Тень прошлого - Elza Mars
— Когда? — спросил он наконец.
— Когда последний ключ займёт своё место, — ответила Морриган, её глаза сияли в полумраке храма. — Когда Лира увидит правду. Когда Зена сдастся. Когда Габриэль потеряет надежду.
Она улыбнулась — холодно, беспощадно.
— Всё идёт по плану.
Часть 11. Дорога чёрных камней
Чёрный камень под ногами поглощал свет, а дорога, казалось, вела в самое сердце преисподней. Зена чувствовала, как холод камней пробирается сквозь сапоги, достигая души. Когда её пальцы случайно коснулись одного из пульсирующих символов, по телу пробежала дрожь. Габриэль, заметив это, мягко перехватила её руку, переплетая свои пальцы с пальцами воительницы.
Тепло кожи подруги было единственным, что казалось здесь настоящим.
— Слышишь? Они будто заводят печальную песню, — едва слышно произнесла Габриэль, прижимаясь плечом к плечу Зены.
Эта музыка не касалась слуха, она резонировала где-то внутри грудной клетки. Третьей в их молчаливом шествии была Лира. Девушка держалась чуть позади, её глаза лихорадочно блестели.
— Это мелодия того, что мы потеряли, — добавила Лира, и её голос дрогнул.
Зена сильнее сжала руку Габриэль, чувствуя, как металл её меча отзывается на ритм подземного пульса. Свет вокруг стал гуще, проявляя на камнях высеченные черты. Габриэль замерла, глядя вниз. С холодного гранита на неё смотрело её собственное лицо — но это была женщина, познавшая лишь горе, с потухшим взглядом и глубокими морщинами у губ.
— Это я… спустя вечность одиночества, — выдохнула Габриэль.
Зена резко остановилась и развернула подругу к себе, закрывая собой страшное изображение.
— Не давай этой мгле заглянуть тебе в душу, — Зена коснулась лбом лба Габриэль, заставляя её смотреть только в свои глаза. — Это лишь морок, пытающийся нас разлучить. Они питаются вниманием.
— Чувствуешь это? — спросила Габриэль, оглядываясь по сторонам.
— Да, — ответила Зена, не замедляя шага. — Это как… дыхание. Но не живое. Механическое.
Лира вскрикнула, когда синий туман, похожий на призрачные ладони, начал обвивать её щиколотки. Пар поднимался из расщелин, жадно лаская кожу путниц.
— Оно тянет меня вниз! — Лира попыталась отступить, но туман следовал за ней.
Габриэль, не выпуская руки Зены, протянула другую Лире, помогая ей удержать равновесие.
— Что это за магия? Оно ощущается как… чьё-то последнее желание, — Габриэль попыталась стряхнуть фантомные прикосновения, которые оставляли на коже ледяные ожоги.
— Это отголоски тех, кто сдался, — Зена взглянула на дорогу впереди, которая, казалось, не имела конца. — Их невыплаканные слёзы и забытые обещания. Но мы не останемся здесь. Пока мы чувствуем друг друга, этот холод не победит.
Зена притянула Габриэль ближе и запечатлела быстрый, полный отчаянной нежности поцелуй на её виске, прежде чем продолжить путь по ожившим камням. Лира следовала за ними. Вдали, на горизонте, проступали мрачные очертания города. Его стены, высеченные из обсидиана, поглощали свет, а башни, подобные когтям неведомого зверя, яростно терзали предрассветное небо. Над массивными воротами пульсировал знак — перевёрнутая звезда с тремя точками, которые ритмично мерцали алым, словно живые сердца в груди титана.
— Наше путешествие подходит к концу, — негромко произнесла Зена.
Её клинок отозвался на эти слова коротким всполохом, разрезая густой синий туман, который, казалось, пытался задушить их. Зена почувствовала, как Габриэль прижалась ближе, и это мимолётное тепло было дороже любого доспеха.
