Развод. Счастье любит тишину - Анна Барс

— Стой, — голос Богдана врезается мне в спину и я едва не спотыкаюсь о порог. — Ты хорошо меня знаешь, Алиса. Оправдываться не в моем стиле, но.

В этот момент его голос звучит по-особенному, словно он правда хочет сказать мне что-то стоящее.

Я не оборачиваюсь, но вся превращаюсь в слух.

— Я с ней не спал.

Глава 13. Остатки доверия

Я развернулась так резко, что волосы хлестнули по щеке.

— Что ты сказал? — выдыхаю, не веря собственным ушам.

— Ты всё слышала, — произносит медленно, будто каждое слово выталкивает из себя с трудом. — Я не спал с ней.

Тишина. Как будто кто-то выключил звук. Дышу неровно, сбивчиво.

— Лепестки роз, Богдан. Рисунок Наташи. Фотографии в соцсетях Дианы. А теперь ты мне говоришь, что не был с ней?

— Да, я был у неё. Но не переступил черту, — он делает шаг ко мне, руки опущены, лицо каменное.

В этот момент мне хочется закричать. Или просто исчезнуть. Провалиться под землю.

— И мне теперь что, спасибо тебе сказать? За то, что ты не дошёл до самого дна? — поднимаю голос я срываясь.

Меня трясёт, дыхание сбивается, я едва могу говорить.

— Нет. Просто я хочу, чтобы ты это знала.

Чувствую, как он с усилием выжимает из себя эти слова.

Какой же всё-таки он самовлюблённый эгоист. Когда всему уже пришёл конец, он решает говорить правду.

Поздно. Мне больно это осознавать, но это так.

К тому же где гарантия, что он действительно с ней не спал? Может он пошел на крайнюю меру и решил отказаться от своей любовницы, чтобы элементарно запудрить мне мозги?

— Мне не важна только физическая измена, Богдан. Ты забыл? Предательство — это не только тело, но и сердце, мысли, намерения. Ты пошёл к ней. Ты выбрал её в моменте. И только потому, что тебя не пустили дальше — теперь ты герой?

Он молчит несколько секунд. Просто смотрит. Впервые за долгое время этот взгляд настоящий, без давления и желания подчинить.

— Я в курсе, что ты придумала себе, будто это я всё разрушил. Ты слишком упрямая, Алис, — его голос становится другим. Он явно старается показать, что всё ещё управляет ситуацией, хоть и с трудом сдерживает раздражение.

— Это не я упрямая. Проблема в том, что ты разрушил нас своим поступком. А это уже не склеить одной правдой, — слова сами срываются с моих уст.

Молчание.

— Ты принимаешь поспешные решения, дорогая, — без толики ласки в голосе говорит он. — Хочешь развестись и оставить нашу дочь без отца и полной семьи только ради того, чтобы доказать всем, что ты такая сильная и самостоятельная и всё можешь сама?

— Нет, Богдан. Я хочу развестись с тобой, потому что ты предатель. Спал с Дианой ты или нет, уже не имеет значения. И доказать ты этого всё равно не сможешь, — меня тошнит от её имени.

Всё происходящее вызывает отвращение.

Он так уверен, что ни в чём не виноват, что его поведение это норма, а всё остальное — просто мои капризы.

Как у него хватает наглости, глядя мне в глаза, говорить, что это я пытаюсь оставить нашу дочь без семьи?

А сам он об этом не думал, когда крутил с Дианой?

— Мои слова для тебя ничего не значат? Я тебе никогда не лгал, Алис, — маска хозяина жизни дает трещину, мне, как его жене, это видно.

Никто другой бы и не заметил, но я вижу его насквозь. Вижу, как он отчаянно старается убедить меня в своей правоте.

Но доверия у меня к нему нет. И не будет. Он предатель я напоминаю себе это каждый раз, когда он пытается проникнуть в мои мысли и чувства.

— После всего, что случилось, ты действительно хочешь сказать, что никогда мне не врал? — вскидываю бровь. — Ты проводил время с другой женщиной, и только бог знает, чем вы там занимались. Ты манипулируешь мной, я слишком хорошо тебя знаю, Богдан. Но это не сработает.

— Я сделал выбор, когда женился на тебе, — его голос звенит железом. — Браки не бывают идеальными. Ты правда готова потерять всё из-за одной глупости, которая ничего не значит? — он не отступает.

И я снова понимаю, что он меня не слышит. Не понимает, что именно я чувствую и почему.

— У меня в голове не укладывается, как ты вообще можешь называть это глупостью. Ты был тем, кого я полюбила за моральные принципы. Я верила в тебя. Но сейчас… я не узнаю́ тебя, Богдан. Ты изменился и не в лучшую сторону, — стою перед ним и не вижу в нём того, кого так сильно любила. То же лицо, то же тело, но это уже не он. От этого просто невыносимо больно.

— Ты всё слишком драматизируешь. Подумай о нашей семье, а не только о себе, — с раздражением бросает он, отталкиваясь от стены и приближаясь ко мне.

Я отворачиваюсь, не выдерживая его физического напора и его мрачного, уверенного взгляда.

— Ты всё усложняешь, а ведь может быть иначе. Мы можем всё исправить, — тихо говорит он.

— Невозможно исправить то, что было убито, — отрезаю дрогнувшим голосом.

Он делает ко мне шаг. Я слышу, как он приближается, чувствую его присутствие за спиной. Его дыхание всколыхнуло прядь волос у виска.

— Алис, ты просто устала. Я знаю тебя. Ты всегда боролась за нас и нашу семью. Этот отпуск пойдет всем на пользу. Ты сможешь наконец-то отдохнуть, посмотреть на всё трезвым взглядом и понять, что оно того не стоит.

Я поворачиваюсь резко, с готовностью ответить, но слова застревают в горле. Он слишком близко.

Его взгляд цепляет и внушает опасность.

— Не вздумай… — шепчу я.

— Почему? Боишься себя? — он почти не двигается, но продолжает демонстрировать свою ту самую уверенность, которая раньше меня так привлекала.

Снова молчание.

— Не будь наивной. Развод? Ты думаешь, я позволю тебе просто уйти? — произносит он с мягкой ухмылкой, глядя прямо в глаза.

Я молчу. В горле словно ком. А внутри та самая дрожь, которую я ненавижу — дрожь, появляющаяся только рядом с ним.

Он тянется рукой и касается воротника моей блузки.

Я отступаю, спина упирается в дверь. Он поднимает подбородок, смотрит на меня сверху вниз.

— А теперь посмотри мне в глаза и скажи, что не хочешь меня. Что ты правда решила развестись. Что всё между нами закончено.

— Богдан, не дави