Скиф - Оксана Николаевна Сергеева

– О, романтика, – улыбнулась Мари.

Ей показалось, что Лиза расстроена, но, поскольку напряжение между ней и Максимом было не заметно, она не стала уточнять причину такого состояния.

– Ой, Машуня, какая там романтика, – ухмыльнулся Скиф. – Скучные они. В шахматы играют, по-интеллигентски разговаривают. Вот у нас с Лизкой веселье так веселье, аж зубы сыпятся. У некоторых.

– У вас что-то случилось? Лиз? – наконец решилась спросить Мари.

– Если ты про мой видок, то всё в порядке, – легко отмахнулась Лизавета. – Тушь какую-то хреновую купила. Подделка, что ли. Накрасилась сегодня в первый раз, теперь глаза слезятся.

– Сочувствую. У меня тоже сегодня всё наперекосяк, – Мари разочарованно опустила уголки губ.

– Угу, и у нас с Лизкой сегодня всё по проспекту пошло. Водочки накати – полегчает, – тут же посоветовал Скиф. – Нас уже попустило. Да, Лизок?

Лизка в ответ угукнула, а Мари с сомнением уставилась на бутылку.

– Психологи не советуют снимать стресс алкоголем.

– Пиздят твои психологи. Просто тралики дороже бухла стоят, – сказал Макс, подозвал мимо проходящего официанта и отправил его за рюмкой.

– Сейчас пить не модно, курить тоже. Куда ни плюнь, кругом зожники… – ворчала Марьяна, изучая меню.

– Это пиздеть не модно, а остальное нормально, – говорил Виноградов, наполняя водкой тотчас принесенную по его просьбе стопочку.

– Можем Чистюле позвонить, он вообще бесплатный, – засмеялась Лиза.

Марьяна тяжело вздохнула и выпила залпом.

– Звоним? – уточнил Скиф.

Покраснев то ли от водки, то ли от упоминания Чистюли, Мари качнула головой:

– Рано.

– Понял, – кивнул Макс и налил ей еще.

Она чокнулась с его рюмкой и потом кивнула:

– Звоним.

Глава 17

Глава 17

Как только Илья приехал, Лиза с Максом, не мешкая, покинули заведение. Сразу ушли, не проведя и пяти минут за столом хотя бы из вежливости.

Не до того было. Не до светских бесед и улыбок, не до шуток.

Ссора улеглась, но лишь на время. Мари своим появлением приглушила волну, но не сбила градус напряжения окончательно.

– Я думала, мы на такси поедем. Как ты за руль сядешь в таком состоянии? – проворчала Лизавета, поняв, что Максим не собирается вызывать такси.

Скиф с привычной решительностью нащупал в кармане ключи от машины.

– В каком? Чтоб я не мог чем-то управлять, мне надо еще ящик водки в одного выжрать как минимум.

– Столько выпить невозможно.

– Ты плохо меня знаешь.

Виноградов не ощущал опьянения, движения его были точны, а мысли ясны, в то время как Лиза была прилично навеселе. До его прихода она пила вино, с ним — немного водки, а перед уходом выпила еще пару бокалов вина, так что теперь ее слегка пошатывало.

Макс помог ей забраться в машину и пристегнул ремень безопасности.

Усевшись, за руль, добавил:

– А что это за возмущения? Ты ж не цыпа херов панамку выдавать. Это Ева, когда пьяная, злая, а ты у меня добрая.

– Была добрая. Больше не буду.

– Чего это?

– Потому что ты надо мной издеваешься.

– Ни разу в жизни.

– Ты меня не любишь.

– Люблю.

– Ага, так любишь, что всех подряд трахаешь. Ладно, не сейчас, но раньше было. С рыжей шалавой спал? Спал!

Виноградов громко вздохнул.

А Лизка пригрозила:

– Я тебе всю жизнь эту шлюху рыжую припоминать буду, так и знай. Не надейся, что я это забуду. Потому что ты этой шлюхой мне все нервы вымотал.

– Я уже понял.

– И не только ее. Специально у рыжей этой суки узнаю, с кем ты еще спал…

– Вряд ли она тебе что-то скажет, – посмеялся Скиф.

– Значит, у Евражки спрошу!

– Ой, не трогай Евражку, у него только от жопы отлегло, – посмеялся Скиф. – А ты его опять под монастырь…

– А, кстати, почему он Евражка?

– Потому что Суслов. Суслик. А суслик – это евражка. Суслики, бурундуки – так их называют.

Лизка рассмеялась:

– А Лёва думает, что он лев.

– Пусть думает. Среди куриц своих он, может, и лев. А для нас – евражка.

– Угу, а ты всех куриц его перетрахал.

– Не всех.

– Точно. До меня не добрался. Вернее, тоже добрался, но не сразу… – проворчала она и отвернулась к окну.

– Не будем больше водку вином запивать, что-то не пошло тебе, – засмеялся Макс, понимая, что Лиза сыпет словами уже из чистого упрямства. Просто так перечит, не особо задумываясь, что говорит.

Оставшуюся часть пути до дома Лизавета провела в молчании. Она сидела, погружённая в свои мысли, не говоря ни слова и не задавая вопросов.

Однако едва они переступили порог его квартиры, поспешила высказать очередную претензию:

– Так и не было бы у нас ничего. И дальше бы мне нервы своими проститутками мотал, если б я к тебе сама не пришла.

Лиза, раздевшись, приткнула пальто в шкаф и на секунду задержалась, глянув на себя в зеркало.

Виноградов не позволил ей даже в комнату пройти – тут же прижал к стене.

Лизка облизнула пересохшие губы, и у него от этого жеста заныло в паху.

– Ну и молодец, что пришла… – поцеловал в губы, нежно скользнув своим по ее языку. – Правильно сделала, что пришла.

Лизка вздрогнула от его напора, сразу наэлектризовавшись. Всколыхнулись притихшие эмоции, переменным током прошибло возбуждение.

– Ходил бы ко мне после своих шлюх…

– Конечно, после. До шлюх нельзя было, а то б сразу поимел. А мы с тобой друзьями были. А друзей я не трахаю…

Снова поцелуй. Снова возбуждение по венам огненной лавой.

– Мы, вообще-то, ссоримся с тобой, – напомнила ему.

– Я знаю. Как это мешает нам заняться любовью? – спросил он, задрал на ней юбку и, приподняв за талию, снова прижал к стене своим телом.

Лиза обхватила его ногами и согласилась:

– И правда, не мешает…

Они начали в прихожей, добрались до спальни и закончили в ванной.

Скиф взял ее быстро и жарко, утоляя свой первый по ней голод и успокаивая нервы.

Целая ночь впереди, успеют еще нанежиться.

Лизка выскочила из душа первой. А когда Виноградов вышел, она уже напяливала на себя пальто.

– Куда собралась?

– К себе домой.

– С