Брак понарошку, или Сто дней несчастья - Аня Вьёри
Не хочу здесь оставаться больше ни минуты.
Уверена, тетушка Глеба меня поддержит.
.
Злата
– Злата, – он начинает говорить, едва захлопывается дверь кабинета, – прости мою тетку. Она тебя измучила, да? У нее столько заморочек по поводу внешнего вида! – смеется, взмахивает рукой. – Как дОлжно, как принято…
Подходит, берет меня за руку. Просто нежно берет за руку и ласково улыбается.
– Тоже ненавижу магазины.
– Глеб, я… – набираю воздуха, чтобы все сказать.
– Злат, давай, пока нас не прервали… – он открывает что-то на компьютере. – Посмотри, ты подписывала такую бумагу?
Внимательно смотрю на скан…
– Подпись моя, но… – хмурюсь, пытаюсь прочесть.
Это что? Отказ?
– Глеб, это отказ?
– Да, – кивает он, – по факту это отказ от опекунских прав.
– Нет! Я бы такое ни за что!!!
– А тебе не могли это подсунуть в стопке… – смотрит на меня, прищурившись. – Ну подумай, может, какой-то почти пустой лист подмахивала?
Закрываю лицо ладонями, вспоминаю… Да… Как раз весной. Эта тетка приходила с громадной стопкой бумаг…
– Понятно, – Глебу не нужен мой ответ. – Короче, смотри, – закусывает губу, хмурится, – я тебе выделю водителя. За ворота одним ни шагу. Вообще! – смотрит на меня очень строго. – Прям совсем! У них уже оформлено удочерение. Ровно в тот момент, как ребенок окажется в руках опеки, нажмут кнопку на компьютере и вся государственная машина будет на их стороне.
– И что делать? – спрашиваю я сквозь слезы.
– Ну для начала не реветь, – он присаживается около меня на корточки, протягивает платок.
Шелковый, с монограммой, между прочим!
– Здесь вы в безопасности. Ваша задача – не попасться в руки представителям власти. Иначе говоря, сидеть дома и не высовываться. По крайней мере, до свадьбы.
– До свадьбы?
– Угу, – улыбается. – Потом Серый подаст документы от нас с тобой на удочерение. Как у кровных родственников у нас будет приоритет.
– Глеб, я… – пытаюсь вспомнить все те умные слова, что готовила в машине.
– Потерпеть надо будет совсем немного, – улыбается он. – Заявление я уже подал. От твоего имени тоже. Надеюсь, ты не будешь против? Регистрацию назначили на пятницу.
– На пятницу? – ахаю я.
– На пятницу? – раздается полный ужаса голос от дверей.
– Глеб, как на пятницу, я же только вот на четверг званый ужин собираю! Глеб, так не делается! Глеб, может, хотя бы следующую пятницу?
– Званый ужин это хорошо, – кивает Глеб. – Чем больше людей знают, тем лучше. Сейчас же пойдемте поедим!
Иду в столовую на ватных ногах.
Мышь нетерпеливо ерзает на своем стуле, ждет пока мы рассядемся.
– Могу подавать? – услужливо спрашивает Глеба горничная.
– Да, конечно, – кивает он, думая явно о чем-то своем.
– А, простите, я хотела спросить, – беглый взгляд в мою сторону. – Покупки Златы Георгиевны размещать в… вашей спальне?
18 глава
Глеб
Раздеваюсь ко сну. Точнее… Переодеваюсь. Пытаюсь. Я ведь не шутил, когда говорил, что сплю голышом. Это так и есть.
Прислуга приучена ко мне в спальню не входить, когда я здесь. Тетушка и подавно, чтобы пожелать доброго утра, будет записываться через секретаря…
Так что…
С грустью смотрю на выбор одежды.
Да, покупка пижамы выглядела бы странной, но как обойтись без нее? Просто в трусах перед этой несчастной девчушкой дефилировать не хочется.
