Займись ничем: система долгосрочной продуктивности - Джозеф Джебелли

Попробуйте провести день без плана и списка дел, познайте искусство никсен и обратите внимание, как это очищает ум, способствует креативности и улучшает общее самочувствие. В момент ничегонеделания мозг работает активнее, чем в моменты, когда мы чем-то заняты.

Я полюбил спонтанно ничего не делать в течение дня — нахожу момент, сажусь и ничего не делаю, хотя чувствую, что надо бы что-то поделать. Прерываюсь посреди напряженного рабочего дня и просто выхожу в сад, сажусь в тихом уголке с чашкой чая и без какого-либо плана. У меня лишь одна цель — намеренно не делать ничего.

Наконец, научитесь говорить «нет»

Отказаться от неестественного образа жизни, по сути, можно лишь одним способом — просто сказать «нет». Мы же не стесняемся брать больничный, заболев по-настоящему? Вот так и в ситуации, когда нам нужен отдых, мы должны просто сказать: «Нет, извините, мне надо отдохнуть».

Да, для этого понадобится мужество и твердость, но для здоровья это просто необходимо. Мы привыкли воспринимать болезнь как единичное событие, отклонение от непрерывной прямой здоровья. Но это заблуждение. Болезнь — это процесс, и он усугубляется всякий раз, когда мы не говорим «нет». Когда мы соглашаемся на дополнительный проект, хотя график и так лопается по швам; когда задерживаемся в офисе и пытаемся доделать работу в нереалистично выставленный дедлайн; когда идем на вечеринку, хотя не чувствуем в себе сил для общения и хотим побыть в одиночестве. Всякий раз, когда мы не говорим «нет», даже в самых тривиальных ситуациях, это подтачивает наше здоровье в долгосрочной перспективе. Почему мы соглашаемся работать и общаться с людьми, когда на самом деле нужно отдохнуть? Это то же, что броситься под машину. Другой контекст, но тот же результат: это ставит под угрозу нашу безопасность и благополучие.

Установите четкие границы, чтобы ваше «нет» воспринимали с уважением и не считали признаком слабости; чтобы отказ перенапрячь себя считался проявлением мудрости, а не неудачи. В следующий раз, когда перед вами встанет выбор перенапрячься или отдохнуть, просто скажите «нет».

Уверен, мои замечательные редакторы захотят, чтобы я написал еще десять тысяч слов для этой книги, но если они меня об этом попросят, я откажусь. Я уже написал достаточно слов. Я рассказал обо всех научных исследованиях и донес до читателей все, что хотел. И я устал. Написать книгу за полтора года не так просто, как кажется. Так что простите, Алекс и Джилл, — я говорю вам «нет».

Я толкаю дверь родительского дома и захожу в прихожую. Меня окутывает знакомый аромат горме сабзи (персидского рагу), булькающего на плите. Раннее утро, теплый летний день 2024 года. В доме тихо, слышен лишь слабый гул вентилятора и звук колес проезжающих мимо велосипедов. Мама, как всегда, на работе.

К моему удивлению, отец не спит, он расслабленно сидит в кресле, пьет чай с кусочком сахара вприкуску и смотрит в окно. На журнальном столике — баночка с фисташками, маленькая коробка персидских сладостей и его лекарства.

— Ты в порядке, пап? — спрашиваю я, наклоняюсь и целую его в щеку.

— О, привет, Джозеф, — отец улыбается. — Я высматриваю лису! Оставил ей немного еды в углу сада.

— Лиса? Здорово. А как самочувствие? — Я сажусь напротив.

— Не жалуюсь. Только что вернулся с прогулки. Помогал маме донести покупки из магазина.

— Ты отдыхаешь?

— Да.

— Вот и хорошо.

Обычно отец так много и оживленно не разговаривает. Ему перевалило за семьдесят, его все еще гнетет болезнь, и с возрастом потребность в отдыхе увеличилась. Но есть и улучшения: недавно врач признал, что отцу немного лучше, и уменьшил дозировку лекарств. Годы полноценного отдыха — а отец отдыхает уже более десяти лет — похоже, частично восстановили его организм.

Он берет газету и читает статью об Иране на передовице. Мы коротко говорим о тегеранских родственниках, обсуждаем лучшие персидские рестораны в Лондоне. Затем я рассказываю ему о загородном коттедже, где подумываю провести отпуск.

— Прекрасно! Обязательно езжай! Эстерахат! (Отдыхай!) — восклицает он, и в его глазах на миг вспыхивает прежняя искра и чувство.

Хотя за годы депрессия подтачивала его организм, мудрость эстерахат научила его давать отпор, пусть даже совсем немного. Бывают дни, когда он становится похож на себя прежнего. Благодаря активности сети оперативного покоя он смог отвоевать часть территории, утраченной из-за перенапряжения и выгорания.

Я улыбаюсь.

— Спасибо, папа. Думаю, я так и сделаю.

Впервые в истории мы получили в распоряжение научные инструменты, позволяющие выяснить, что происходит с мозгом во время отдыха. Как мы убедились на этих страницах, результаты поражают, вдохновляют, вселяют надежду и свидетельствуют о необходимости немедленно действовать. Если мы доверимся новым научным данным и начнем относиться к отдыху как к священному искусству и фундаментальному человеческому праву, лекарству для умов и ключу к формированию более совершенного мозга, наш мир может стать совсем другим.

Благодарности

Неудивительно, что, работая над этой книгой, я постоянно испытывал потребность в отдыхе, который, собственно, и пропагандирую на этих страницах. И я безмерно благодарен всем, кто облегчил мою работу.

Я выражаю глубокую признательность врачам, ученым и экспертам, которые щедро делились со мной знаниями и опытом. Чарльз Фернихоу, Крис Бейли, Элла Брукс, Гордон Миллс, Джек Фонг, Дженнифер Роу, Йенс Фелль, Джонатан Смоллвуд, Махам Стэнион, Манфред Ф. Р. Кетс де Врис, Маркус Райхле, Ольга Меккинг, Род Макдональд, Рассел Т. Херлберт, Руут Винховен, Терри Кили, Виктория Гарфилд и команда ADHD UK — каждый из вас помог понять, как работает мозг в состоянии покоя. Ваши идеи не только обогатили эту книгу, но и углубили мое понимание сложности и красоты человеческого ума.

Моя научная ассистентка Софи Голдсмит, удивительно талантливая аспирантка, просмотрела сотни научных работ, классифицировала их и спасла меня от выгорания. Спасибо, Софи, что берегла мою исполнительную сеть.

Я не смог бы реализовать этот проект без своего агента Кэрри Плитт из агентства Felicity Bryan, чье квалифицированное руководство и неизменная поддержка помогли привести эту книгу в наилучший вид. Мне также невероятно повезло поработать с Зои Пагнамента из Calligraph: благодаря ее замечаниям и преданности своему делу я смог расширить аудиторию своей книги.

Мои талантливые редакторы Алекс Кристофи из Torva и Джилл Шварцман из Dutton заслуживают особой благодарности за потраченное время, мудрость и неиссякаемый энтузиазм. Спасибо, что увидели картину в целом и вдохновляли меня смело продвигать нейробиологию отдыха.

Большое спасибо Оливии, моей замечательной жене и самой