— Долина Теней, — Габриэль сверилась с дневником. Символы на пергаменте танцевали, выстраиваясь в чёткий маршрут, ведущий прямо к чёрным стенам. — Судя по карте, мы у цели.
Зена осторожно переплела свои пальцы с пальцами подруги, на мгновение сжав их для поддержки.
— Главное, чтобы эта цель не оказалась нашей могилой, — добавила она, сканируя взглядом местность.
В этот момент за спиной раздался чих. Лира, идущая чуть поодаль, прикрыла рот рукой.
— Город выглядит так, будто он сам не рад гостям, — заметила Лира, шмыгнув носом. — Музыка здесь звучит фальшиво, Зена. Сама земля поёт о боли.
Ветер, налетевший внезапно, принёс с собой многоголосый шёпот.
Он просачивался под кожу, минуя слух, и оседал в самом сознании:
— Ты не сможешь убежать…
— Ты уже часть нас…
— Открой дверь…
Габриэль судорожно вцепилась в ладонь воительницы, её глаза расширились от ужаса.
— Зена, ты тоже это слышишь?
— Слышу, — голос воительницы стал жёстким, она сильнее сжала эфес меча, не выпуская при этом руки Габриэль. — Но не слушаю.
Зена резко обернулась, рассекая воздух сталью. В тенях мелькнул чей-то подол, тёмный силуэт растворился в дымке прежде, чем её взгляд успел за него зацепиться. Лира тут же спряталась за спины своих спутниц.
— Нас ведут, как на заклание, — прошептала сказительница, не отрывая взгляда от ворот.
— Пусть смотрят, — отрезала Зена, бережно притягивая Габриэль к себе и заставляя ту посмотреть ей в глаза. — Пока мы вместе, они не получат того, за чем охотятся. Ни твою душу, ни мою.
Рядом с ними камни, иссечённые древними рунами, начали оживать.
Иероглифы извивались, словно потревоженные змеи. Прямо под ногами Зены один из валунов треснул, и из разлома ударил столб смоляного дыма.
Он мгновенно соткался в костлявую кисть, которая потянулась к лицу воительницы. Одним коротким, точным движением Зена развеяла морок, и дым растаял с захлёбывающимся воплем.
— Это лишь иллюзии, рождённые страхом, — Габриэль постаралась выровнять дыхание, хотя рука её всё ещё заметно дрожала. — Они хотят напугать нас.
— Не только напугать, — ответила Зена. — Они хотят, чтобы мы остановились. Или повернули назад.
— Но мы не повернём.
— Нет.
Лира подошла к ним вплотную, коснувшись плеча Габриэль.
— Страх — это тоже песня, — тихо сказала она. — Но мы напишем другой финал.
Зена на мгновение коснулась губами лба Габриэль, вкладывая в этот жест всю ту нежность, которую не могла выразить словами в пылу грядущей битвы.
— Держись за меня, — прошептала она. — И не отпускай, что бы ты ни увидела за этими воротами.
Когда путницы достигли городских врат, путь им преградила стена из чёрного льда, испещрённая пульсирующими знаками. На её поверхности отражались их лица, но искажённые, с чёрными глазами и усмешками. Зена сделала шаг вперёд, прикрывая собой спутниц. Её ладонь почти коснулась поверхности, но стоило пальцам погрузиться в холодную субстанцию, как лёд отозвался тягучей плотностью. Королева воинов резко отпрянула, шипя от боли — на коже алел след, будто от прикосновения раскалённого металла.
— Это иллюзия, — сказала Зена.
Габриэль мгновенно оказалась рядом, перехватив обожжённую руку Зены.
Она нежно накрыла рану своими ладонями, и в этом жесте было столько же тревоги, сколько и нескрываемого обожания.
— Тише, Зена, — едва слышно прошептала сказительница. — Это не просто застывшая вода. Это… застывшая боль. Наша память.
