Стальная Вера - Лина Шуринова
Запоздало вспоминаю, что на мне всё ещё свадебное платье. Не самый лучший вариант для дальних поездок.
Теряю ещё несколько минут на переодевание за ширмой. Одежда непривычная, если бы не память предыдущей владелицы тела, точно запуталась бы.
Обыскиваю напоследок комнату. Ничего особенно ценного тут нет — у графской дочки Веры даже драгоценностей не осталось. А я так рассчитывала найти что-нибудь на первое время! Может, в графскую сокровищницу попробовать пробраться?..
За спиной тихо открывается дверь. Резко оборачиваюсь, уже готовая засветить новоприбывшему по лбу.
И выдыхаю с облегчением.
— Деточка, — тянет ко мне руки добрая нянюшка Марфа. — Я уж думала, больше тебя не увижу… Степан рассказал, что вернулась, — я ушам не поверила…
— Погоди, постой, — уклоняюсь от объятий. Пока мы тут, время работает против нас. — Скажи лучше, что тут у вас происходило, пока меня не было.
Марфа удивлённо моргает — явно не ожидала от своей воспитанницы такой деловитости. Но всё-таки отвечает:
— Ох, да ничего хорошего. Молодой хозяин слёг с горячкой, по сию пору не полегчало. Нас всех по домам поразогнали до лучших времён… Что ж теперь будет-то?
Женщина смотрит на меня с тревогой, но мне пока нечем её утешить. Сама без понятия, как всё сложится. Кладу ладони ей на плечи и слегка сжимаю.
— Мы уходим, — сообщаю решительно. — Прямо сейчас. Мне нужен кто-то, чтобы помочь с братом и вещами.
Женщина с сомнением качает головой, но не спорит.
— А мне тут надо кое-что закончить, — продолжаю с нажимом. Главное, не проговориться, что собираюсь ограбить собственное поместье. — Могу я на тебя положиться, Марфа?
Нянюшка поспешно кивает.
— Сейчас-сейчас, — приговаривает суетливо. — Положитесь на меня, деточки. Всё сделаем, в лучшем виде устроим…
Оставляю её хозяйничать, а сама направляюсь в хозяйскую часть дома. Вход в семейную сокровищницу находится именно там. Главное, не забывать, что где-то рядом шастает горничная Бажены.
Поначалу мне везёт. Ни единой живой души я на своём пути не встречаю. Как говорится, «заходи — бери, что хочешь». Вот только не думаю, что забирать отсюда приметные вещички — хорошая идея. Не хочется лишний раз вызывать у людей подозрения.
Вот бы монетами разжиться…
Ага, мечтать не вредно!
Сокровищница, конечно же, оказывается закрытой. Смутно припоминаю, что без родовой магии туда и соваться не стоит. Прошлая Вера не слишком интересовалась этим вопросом, вот и я вспомнила только сейчас.
Ладно. Здание большое — авось чего-нибудь раздобуду.
— Так вот ты куда сбежала, погань! — бьёт по ушам знакомый до дрожи голос Бажены. — Щас я тебе устрою весёлую жизнь!
Да ладно! Куда ж ещё веселее-то?!
Глава 3. Тёмная ярость
— Ой, а вы уже вернулись? — валяю дурочку, чтобы потянуть время. — И что, даже на свадебный банкет не остались?
Взглядом Бажены можно убивать.
Она, сложив руки на монументальной груди, стоит в дверях. Из-за еë правого плеча с немым укором выглядывает муж Василий, а из-за левого злорадно ухмыляется личная горничная.
Надо же, все придурки в сборе. И все по мою душу.
— А я уж думала, ты поумнее окажешься, — не обращает внимания на мой вопрос опекунша. В еë голосе слышится нешуточная угроза. — Хотела по-хорошему всë обтяпать. По-родственному.
Так. Если это — «по-хорошему», то как же тогда будет по-плохому?
Хотя нет, вообще не интересно. Одна против троих — исход явно будет не в мою пользу. И сбежать не получится — туша Бажены надëжно перегораживает дверной проём.
— Просто признай, что хотела убрать меня с глаз долой, — хмыкаю. — Чтобы запустить лапы в наше наследство. Так ведь?
Пропадать — так с музыкой. И вообще: лучшая защита — это нападение.
Вот бы ещё нашлось тут что-нибудь потяжелее… Эх, надо было хоть булыжник с улицы захватить. Оружие пролетариата, как-никак. Главное — впечатлить Бажену, остальные двое тогда не сунутся.
Но опекунша пока впечатляется кое-чем другим.
— Ну и воспитание у тебя, соплячка, — неожиданно ухмыляется она. — Кто бы мог подумать. Покойный батюшка, небось, в гробу переворачивается, на тебя глядючи.
Радостно киваю:
— Ага! Волчком крутится. Вы ж, любимые родичи, такой бардак тут устроили. — Опекунша снова хмурится, но я продолжаю. — Ничего. Я на вас и сама управу найду. До императора доберусь, если потребуется. Вам со мной не…
«Совладать», — собиралась сказать я.
Но Бажена ловит меня на полуслове. Тело будто сдавливает стальными тисками — особенно грудную клетку, не продохнуть. Сгибаюсь пополам, еле удерживаясь в вертикальном положении.
А вот опекунша, кажется, даже пальцем не шевельнула. Стоит себе, улыбается, глядя, как я пытаюсь протолкнуть в закостеневшую грудь глоток воздуха.
Это что, у неё такая магия?! Прошлая Вера об этих способностях не подозревала…
— До императора доберёшься, да? — медовым тоном вопрошает Бажена, подкрадываясь ко мне поближе, будто толстая кошка к мыши. Жрать не станет, но позабавится в своё удовольствие. — Кто же послушает сумасшедшую? Уж точно не император.
О чём это она?
— Ну как же, — будто читает мои мысли родственница. — Устроила скандал на свадьбе, покалечила брата, напала на любящую тётушку. Да по тебе психушка плачет, пигалица.
Молодец она, конечно. План Б себе подготовила.
А я не молодец. У меня план один-единственный, и тот корявый.
Наконец получается вздохнуть. Но совсем не потому, что удалось перебороть магию Бажены. Скорее, это она поняла, что ещё чуть-чуть — и упекать в психушку станет некого.
— Не… докажешь… — пыхчу из чистого упрямства. Ясное дело, что в любом мире обвинить можно кого и в чём угодно, было бы желание.
— Они подтвердят, — опекунша небрежно машет рукой в сторону своих сообщников. — А больше поблизости свидетелей нет.
— Свадьбу празднуют, — согласно подтявкивает горничная. Она явно упивается происходящим, аж глазки блестят. Садистка хренова.
— Что? — настораживается Бажена. — Кто садистка?
Упс. Я это вслух сказала? Вроде нет…
Замечаю, как опекунша сжимает правую руку в кулак. Дышать снова становится невозможно.
— Ладно, — тем временем решает не зацикливаться на мелочах родственница. — Дам тебе последний шанс. Сейчас ты вернëшься к своему жениху и на коленях будешь умолять его о прощении. Ясно?
И снова Баженина магия чуть отпускает —