Роюсь в стопке спортивного, достаю самые тонкие штаны, футболку… Пойдет. Переживу… Не самые страшные мучения.
В дверь стучат.
Злата?
– Входи, – кричу ей, появляясь из гардеробной. – Ты чего?! – мне аж смешно.
Она выглядит как… как…
– Ты будто на казнь пришла!
– Я… Не… Я… – краснеет, заикается, прячет взгляд.
– Гардеробная и ванная там, – киваю себе за спину. – Прислуга уже твои вещи перенесла.
Сам стаскиваю с кровати одну из подушек, бросаю на кушетку.
– Я рано встаю, поэтому… – недвусмысленно откидываюсь на узком диванчике, который всегда считал глупой деталью интерьера. – Прикроватные светильники мне не мешают, если что… – открываю планшет, чтобы пролистать новости и просмотреть почту от американских партнеров.
– Ты… Ты будешь спать здесь? – она реально удивлена.
– А ты рассчитывала спать вместе? – провокационно изгибаю бровь.
Чертовски соблазнительное предложение, однако!
– Нет! Я не… Я не это имела в виду!
Опять краснеет. Вот же… Натуральная блондинка! Ни одной эмоции не скрыть.
– Я хотела сказать, что… Ну… – смешно мнется. – Это же неудобно! – она смотрит на это подобие дивана, которое годится лишь для того, чтобы на него вещи, когда раздеваешься, бросить. – Вы… Ты… Вы не выспитесь!
– И что ты предлагаешь?
Уложить на эту кушетку тебя мне совесть не позволит.
– Я могла бы продолжать спать с Мариной! – выпаливает. – Не думаю, что органы опеки будут проверять, насколько действителен наш брак!
Вот черт!
В логике ей не откажешь. Опека этого проверять не будет. А вот японцы вполне могут справки навести. Нет!
– Злат, – делаю вид, что мне надоел этот разговор, – давай не будем изобретать велосипед! Супруги спят в одной комнате.
– Ну тогда, – пожимает плечами, – мы же взрослые люди, мы могли бы…
И замолкает.
– Что? – мне правда интересно.
– Мы могли бы спать вместе! – осекается. – В смысле в одной постели! – ловит мой ошарашенный взгляд. – Ну… Под разными одеялами! – сбивается, путается в словах. – Одетыми…
Я не выдерживаю, начинаю смеяться!
– Что? – хмурится, глаза блестят.
Ух ты, какая грозная!
– Злат, нет. Мы будем спать в разных постелях! – качаю головой.
– Почему? – спрашивает почти расстроенно.
– Потому что, чтобы спать, – делаю ударение на этом слове, – я имею в виду просто спать с тобой в одной постели, надо быть импотентом! – смотрю ей прямо в глаза.
Вспыхивает! Вздрагивает! Отворачивается!
– Спокойной ночи! – смеюсь ей вслед, натягиваю на себя покрывало.
Тут и просто в одной комнате-то возникают проблемы… А уж в одной кровати…
.
Злата
Вода шумит.
Черт.
Что, уже утро?
Щас встану.
Щас…
Какая же клевая подушка!
Вот!
Я почти…
Я…
Спускаю ноги, сажусь на край кровати.
– Доброе утро!
Ой… А он футболку снял.
– А! Привет! Ты чего проснулась?
– Ну… – хмурюсь, не понимаю вопроса. – Не знаю. Ты встал, и я встала. Хочешь, завтрак приготовлю?
Замирает, смотрит на меня недоумевающе.
– А блин! – тру лицо. – Прости, я забыла! У тебя ж прислуга!
– Точно! Они приготовят, – а у него всегда так восторженно глаза блестят или только сегодня утром. – Но если ты со мной позавтракаешь, то день просто обязан будет стать удачным!
– Да?
– Да! – смеется. – Будешь моей хорошей приметой!
– Точно хорошей? – поднимаюсь, иду в туалет.
Какая классная идея разделить комнату и санузел гардеробной! Нифига не
