Немецкая Ганза в России - Артур Винклер
Хотя противостояние двух городов продолжалось, оба были заинтересованы в том, чтобы не допустить усиления влияния лифляндцев, в первую очередь Риги. Поэтому Любек и Висбю договорились о том, чтобы совместно контролировать двор Святого Петра. В результате свобода отдельных торговцев оказывалась более ограниченной. Изначально старосты избирались только по способностям, вне зависимости от происхождения. Теперь же появился обычай, согласно которому представители Любека и Висбю сменяли друг друга на этих должностях. В 1346 году оба города уже считали такой порядок своим неоспоримым правом. Кроме того, в роли избирателей теперь выступали не проживавшие в фактории мастера, а посланники городов.
Староста двора стал подотчетен только Любеку и Висбю и превратился в неограниченного властителя. Церковные старосты, которых к тому моменту было уже двое, просто передали ему ключи и ушли в отставку. Их преемников староста двора назначал по своему усмотрению, но только из числа граждан двух городов. Лишь в том случае, если в Новгороде не было ни одного купца из Любека или Висбю, староста мог выбрать себе помощников из числа жителей других городов, которые, однако, обязаны были сложить свои полномочия по первому требованию. Священник тоже являлся ставленником либо Любека, либо Висбю.
Естественно, эти новшества вызвали сопротивление членов Ганзы. Однако только Риге удалось отстоять свои права. Жалоба рижан на то, что они лишились права занимать должность старосты, была рассмотрена на съезде городов в 1363 году. В итоге Рига стала третьим городом, имевшим право принимать участие в управлении двором Святого Петра. Кроме того, первый староста теперь вновь мог избираться из числа мастеров всех ганзейских городов, и сместить его было невозможно. Этот успех Риги оказался тем более значимым, что после долгой и тяжелой борьбы в первой четверти XIV века город вынужден был подчиниться Ливонскому ордену и утратил значительную часть своего могущества. Только быстрый закат Висбю позволил рижанам, несмотря на все неудачи, сохранить сильную позицию в Новгороде.
В 1361 году датский король Вальдемар III высадился на Готланде со своей армией. Монарх рассказывал своим солдатам о неслыханном богатстве Висбю, где «свиньи жрут из серебряных корыт». Город пал, и датчане захватили огромную добычу. От этого удара Висбю больше не смог оправиться и вскоре стал базой морских разбойников. Последние стали известны под именем «виктуальных (продуктовых) братьев» — от Ростока и Висмара, враждовавших с датской королевой Маргаритой, они получили задачу не только опустошать владения королевы, но и снабжать продуктами осажденный датчанами Стокгольм. «Виктуальные братья» вскоре стали настоящей чумой для немецких купцов. Они господствовали на Балтике, и торговцы рисковали выйти в море только под защитой военных кораблей. Свен Стуре, наводивший ужас пиратский вожак, превратил Висбю в разбойничье гнездо и тем самым фактически закрыл гавань для торговых судов. В 1398 году Тевтонский орден разгромил пиратов и установил свою власть над Готландом. Гавань Висбю вновь открылась для торговли, но уже не могла соперничать ни с Любеком, ни с Ригой.
Любек сразу же после разорения Висбю датчанами вновь попытался оттеснить готландцев и пригласить другие города к решению новгородских дел. Естественно, община Висбю выразила свое недоумение: только два города могли распоряжаться делами двора Святого Петра. В этой ситуации другие члены союза — в частности, Рига, Дерпт и Ревель, — заняли нейтральную позицию и в июне 1366 года заявили, что разрешение спора между Любеком и Висбю должно быть отложено на определенное время. На этом же съезде городов были приняты новые постановления, касавшиеся торговли с Новгородом. В частности, ни один торговец не имел права посещать город на Волхове, если он не был гражданином одного из ганзейских городов. Старосты и мастера из двора Святого Петра не могли теперь принимать никакие значимые решения без согласия Любека, Висбю и их союзников.
Влияние Висбю на дела немецкой фактории в Новгороде постоянно падало, в то время как значение Риги увеличивалось. Рижская торговля с Россией росла из года в год. На море русских вытеснили немцы, шведы и датчане, поэтому они старались использовать внутренние торговые пути, которые вели в Прибалтику. Главным предметом русского экспорта был воск, в котором очень нуждалось духовенство. Кроме того, русские продавали хлеб, соль, пеньку, дерево, меха и жиры всех видов[24]. Рижане гостеприимно принимали русских торговцев, многие из которых оставались в их городе на постоянное жительство.
В середине XIV века в Риге уже существовали русская улица, русская церковь с погостом, русский гильдейский зал и жили русские домовладельцы. В одном из предместий города располагалась русская деревня. Торговля Риги с русскими и литовцами стала столь оживленной, что в старейшей долговой книге города среди двух тысяч записей, сделанных за период с 1266 по 1339 год, русские и литовские имена фигурируют примерно в каждом третьем случае. Благодаря этим коммерческим связям Рига в своем противостоянии с рыцарями и церковниками всегда могла рассчитывать на помощь русских и литовцев. Орден не раз упрекал город в том, что он опирается на подобного рода союзников; однако и рыцари, и Церковь, в свою очередь, не брезговали вести дела с теми же партнерами[25].
Глава 4.
Торговые блокады против русских
Для ганзейских городов двор Святого Петра в Новгороде оставался главным центром торговли с Россией. Немецкие купцы снова и снова возвращались сюда, несмотря на то, что путь на Волхов был опасен — шведы и русские являлись постоянной угрозой. В период с 1288 по 1335 год у купцов были украдены или отняты товары общей стоимостью 7600 марок, 15 человек погибло[26]. Новгородцы не всегда проявляли по отношению к «гостям» должное гостеприимство, однако не хотели полностью разрывать торговые связи. Немецкие купцы оказали новгородцам эффективную помощь в период ужасного голода 1230 года, жертвами которого стало до 50 тысяч человек — по словам местного хрониста, весь город находился на грани гибели. Ганзейцы «не столько ради прибыли,
