Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю? - Аелла Мэл

я его? Да, боюсь! Целую неделю меня преследовали проклятые воспоминания! А тут, среди бела дня, я вижу его лицо. Вспоминаю каждую черточку, каждую складку! — нервно вскакиваю и начинаю ходить взад-вперёд, не в силах усидеть на месте.

— Айнуш…

— Я вспомнила его лицо, брат. Видела его так чётко, как никогда, — о Аллах, я же… я не могу сказать брату, что именно Марат и является тем самым… Что я творю?

— Но неожиданно в этот момент передо мной появляется мужчина, похожий на бандита. Высокий, с хищным взглядом, — выдаю на ходу полуправду. — И я подумала — вдруг он пришёл расправиться со мной? Вдруг его наняли, чтобы убить? Ты представляешь, сколько мыслей пронеслось в голове за доли секунды? Я думала, он прикончит меня прямо на крыльце и передаст «привет» из прошлого!

— Айнуш… — в его голосе звучит тревога и боль.

— Ты хотел ответов? Так слушай! Я боюсь Марата. Мне кажется, он разрушит всё, что я с таким трудом построила. Подсознательно чувствую, что он изменит всё! Боюсь, что он займёт в нашей с Амирой жизни важное место, — выпаливаю сквозь слёзы. Для брата эти слова звучат иначе, он понимает их по-своему. Лишь я одна знаю, что на самом деле боюсь, что он вспомнит меня. Поймёт, кем приходится ему моя Амира. И до ужаса боюсь, что он отнимет у меня дочь. Я видела, как он смотрит на мою малышку. Видела, как побледнела его мать, увидев её. И прекрасно понимаю — она на кого-то похожа из их семьи. Иначе он не был бы так взволнован, а его мать не плакала бы, глядя на мою кроху.

— Прости, милая, — шепчет брат, обнимая меня. Его объятия тёплые и безопасные, но сегодня они не приносят утешения. — Я думал… что тот подонок… и есть Марат. Спрашивал у него, знакомы ли вы, но он твердит, что не знает тебя. Он видит твой страх. Пытается понять причину, как и я. Я же не думал, что ты просто… опасаешься перемен. Он тебе нравится?

Я застываю в изумлении. Нравится? Что за чушь пришла ему в голову? Как он может мне нравиться? Это не тот исход разговора, которого я ожидала. Ни в коем случае нельзя давать ему повода так думать.

Я не могу рассказать правду и не умею искусно врать. Скажи я правду — Марата убьют, а братья сядут в тюрьму. Селим откажется от Залины и разрушит её жизнь. А что станет с моей Амирой? Нет. Я должна молчать. Тем более Марат не помнит меня. И я надеюсь, не вспомнит до конца свадьбы. А потом он уедет. А я сделаю всё возможное, чтобы ни я, ни моя дочь больше никогда не встречались с ним.

— Айнуш… — начинает брат, но его прерывает громкий хлопок двери из соседнего дома.

Мы смотрим, как Марат вылетает оттуда, нервно проводя рукой по коротко стриженным волосам. Он почти бежит через двор, и через пару секунд с визгом шин уезжает.

Что с ним случилось? Недавно он зашёл в дом с матерью совершенно спокойным. Что могло произойти за такое короткое время?

— Что с ним? — хмурится брат, и в его глазах читается беспокойство. — Что-то случилось? Пойдём к тёте Тамиле, спросим. Не стоит оставлять это без внимания. Вдруг ему нужна помощь.

Кивнув, иду за братом. Мне и самой стало интересно, что заставило его так внезапно сорваться с места.

— Не знаю, Муслим, — растерянно отвечает тётя Тамила, её глаза влажны. — Мы с ним просто поговорили… вспомнили кое-что из прошлого. И он, сказав, чтобы я его не ждала, уехал.

У меня перехватывает дыхание от дурного предчувствия. Так хочется верить, что он ничего не вспомнил! Тётя Тамила сказала «про прошлое» — но оно может быть разным. У них самих в прошлом трагедия, может, речь шла о ней.

Не зная, что и думать, возвращаюсь с братом в дом. Молю Всевышнего, чтобы Марат ничего не вспомнил. Не хочу даже думать, что будет, если он всё же вспомнит. Не буду паниковать раньше времени.

Дочь просится в гости к тёте Тамиле, и я вынуждена её отпустить. Мне не хочется этого делать, но какой предлог придумать? Простое «не хочу» не пройдёт. Залина — наша невестка, и отказывать будет некрасиво. Да и… они её родные. И они даже не представляют, насколько!

Глава 19

Два часа, что дочь проводит у них, для меня проходят как два дня. Я каждую секунду смотрю на часы, не в силах сосредоточиться на приготовлении ужина. В конце концов, мама и невестка, обменявшись понимающими взглядами, мягко выгоняют меня с кухни.

Спокойно выдыхаю, когда Залинка наконец возвращает мне мою девочку. Я и так была без неё почти две недели — двоюродный брат с женой и сыном решили съездить в санаторий и взяли с собой Амиру. Мы живём с ними на одной лестничной площадке. А сейчас я вернулась под крыло родителей. Брат не отпустит, пока не убедится, что я в порядке. Но когда он с Фаридой уедут к себе, я смогу вернуться на квартиру. Ему на работу через неделю.

— Мам, — обращается ко мне моя малышка, уже лёжа в своей кроватке. У неё своя комната. Розовая, как она и хотела. Мои братья сами украшали её, вкладывая в каждую деталь всю свою любовь. — Почему тот дядя со мной не поговорил? Я ему не понравилась?

— Какой дядя? — с недоумением смотрю на своё солнышко, хотя в груди уже замирает тревожный комок.

— Сын тёти Тамилы. Я хотела с ним подружиться, но он не поговорил со мной.

Взволнованно замираю. Она заинтересовалась им. А мне это совсем не нравится. Я наоборот была рада, что он не стал с ней общаться. Плохо. Амира не успокоится, пока не поговорит с ним. А я не хочу этого. Вообще не хочу.

— Тебе мало моего общества? Не скучала по маме? — наигранно возмущаюсь, щекоча её.

— Ну мама! — она заливается смехом, пытаясь спастись от меня. Она очень боится щекотки, и этот смех — самый дорогой звук на свете.

— Сколько времени без мамы провела, а по приезду рассказывает обо всех, говорит со всеми, а маме что? Маме какой кусочек от этого сокровища достанется? А? — продолжаю я