Единое целое - Наталья Анатольевна Захарова

радостью и негодованием. Судя по всему, на покойную сестру, что та скрыла факт

беременности от семьи. Даррен просто спокойно воспринял прибавление в семействе. Риу

была озадачена. В целом, неплохой набор. Отторжения нет, скрытого желания продать

имперцам родственника подороже тоже нет. Уже хорошо. — Что ж, — когда Баки

закончил обнимать и пожимать руки, Руви вновь откашлялся, — теперь надо решить, как

мы распорядимся этим знанием. Баки про себя отметил, что кормить его дорогие

родственнички не собираются, так что он очень правильно пообедал перед визитом.

Ладно. Если они не соображают, что сытый мужчина — более покладистый мужчина, это

не его упущение. Он не маленький, потерпит. Но запомнит, это уж точно. И Баки, приятно

улыбаясь и всем собой демонстрируя воспитание и манеры, сел в предложенное кресло, готовясь отстаивать свои интересы. Оби-Ван стоял за его спиной, положив руки на плечи

и незримо поддерживая: Наберрие призрака не видели. От него тянуло потрясением и

изумлением. Баки небрежно коснулся его руки, делая вид, что поправляет воротник, и

приготовился торговаться.

Часть 6. Горький урок

Стив очнулся с удивительно хорошим настроением. И состоянием: не болела голова, что в

последнее время случалось всѐ чаще и чаще. Он неторопливо встал, вымылся и пошѐл на

вкусный запах. Пахло кофе, оладьями, жареным беконом и ещѐ чем-то удивительно

приятным. Баки, вернее Люк, обнаружился на кухне, накрывающим стол. Стив озадаченно

почесал макушку, разглядывая уставленный блюдами стол и кучу вилочек и ложечек, пожал плечами и сел. Его этикету учили, чтобы не позорился на банкетах, так что ничего

сложного он не видел. Завтрак прошѐл в уютном молчании. Наконец Люк разлил кофе и

щедро плеснул в чашки молока — непривычно белого. Себе добавил разных сиропов, к

Стиву пододвинул сахарницу. — А где Старк? — спросил Стив. — Кажется, мисс Поттс

приковала его где-то неподалѐку, чтобы не понѐсся творить глупости, — сказал Люк. —

Не стоит вмешиваться, Стив. Это их жизнь. И вообще, дам совет. Деловые отношения

иногда продуктивнее дружеских. Стив молча кивнул, уставясь на дно опустевшей чашки.

— Ещѐ каф? — Пожалуйста. Они выпили ещѐ кофе, доели печенье, Стив осторожно

покосился на Люка. — Баки, — начал он и Люк кивнул, показывая, что всѐ правильно.

Нечего Старку знать, что сейчас происходит с Зимним Солдатом. — Баки. Я… Стив

страдальчески заломил брови, уставясь на Люка как нашкодивший щенок влажными

глазами. — Прости меня. — А тебя-то за что? — удивился Люк. — Не ты себе в голову…

гадил. Не тебе и извиняться. Закладки — это такое коварное дело, я тебе скажу. Сам ни за

что не поймѐшь, что с тобой не так. К сожалению. А у тебя ещѐ и на психопрофиль вся эта

дрянь легла идеально, и вот, пожалуйста. Мир уже чѐрно-белый, а не цветной. Стив

вздохнул ещѐ горестнее. — И ведь ничего уже не исправить, — сказал он. — Если бы я

его услышал… — Кого? — спросил Люк, считывая внезапно вспыхнувший в сознании

Стива образ: мужчина, огонь, опасность. Воспоминание имело вкус того самого алого

свечения, что Стив назвал Вандой. — Брок Рамлоу, — вздохнул Стив, и от него пахнýло

стыдом. — Командир отряда Альфа. Да и не только его. Он меня предупреждал. Он делал

всѐ, чтобы хоть как-то… Я не слышал. Я не слушал. И он погиб. — Расскажешь? —

спросил Люк, и Стив кивнул, молча подвинув к нему пустую чашку. — Он меня бесил с

самого начала, — принялся рассказывать Стив. — Злой, саркастичный, едкий.

Безжалостное чувство юмора. Мне всѐ время казалось, что он думает: ты сывороточный, а

я сделал себя сам… — А он сделал себя сам и имел все основания так думать, —

подхватил Люк. — И ты стал его презирать. Да, Стив? Презирать. Ненавидеть. И тихо

завидовать: а вдруг он прав, и ты, Стив, без сыворотки ничего из себя не представляешь?

— Да, — обронил Стив. — Я ему завидовал. Поэтому я начал его ненавидеть. Так было

проще. Ненавидеть проще, чем послушать совет и подумать. Понимаешь, Баки, они были

двойными агентами. Вот только в Гидру их отправил Фьюри. Всѐ он знал, этот

одноглазый скот. И потом, когда началось «Озарение», вся эта мерзость… Он Альфа

Страйк просто бросил на растерзание. — Потому что они слишком много знали о том, что

он творил, — сказал Люк, и вопросом это не было. — Расследование показало бы, что…

— Да! — перебил его Стив. — Я потом всѐ не мог понять: почему они так по-дурацки на

меня охотились. Эта драка в лифте… Там вздохнуть было нельзя свободно, столько

народу набилось, не то что драться. И в молле… Ну глупости это, что от целующейся

пары отворачиваются. Гражданские — может быть, но Альфа-то профи! Он закрыл лицо

руками, едва не воя от стыда. И понятно, что не его вина, не с его промытыми мозгами, но

Стиву было ужасно стыдно и больно: а вдруг, если бы он прислушался, а вдруг смог бы

преодолеть программу, а вдруг… — Никакого вдруг, Стив, — сочувственно похлопал его

по плечу Люк. — Даже если б свершилось чудо и ты превозмог, ничего бы не изменилось.

Новая программа, более жѐсткая. Или вообще полное стирание памяти. Чего мелочиться?

Стив с ужасом уставился на него. — Поэтому помни об этом, Стив, — Люк смотрел

жѐстко. — Помни, делай выводы. Да, их гибель ты исправить не можешь, но можешь

обелить их имена и наказать тех, кто причастен и ещѐ жив. — Да, — кивнул Стив, расправляя плечи и на глазах превращаясь в того самого легендарного Кэпа. — Так и

сделаю. — А я научу тебя защищаться, — предложил Люк. Стив видел Оби-Вана, значит, всѐ получится. — Чтобы больше тебе так в голову не… лезли. — Прямо хоть шапочку из

фольги носи, — усмехнулся Стив. — Я раньше думал — какой же дурак Магнето в своѐм

шлеме! А теперь понимаю, что дурак тут вовсе не он. У Магнето друг сильный телепат, —

объяснил Стив Люку. — Мужик правильно понимает, — одобрительно кивнул Люк. —

Дружба дружбой, а голову защищать надо. Иначе сам не поймѐшь, как под чужие песни

запляшешь. — Ты прав, — поджал губы Стив, чуть стрельнув глазами в угол и на

потолок. Люк его понял правильно: дроиды Старка пишут всѐ происходящее. И это Люку

не