Однажды в сказке: Мрак над Златоградом - Алексей Дзюба
Когда Муромец закончил, жители встретили его слова восторженным ликованием, которое усилилось, когда на крыльце, слева от Муромца, встал Добрыня, оперевшись на меч Кладенец, пылавший в его руках синим пламенем.
Муромец видел, что после того, как Попович махнул кому-то рукой, на площадь вышли воины со свитками и начали записывать всех желающих вступить в войско.
− Ну, а теперь займёмся делами! Нам многое предстоит сделать. Пойдёмте! — позвал за собой витязей Добрыня.
* * *
После проверки княжеских складов, состояние дел произвело на воинов удручающее впечатление. Оружие устарело и находилось в плачевном состоянии, продовольствия хватало на несколько дней, запас древесины был исчерпан, а завоза давно не производилось. После боя на пристани осталось всего шесть повреждённых кораблей. На верфи стволов вечнодуба осталось только на ещё два, и произвести больше не хватит времени. А ещё нужно было восстановить пристань, чтобы перевезти на кораблях многотысячную армию, которую уже начали собирать.
Витязи сидели в Думной палате, в которой собрались все бояре и приказные люди. Обсуждая состояние дел, бояре все, как один, утверждали, что Торговая гильдия из града Годин не поставила необходимый запас обычной древесины, а также металла для ковки оружия и доспехов, то же самое было и с продовольствием. Поэтому не из чего делать новую пристань, и нечем оснащать войско.
− Не верю я, чтобы Ставр так подвёл город. Мы после разберёмся, если живы останемся, кто в чём виноват. Но вот что скажите, бояре, а вы куда смотрели и почему молчали и допустили всё это? Так что теперь слушайте меня сюда, − Добрыня говорил размеренно, так, чтобы все его слышали. − С каждого боярского двора вы должны снарядить отряд, да хорошо снарядить. А чтобы вы не скупились, сами его возглавить должны, или чадо ваше, если самим в тягость доспех носить.
Начавшееся было возмущение Добрыня прервал, стукнув кулаком по подлокотнику кресла.
* * *
Недостаток древесины восполнили за счёт склада Косого, ну и ещё по городу нашлись деревянные строения. Засохшую ветвь вечнодуба корабелы признали ещё годной для постройки летучих кораблей, поэтому хоть как-то, но и это решили. На палубы кораблей было предложено установить стреломёты на случай нападения. Вот с оружием пока была беда. Вооружали воинов чем было, сильно выручили сами жители, собрав по дворам металл. Кузни работали круглосуточно, в четыре смены. Надо отдать должное горожанам, они все как один старались на общее дело. А вот с питанием никак не выходило. Решено было переправить всю армию в град Годин, там легче будет прокормиться от местных сёл, поэтому следовало торопиться: городу угрожал голод.
Новая пристань росла и ширилась под дружные удары сотен мастеров. Наспех сделанная почти за два дня, она вполне уже была способна принимать и отправлять корабли, которые, не оповещённые о гибели старой пристани, прибывали и стояли в ожидании разгрузки. Сильное облегчение витязи почувствовали, когда им за счёт больших денег, удалось нанять трёх чудо-юд, способных взять на свою спину более тысячи воинов вместе с поклажей. Такой поворот снимал необходимость в огромном количестве кораблей, способных принимать на борт не более сотни или двух сотен воинов. Решено было превратить китов в настоящие крепости, расположив между постройками ряды метательных машин. А надстройку команды укрепить дополнительной бронёй. На большее уже не хватало времени. Заканчивались не только припасы еды, но и киты не могли долго жить без морской воды. Поэтому час выступления неуклонно приближался.
* * *
Муромец и Добрыня склонились над столом, рассматривая планы и свитки, поступающие к ним ежечасно. Приходилось продумывать всё до мелочей. Оба витязя выглядели уставшими из-за постоянного недосыпания. Но им удалось выправить дела и организовать людей. Помимо войска нужно было обучить десятников, сотников, способных действовать на поле боя, как единый организм. Все, кто вступал в войско, проходили ежедневную подготовку, насколько это было возможно. Шёл третий день этой безудержной борьбы людей с обстоятельствами и самими собой.
В отворившуюся дверь гостевых палат влетел Алёша Попович, в сопровождении мастеров − оружейников.
− Беда у нас, не доглядели! − он положил на стол перед витязями куски жил.
− Что случилось? − встрепенулся Добрыня, с непониманием глядя на принесённый предмет.
− Жилы для стреломётов не держат натяжение. За время, пока лежали на складе, они пересохли и лопаются при скручивании. У нас теперь нет стреломётов!
Лица витязей почернели. У Косого целый флот, который наверняка их будет поджидать на пути, а остановить корабли врага одними ручными самострелами невозможно.
− У нас нет столько животных, чтобы добыть необходимое количество жил. Чем можно заменить?
− В старину вместо жил использовали конский волос, − вставил своё слово опытный старик, мастер по оружию.
− Может, по дворам походить? Соберём сколько можно. Ну, свою скотину отдадим, всё же и еда будет, − предложил Попович.
− Да, другого пути у нас нет. Соберём, сколько сможем, совсем без них идти нельзя, − принял решение наместник. − И начнём с наших дворов.
Муромец направился к себе домой, по дороге думая, как сообщить Василисе о необходимости расстаться с коровой, да жалея, что так и не удосужился забрать у Микулы своего Гнедого, чья грива сейчас очень даже бы пригодилась.
Глава 12-2. Нежданная помощь
По выражению лица Муромца Василиса догадалась, что причина появления супруга после долгого отсутствия недобрая. Она с тревогой ожидала, когда он начнёт разговор, а супруг молчал, стараясь не смотреть ей в глаза.
− Понимаешь, Василиса, тут такая незадача сложилась, как бы объяснить. − Начал он издалека. − Стреломёты работают от скручивания жгутов. Если мы не сделаем их достаточное количество, могут погибнуть люди. Мы не сможем защитить корабли.
− Да говори толком, Илья, что случилось?!
− Жгуты делают из жил или волос животных. У нас нет ни того, ни другого.
− Ты ведь не это хотел мне рассказать? − дрожащим голосом спросила жена, предчувствуя, куда ведёт разговор Муромец.
− Нам нужно отдать Марфу! − выдавил из себя витязь, опустив глаза.
− Не-е-т! − женщина, воскликнув, зажала рот рукой, а на глазах выступили слёзы.
Муромец посмотрел покрасневшими глазами на Василису.
