Я тебя найду - Татьяна Огнева

— Не бойся, — добавила она, делая шаг вперёд. — Здесь с тобой ничего не случится. Если я так захочу.

Я сглотнула. Колени дрожали, но я заставила себя выпрямиться. Я до последнего хранила надежду на то, что она не посмеет причинить мне вред.

— Где я? — спросила я хрипло.

Она чуть склонила голову, разглядывая меня, как редкий, но неприятный экземпляр.

— Тебе тут понравится. На рассвете, когда звучит утренняя молитва, тут особенно хорошо её слышно.

— Ты не сможешь держать меня тут долго, — перешла я на более дерзкий тон, — Фарид будет искать. И он найдёт. Уж поверь мне. Раз нашёл, и второй — найдёт.

Я говорила уверенно, хотя внутри содрогалась. Она не допустит, чтобы он узнал, кто стоит за этим. А значит, дело пахнет керосином.

— Ух ты, какая дерзкая. Мальчики, — машет она головой, и в одну секунду я опускаюсь на колени. Камни больно давят, и моя уверенность тает на глазах. Страх сковывает тело.

— Мирьям видела, что меня похитили. Она сразу же сообщит Фариду.

— Какая Мирьям? Ах, твоя верная служанка? Не переживай, она никому уже ничего не сообщит.

— Что вы имеете в виду? — в груди больно кольнуло. Перед глазами милая и наивная улыбка, ещё совсем девочки. И звук её тихого писка, перед тем как мне на голову набросили мешок.

— Я не оставляю следов. Никогда, — она говорит это с каменным лицом. Ноль эмоций. Ноль сочувствия. Полное безразличие.

— Что с ней? — кричу я в полной истерике. — Вы не могли её убить!

— Конечно, я не могла. Я была тут, ждала тебя. А вот мои люди... Абдула, она долго мучилась?

— Нет, Айсун-ханым. Её глаза потухли мгновенно...

Они бредят. Они специально так говорят, чтобы запугать меня. Но у них не выйдет. Я не верю. А если не верю, мне не страшно.

— Что тебе надо от меня?

— Да ничего необычного. Просто чтобы ты исчезла и перестала мешать моей дочери. Чтобы это чёрное пятно, которое легло на нашу семью, наконец-то исчезло.

— Так не выйдет. Вы не сможете.

Резкий смех взорвал тишину вокруг. Даже птицы сорвались с деревьев. Так зловеще он выглядел и жутко.

— Я могу всё. Правда, я хотела подождать конца праздника. Чтобы всё прошло спокойно. Лейла так старается. Ну ничего, она как-нибудь переживёт отмену праздника, когда узнает, что её соперницы больше нет.

Она поднимается на ноги и идёт в мою сторону. Я бы вскочила, если бы надо мной не стояло двое её верных шакалов.

— Я бы подождала, если бы не узнала, что ты беременна. Рождение твоего ребёнка в мои планы не входило. Потому что это ломает всё, — заканчивает она ровно, почти буднично.

Я вскидываю голову. Сердце бьётся где‑то в горле, так громко, что кажется, его слышат все вокруг.

— Вы не посмеете… — голос дрожит, но я упрямо держу взгляд. — Это ребёнок Фарида. Его сын.

Айсун останавливается в шаге от меня. Медленно присаживается, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Слишком близко. Я чувствую её холодный запах — не духов, нет.

Контроля. Власти. Стали.

— Ты слишком наивна, Майя, — произносит она тихо. — Думаешь, имя отца — это защита? В нашем мире это щаче приговор.

У меня перехватывает дыхание.

— Фарид… он вас не простит, — шепчу я. — Он уничтожит всё. И вас, и Лейлу.

Она усмехается уголком губ. Как человек, который слышит детскую угрозу.

— Ты плохо знаешь наших мужчин, — отвечает она спокойно. — Особенно таких, как Фарид. Они злятся, да. Рвут и мечут. Но потом… выбирают. Всегда выбирают то, что выгодно. То, что правильно. То, что не разрушит фамилию.

Она выпрямляется.

— А ты — угроза. Слишком красивая. Слишком живая. Слишком любимая.

Последнее слово режет больнее всего.

— Вы боитесь, — вдруг вырывается у меня. — Вы боитесь, что он выберет меня. Откажется от Лейлы, несмотря ни на что.

Айсун замирает. Всего на секунду. Но я успеваю это заметить.

— Я не боюсь, — отрезает она. — Я предотвращаю.

Она делает знак рукой. Мужчины ослабляют хватку, но не отходят.

— Ты проведёшь здесь немного времени, — продолжает она, будто говорит о погоде. — Запоминай место, которое станет твоим кладбищем.

— Что? Нет! Нет! Нет! Вы не посмеете, — кричу я, в надежде, что она одумается. Хотя я уже в это не верю.

— Парни, закопать её живьём. Хочу, чтобы когда она пришла в себя, то поняла, что закопана под землёй и сдохла с этой мыслью.

Я хочу что‑то возразить. Закричать. Вскочить на ноги, в конце концов. Но вместо этого, я получаю глухой удар в область виска и отключаюсь.

Глава 42. Фарид

Совещание шло уже больше часа.

Я лично всех вызвал, чтобы обсудить новый объект и его постройку. Всё серьёзно, и упустить такого заказчика нельзя. Чертежи нового отеля лежали передо мной. Там есть ужасный участок у воды — допустить ошибку категорически нельзя. Я стоял у экрана, держа в руках указку, и спокойно, чётко раздавал указания.

— Фундамент усиливаем. Я не хочу слышать потом, что почва «повела». Сроки сдвигаем на две недели, но качество не страдает. Ты слышал меня, Мустафа? Аллах тебя накажет, если ты снова накосячишь. Я буду лично всё контролировать. Ни одного шага без отчёта.

Телефон лежал экраном вверх, как всегда на беззвучном. Это правило касалось каждого сотрудника.

Во время собраний меня не существовало ни для кого. А значит, и у моих подчинённых такие же правила.

Именно поэтому, когда экран загорелся, я заметил это сразу. Служба безопасности.

Кровь будто ударила в виски.

Я не должен был брать трубку. Это моё личное правило.

Но Майя была беременна. И ради неё я эти правила уже нарушал.

Я поднял ладонь, обрывая речь одного из директоров, и, не отходя от стола, нажал на приём.

— Говори, — коротко.

Секунда тишины. А потом голос, в котором не было паники — и именно это было страшнее всего.

— Фарид-бей… У нас чрезвычайная ситуация…

Я сжал телефон сильнее.

— Конкретно.

— Двое ваших охранников обнаружены без сознания. Удар по голове. Сейчас их везут в клинику.

В помещении вдруг стало слишком тихо. Я перестал слышать