Стальная Вера - Лина Шуринова
Мало того, что расспрашивать ушлого Радима было бы куда эффективнее вместе с наследником. Так ещё и этот непонятно откуда взявшийся интерес раздражает.
«Грязная кровь» — один из самых приличных прозвищ, которыми награждал Влада младший кузен раньше. А теперь с нетерпением ждёт на чаепитие?
Очень смешно.
Скорее уж отравить решил по какой-то причине.
Заметно приунывший Вторак провожает Влада в один из запасных кабинетов. Свой, что характерно, ректор уступить не пожелал. Наследнику — пожалуйста, но не младшему сыну.
— А вот и ты, кузен, — встречает Влада радостный возглас. — Наконец-то я могу поговорить с тобой с глазу на глаз!
В глазах Влада с последней встречи Радим почти не изменился. Хоть и случилась она года три назад.
Внешне младший сын удивительным образом напоминает старшего. Наверное, потому, что оба они пошли в отца, а не в матерей. Вот только из-за этого сходства парень кажется копией — более тёмной и некачественной.
Он и в целом слабее, насколько Влад может судить из гуляющих по стране слухов. Хуже развиты магические силы, плоше успехи в науках.
Вечное второе место.
И можно было бы ему даже посочувствовать. Но не получается.
— И тебе здравствуй, родич, — Влад проходит вглубь кабинета и усаживается напротив ухмыляющегося Радима. — Слушаю тебя внимательно.
— И даже чаю не попьём? — насмешливо вскидывает брови мальчишка. — Впрочем, как знаешь. Такая прямота мне даже нравится.
— Ближе к делу, — рыкает Влад.
Великий князь злобно прищуривается, будто сдерживает рвущиеся с языка слова. Но потом всё же берёт себя в руки
— Я предлагаю тебе, — произносит веско, с расстановкой, делая акцент на каждом слове, — присоединиться к моей фракции.
— Отказываюсь, — коротко мотает головой Влад.
Радим нахмуривается, но всего лишь на мгновение.
— Ты не услышал условия, — улыбается, как ни в чём не бывало.
Влад же встаёт со своего места.
— Они мне не интересны. Я не собираюсь принимать чью-то сторону. Всего хорошего.
И направляется в сторону выхода.
Наверное, стоило попробовать расспросить Радима о целях визита в академию, но это устремление вылетело у Влада из головы, стоило ему услышать набившее оскомину предложение.
— Я подарю тебе голову императора.
Влад замирает на пороге.
Медленно разворачивается и идёт обратно.
В конце концов о его происхождении и взаимоотношениях с императором не знает только ленивый. Легко предположить, какие чувства Влад испытывает по отношению к человеку, который много лет не даёт ему покоя.
Поэтому логично, что голова императора — та наживка, на которую Влад непременно клюнет.
Он подходит к столу, за которым разместился императорский сынок. Некоторое время смотрит сверху вниз, нависая над ним. Он давно делает это неосознанно — просто пользуется преимуществами, которые даёт высокий рост.
Великому князю явно неуютно, но он изо всех сил старается держаться так, будто в поведении кузена нет ничего особенного.
— Когда чего-то очень хочешь, — наконец начинает Влад, — есть два пути.
— К чему ты… — хмурится Радим.
— Первый — быстрый, — продолжает Влад, не обращая внимания на слова великого князя. — Можно обменять на собственную шкуру. А можно, — он наклоняется над столом, глядя Радиму прямо в забегавшие глазки, — забрать в честном бою. Я предпочитаю второй вариант.
— То есть, отказываешься? — вскидывается Радим. — Да в таком случае ты просто идиот!
Влад усмехается:
— Как скажешь. Считай меня кем угодно, мне плевать. И не смей больше ввязывать меня в свои игрища. Кишка у тебя тонка, малолетний кузен.
Радим шумно втягивает воздух носом.
— Ты пожалеешь, — в его голосе слышится нешуточная угроза.
— Уже, — кивает Влад. — Очень жалею, что вообще сюда явился. Теперь мне точно пора.
— Тогда на праздник хотя бы приходи, — бросает в спину Радим. — Завтра ведь день Перуна.
Теперь хотя бы ясно, почему с императорским сыном столько сопровождающих. Странно только, что он решил устроить празднование именно здесь.
Хотя для этого сумасброда даже насолить старшему брату будет веской причиной.
Впрочем, провести время на празднике вместо занудных лекций приходится Владу по душе. Хоть какая-то польза от козней этого сопляка.
Музыка, угощение, девушки в нарядных платьях… Давненько в жизни Влада не было ничего подобного.
Вот только сначала он заглянет к цесаревичу.
Кажется, пришло время всё-таки выбрать сторону.
Визуализация (праздник + бонус)
А вот и Перунов день! Праздник, который жители местной Российской империи проводят по-разному, но всегда с размахом. И этот раз точно не станет исключением!
Герои по случаю принарядились — Сам-то, оказывается, ещё не то умеет! Вера, например, в полном восторге от нового платья. Она, конечно, девушка боевая, но любить наряжаться ей это абсолютно не мешает. Правда, подходящих случаев недобрый автор предоставляет маловато
Влад так наряжался, что даже постригся и причесался (почти). Бриться только не стал. Кажется, не очень-то он любит это дело. А ещё взгляд тут у него совершенно шальной)) Интересно, на кого же он так смотрит?
А это причёсаный и умытый Ярослав. Костюмчик ему явно великоват, но мальчик не против. Сегодня он чувствует себя по-настоящему взрослым, потому что сопровождает любимую сестрицу.
И бонус! Портреты к 26 главе слишком удачно получились, чтобы хранить их в секретной папочке. Особенно Радим. Нейросетка почему-то жутко любит этого малолетнего мутного типа. А вот Владу так и норовит сделать волосы подлиннее. Будем считать, что они у него очень быстро растут
Душевно благодарю за прочтения, комментарии, библиотеки, подписки и звёздочки! ❤️
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить выход новых книжек)
Глава 27. Перунов день
Обидно, между прочим! «Тебя это не касается», как же! Вляпалась уже по самую макушку, теперь только выплывай. Перун ещё этот откуда-то нарисовался, будто без него слишком легко и просто было.
Одна радость: Ярославу пока о моём попаданстве никто ничего не скажет. Страшно представить, как он к этому отнесётся.
«Знаешь, Ярик, твоя сестрёнка где-то сгинула. А её место заняла какая-то левая тётка…»
Ух, даже для меня звучит стрёмно!
Что уж говорить о бедном ребёнке, который и так недавно лишился родителей. Травма на всю жизнь образоваться может…
Заигралась ты, Вера. Обрадовалась. Заняла чужое место, играешь в семью, о которой давно мечтала. А о том, что почувствуют
