Нексус - Дмитрий Романофф

— Да вы что, с ума посходили?! Мы и так как белки в колесе. Перевод всех систем на новые стандарты безопасности займёт кучу времени! А если сервак упадёт в полночь, я что, должен буду сканировать радужку своей кошки, чтобы его поднять?

— Кстати, о кошках, — вмешался Раджеш. Он скрестил руки на груди и захихикал. — Мэт, ты серьёзно думаешь, что эти замки нас остановят? Я за пять минут обойду твою биометрию с помощью скрепки и бананового кефира. А психометрию… — Он сделал паузу, щёлкая маркером по столу. — Думаешь это сложно, сгенерировать фейковый профиль и выдать его за свой?

Мэт вздохнул. Он представлял этот разговор иначе. Например, как в фильмах, где команда встаёт и аплодирует мудрому лидеру, а вместо этого получил цирк.

— Радж, ты бы поубавил свой пыл, — процедил Мэт. — Или ты хочешь ещё одного личного разговора со мной?

Раджеш мгновенно замолчал, уткнувшись в телефон.

— Послушайте, — Мэт обвёл взглядом комнату, — я знаю, это неудобно, но это необходимые меры. Что не убивает, то делает сильнее!

— Сильнее? Это будет концлагерь, а не компания будущего! Ради чего такие драконовские меры? — перебил Иван.

Чен поднял палец, словно собирался прочитать лекцию о данных.

— Контроль не ограничение, а путь к порядку.

Мэт постучал кулаком по доске, отчего стикер с надписью «Я люблю кодить, как люблю женщин, медленно и с багами!» улетел на пол.

— Хватит! — рявкнул он. — Сегодня же настраиваем двухфакторку для всех. Чен, ты отвечаешь за шифрование. Иван… — он посмотрел на него в лоб, — ты всё понял?! А Радж…

— Знаю, знаю, — махнул рукой Раджеш. — «Не взламывать внутренние системы».

Когда команда разошлась, ворча как стая недовольных котов, Мэт упал в кресло. На экране телефона светилось сообщение от Пола: «Как прошло?»

— Как роды у ежа, — пробормотал он, отправляя смайлик с фальшивой улыбкой.

— Они привыкнут, — ответил Пол.

— Надеюсь, ты прав, — Мэт потянулся к кофе, который уже остыл.

А в дальнем углу офиса Радж уже демонстративно приклеил новый стикер: «Цифровая гигиена — это когда тебе говорят мыть руки, а ты взламываешь кран».

Глава 25. Взять быка за рога

Пол сидел за столом у себя в кабинете. Напротив него ёрзал Мэт, перебирая папку с надписью «Иван Волков»:

— Он снова проигнорировал протоколы безопасности. — Мэт швырнул на стол распечатку логов. — Если бы не Чен, который заметил аномалию, мы бы потеряли кучу времени.

Пол молча взял листы. Его лицо, освещённое синим светом монитора, выдавало смесь гнева и бессилия. Иван, их звёздный архитектор, был незаменим. И невыносим.

— Ты говорил с ним? — спросил Пол, хотя знал ответ.

— Говорил. Он назвал меня «параноиком с комплексом вахтёра», — Мэт усмехнулся. — Но я кое-что нашёл.

— Он открыл папку и достал фотографию. Иван был в подозрительном баре, забитом людьми. На заднем плане напротив него сидел программист из другой компании.

Пол присвистнул.

— И ты хочешь шантажировать его этим?

— Хочу напомнить, что мы все в одной лодке. Если она утонет, его креативность не спасёт.

Пол откинулся в кресле, будто пытаясь отодвинуться от этой грязи:

— Нам нужно взять быка за рога!

— Нет, Пол! Нам нужно взять этого «сукина сына» за яйца…

* * *

В офисе Ивана пахло энергетиками и дерзостью. Стены украшали постеры с надписями «Нет ничего лучше русской печи!» и фразами из классической русской литературы. Сам Иван, уткнувшись в три монитора, даже не обернулся, когда вошёл Мэт.

— Будешь опять читать мне лекции? — бросил он, печатая с такой скоростью, будто клавиатура была его врагом.

— Нет, дружище! Делиться фактами, — Мэт положил перед ним фото из бара. — Мы всё знаем!

Иван медленно повернулся. Его глаза, обычно горящие сарказмом, сузились.

— Ну и что? Это мой школьный друг. Я что, не могу встретиться с ним попить пивка?

— Ты сливаешь ему секреты, — решил блефануть Мэт.

— Глупости. Ничего я ему не сливаю. У программистов есть понятие фейр-плей. Мы такими вещами не занимаемся.

Мэт сделал вид, что не услышал его фразу, достал из портфеля другие фотографии и разложил их на стол:

— Узнаёшь?

— Ну да, — ответил Иван. — Это моя младшая сестра.

— Мне нужно с ней поработать, чтобы убедить тебя? — произнёс Мэт низким голосом, смотря Ивану прямо в глаза.

Повисла тишина.

— Я всё понял, — Иван плюхнулся в кресло, сжав кулаки. — Что ты хочешь?

— Когда бычок начинает баламутить стадо, надо его ставить в стойло, понимаешь? Бычку место в стаде!

— Стадо. Да-да. Цифровое племя, — пробормотал Иван, опуская глаза.

Мэт придвинулся к нему и поймал его взгляд.

— Не понял. Ты думаешь, я шучу?

От Мэта пахнуло опасностью. Иван вздрогнул и напрягся.

— Нет, нет, Мэт, я всё понял. Никаких шуток.

Иван так и сидел, не решаясь двинуться с места, а Мэт принципиально не отводил взгляд, чтобы не дать возможности почувствовать Ивану слабину.

Неожиданно вошёл Раджеш:

— О, святые биты! Вы тут как два роутера в петле, данные кипят, а связи нет. Может, перезагрузимся?

На лицах обоих нарисовалась слегка уловимая улыбка. Мэт медленно встал и вышел из кабинета не сказав ни слова.

Глава 26. Разговор о суперсистемах в пятницу вечером

После тяжёлого рабочего дня в пятницу все собрались в баре рядом с офисом. Иван заказал пивка, Чен как всегда свой любимый зелёный чай, а Раджеш ласси.

— Знаете, — начал Иван, поправляя часы, — думал я тут о суперсистемах. Можно ли создать универсальную модель социальных процессов?

— Теоретически да. Сейчас у нас есть все данные, от социальных сетей до банковских транзакций, которые собрали децентрализованные агенты Вина. Когда мы добавим персонализированную психометрию от игроков только что купленной компании, точность моделирования значительно возрастёт. Это как огромная матрица вероятностей, в которой мы должны определить граничные условия, — добавил Чен, опьяневший от своих фантазий.

— О, да! Мы можем предсказать, когда человек купит кофе, но не можем предсказать, когда он влюбится. Любовь — это как баг в системе, который невозможно отладить! — ёрзая на стуле, заметил Раджеш.

— А что если любовь — это просто функция с непредсказуемым возвращаемым значением? — заметил захмелевший Иван.

— Нет, нет, — возразил Раджеш, — это больше похоже на асинхронное ожидание. Ты ждёшь ответа, а он всё не приходит. Или приходит, когда ты уже забыл о нём.

Подключился Чен:

— А что если мы посмотрим на это через призму теории игр? Каждый человек — это игрок, который максимизирует свою функцию полезности.

— Ага, — хмыкнул Раджеш, — только вот функция иногда ничего не возвращает,