П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 2. Аграрная реформа - Сергей Алексеевич Сафронов
До 1844 г. переселение в Сибирь носило ограниченный характер. Например, в Тобольской губернии (по сведениям местной Казенной палаты) переселенцы составляли 2 348 душ мужского пола, из которых 1 300 были самовольными. В 1844 г. вышло распоряжение Министерства государственных имуществ о приглашении желающих из числа государственных крестьян поселиться на землях, которые остались свободными после отвода земель старожилам Курганского округа. После этого в 1845–1847 гг. в Тобольскую губернию переселилось до 8 400 душ мужского пола, к 1851 г. их было уже 19 503. В 1851 г. П.Д. Киселев, с целью несколько «разрядить население малоземельных губерний», вновь обратился к Казенным палатам Черниговской, Тамбовской, Рязанской, Орловской, Калужской, Пензенской, Курской, Харьковской, Смоленской, Тульской, Тверской и Воронежской губерний с циркулярным предписанием о вывозе желающих из государственных крестьян в Сибирь (в Тобольскую и Томскую губернии). Из каждой вышеперечисленной губернии предполагалось выселить 300–400 семейств. На основании этого предписания в 1852–1854 гг. в Западную Сибирь было переселено 38 235 душ мужского пола (в Тобольскую губернию – 24 990, в Томскую – 13 245).
Однако несмотря на то, что условия официального переселения во времена П.Д. Киселева улучшились, самовольное переселение государственных крестьян не прекратилось и в этот период. Более того, оно не только не уменьшилось, а практически сравнялось с официальным переселением. Из этого можно сделать вывод, что Устав о благоустройстве в казенных селениях, выработанный графом П.Д. Киселевым, видимо, не полностью отвечал потребностям того времени. Например, данный устав разрешал крестьянам переселяться только в случае малоземелья, то есть нехватки земли, между тем существовало большое количество других причин, когда крестьяне бросали свое прежнее место жительства и уходили в Сибирь. К тому же по-прежнему за Урал бежали владельческие крестьяне, спасавшиеся от издержек крепостного права. Поэтому, понимая недостаточное совершенство переселенческих законов, царское правительство «признавало за благо» не принимать строгих мер к самовольным переселенцам как из государственных, так и из помещичьих крестьян, так как, по его мнению, это «привело бы их к совершенному расстройству, не принося при этом никакой пользы казне». Таким образом, самовольные переселенцы в этот период, даже если они были беглыми крепостными, спокойно устраивались в Сибири, им отводились земельные наделы. Они лишались только льгот и преимуществ, которые предоставлялись официальным переселенцам[519].
После отмены крепостного права 19 февраля 1861 г. бывшие крепостные крестьяне стали лично свободными и отличались от государственных крестьян лишь тем, что первые водворялись на владельческих землях, а вторые – на государственных. Но в отношении переселения они оказались неравноправными. Так, согласно Положению от 19 февраля 1861 г., к переселению допускались только крестьяне мелкопоместных дворян. В 1862, 1864, 1867 и 1868 гг. был издан ряд указов, по которым к переселению были допущены горнозаводские рабочие, безземельные батраки и бобыли отдельных уездов Витебской губернии, а также однодворцы западных губерний и отставные нижние чины. Бывшие же крепостные крестьяне теперь уже фактически прикреплялись к сельскому обществу, с которым они были повязаны круговой порукой. Им приходилось придерживаться тех условий выхода из своей общины, которые ставили перед ними местные и общие положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости. По этим положениям единственным официальным поводом для переселения по-прежнему оставалось малоземелье. К тому же лишь меньшая часть помещиков (например, рязанское дворянство) настаивала на облегчении возможности выхода крестьянам из общины и, таким образом, получения возможности переселяться. Большая же часть дворянства предостерегала российское правительство от действий, которые могли привести к развитию «вредной подвижности и бродяжничества в сельском населении». В результате этого 15 декабря 1866 г. было издано Постановление «О неназначении впредь особых кредитов на переселение». Мало того, в этом же году, в связи с передачей государственных крестьян в ведение общекрестьянских учреждений, было прекращено их организованное переселение, что фактически означало отмену Устава графа П.Д. Киселева.
Стремление царского правительства ограничить крестьянское переселение в Сибирь объяснялось, видимо, тем, что помещики центральных российских губерний боялись возможного понижения арендных и покупных цен на землю, а также подорожания платы за рабочие руки в случае массовых переселений за Урал. К тому же уже через 6 лет после начала крестьянской реформы недоимки по 48 губерниям Европейской России достигли внушительной суммы в 27 млн 674 тыс. руб. Передвижение же больших масс крестьянского населения в другие районы страны еще больше бы, по мнению правительства, осложнило взимание налогов и выкупных платежей с крестьян. Тем не менее в отдельных случаях переселение в этот период даже поощрялось. Например, российское правительство поощряло заселение приграничных окраин и, в частности, Приамурского края, а также предгорий Кавказского хребта. Так, всем желающим, имеющим право на переселение и способным за свой счет добраться до Дальнего Востока, предоставлялись следующие льготы: право приобретать в собственность землю по 3 руб. за 1 дес.; возможность получить в аренду надел площадью до 100 дес. на семью с освобождением навсегда от подушной подати, рекрутской повинности на 10 лет, поземельного сбора на 20 лет. Однако эти случаи были скорее исключением из правил, чем закономерностью. Правда, в ряде случаев император Александр II был вынужден идти на уступки, которые, тем не менее, носили временный характер. Например, 13 апреля 1868 г. циркуляром министра внутренних дел впервые переселение было разрешено крестьянам всех разрядов. Теперь вместе с единичными семьями, как и прежде, позволялось групповое переселение, хотя и по предварительному разрешению правительства. Также крестьянам, желавшим переселяться на свободные казенные земли, предоставлялось право селиться там без приемных приговоров тех обществ, к которым они приписывались[520].
Узнав о циркуляре от 13 апреля 1868 г., который был опубликован в губернских газетах Европейской России, крестьяне устремились на свободные земли. Это крайне обеспокоило царское правительство, и уже 4 мая 1868 г. министр внутренних дел издал очередной циркуляр, который потребовал от губернаторов активно противодействовать «кочевому настроению крестьян». Новый циркуляр отменял предыдущий и восстанавливал прежние правила переселения. При этом было объявлено, что все переселенцы, ушедшие со
