поступаю глупо, импульсивно. Просто принимает решение. Поддерживает.
— Спасибо, — произношу тихо, но искренне.
Подруга машет рукой отмахиваясь.
— Ерунда. Только постарайся без скандала, ладно? Не хочу, чтобы администратор потом меня допрашивал, почему моя подопечная устроила цирк в VIP-зоне.
Киваю серьезно.
— Обещаю. Никакого цирка. Все тихо и культурно.
— Хорошо, — Катя выпрямляется, отрывается от стойки. — Тогда жди десерт. Шеф почти закончил.
Вокруг суета, шум и гам, но я стою, словно застывшая статуя. Мысленно отсчитываю время, слежу за равномерностью дыхания. Просто жду.
Наконец Катя возвращается с десертной тарелкой. Тирамису выглядит идеально. Слои бисквита и крема чередуются ровно, сверху посыпано какао.
— Готово, — объявляет подруга. — Можешь нести.
Смотрю на блюдо долго. Красивое, аппетитное. Приготовленное с любовью и мастерством. Для пары, которая строит планы на будущее. Для мужа и любовницы.
Беру ведерко со льдом, укладываю шампанское.
Катя смотрит внимательно. Беспокойно.
— Точно справишься? — уточняет тихо. — Могу помочь донести.
— Справлюсь, — отвечаю коротко.
Подруга кивает. Не настаивает. Понимает, что нужно сделать самой. Без свидетелей. Без поддержки.
Разворачиваюсь к выходу. Иду к двери медленным уверенным шагом.
— Юль? — кричит подруга вслед.
Я замираю и медленно оборачиваюсь.
Подруга смотрит секунду. Потом усмехается. Криво, с горечью.
— Я так понимаю, чаевых мы не получим? — произносит снисходительно, с оттенком черного юмора.
Смотрю прямо в глаза. Медленно отрицательно мотаю головой из стороны в сторону.
— Нет, — подтверждаю коротко. — Не получим.
Глава 5
Выхожу из кухни. Дверь закрывается за спиной с тихим хлопком. Оказываюсь в основном зале ресторана.
Столики заполнены наполовину. Ранний вечер, основной наплыв посетителей начнется позже. Официанты снуют между столами, разносят заказы. Что-то классическое, ненавязчивое играет из колонок.
Иду через зал к VIP-зоне. Каблуки стучат по паркету мерно, ритмично. Поднос в руках тяжелый, но держу ровно. Спина прямая. Подбородок поднят. Лицо спокойное, профессиональное.
Подхожу к тяжелой бордовой портьере, отделяющей приватные кабинки. Останавливаюсь. Вдыхаю глубоко. Выдыхаю медленно.
Протягиваю свободную руку к тяжелой бордовой портьере. Ткань скользит под пальцами прохладная, бархатистая. Останавливаюсь в шаге от входа. Рука замирает на складках материи.
Сердце колотится где-то в горле. Частое, неровное, сбивающееся с ритма. Дыхание поверхностное, едва наполняет легкие. Воздух застревает на полпути, не проходит дальше.
Справлюсь.
Слово звучит в голове четко, властно. Убеждаю саму себя.
Справлюсь. Зайду туда. Посмотрю в глаза. Улыбнусь. Поставлю десерт. Пожелаю приятного аппетита. Развернусь. Уйду. Достойно. Спокойно. Без истерик, слез, скандалов.
Пальцы сжимают край портьеры сильнее. Ткань мнется под ладонью, оставляет влажный след от вспотевшей руки.
Может, скажу что-то. Коротко. Нейтрально.
Саша начнет оправдываться, объяснять, придумывать версии.
А я что отвечу?
Киваю сама себе мысленно.
Отвечу спокойно:
“Конечно. Понимаю”.
Улыбнусь. Кивну. Уйду.
Стоп.
Качаю головой резко, отрицательно.
Хватит.
Хватит убеждать себя, что все может оказаться недоразумением. Что услышала не то. Неправильно поняла. Что Саша объяснит, и все встанет на свои места.
Не клиническая идиотка.
Слышала отчетливо. Поняла правильно. Саша изменяет. Планирует развод. Обещает будущее любовнице. Содержит ее. Встречается четыре месяца. Называет солнышком. Целует. Заказывает шампанское.
Факты.
Реальность.
Правда, от которой никуда не деться.
Выдыхаю медленно. Разжимаю пальцы на портьере. Выпрямляю спину до предела. Поднимаю подбородок. Растягиваю губы в профессиональной, вежливой, безликой улыбке.
Отодвигаю штору решительным движением. Захожу за плотную завесу.
Пространство заливает мягкий золотистый свет настенных бра. Кабинка небольшая, уютная, отделанная темным деревом. Стол накрыт белоснежной скатертью, посередине стоит композиция из свежих алых роз, с каплями воды на лепестках. Кожаный диван г-образной формы обтянут мягкой, дорогой бордовой кожей. Воздух пропитан сладковатым ароматом женских, цветочных, навязчивых духов.
Саша сидит вполоборота ко входу. Широкие плечи в сером костюме расслаблены. Рука лежит на спинке дивана за спиной девушки. Голова наклонена к собеседнице, говорит что-то тихо, интимно. Не слышу слов, но вижу расслабленную, довольную улыбку.
Девушка сидит рядом, почти вплотную. Молодая, как и представляла. Длинные темные волосы распущены волнами по плечам, блестят в свете ламп. Облегающее, черное, с глубоким вырезом платье. Тонкие руки с безупречным маникюром. Смеется звонко, запрокидывает голову, обнажая длинную шею без единой морщинки.
Двадцать пять лет выглядят именно так. Свежо. Молодо. Беззаботно.
Хотя, справедливости ради, если бы не живот и маленький ребенок, то и я выгляжу еще вполне ничего. Нужно будет поработать над своей самооценкой. А то рассуждаю словно пятидесятилетняя. Так нельзя.
Останавливаюсь в двух шагах от стола. Выпрямляю спину еще больше. Поднимаю подбородок выше. Улыбка не сползает с лица ни на миллиметр. Профессиональная маска держится железной волей.
Пальцы сжимают поднос до побеления костяшек. Холод металла проникает сквозь кожу, остужает ладони. Дышу ровно, размеренно. Вдох на четыре счета. Выдох на четыре. Техника дыхания работает. Пульс замедляется. Дрожь в пальцах стихает.
Делаю шаг вперед. Каблук стучит
